Укус скорпиона

Пищенко Виталий Иванович

Ну как я мог такое пропустить?!

– Да.

– Ну вот опять! – всплеснул руками старик. – Я не могу работать в такой обстановке.

– В чем дело! – взревел Джек.

– Нет, ну что вы от меня хотите? – развел я руками. – Он меня спрашивает, мое ли это имя? Я и отвечаю.

– Не прикидывайтесь дурачком, – испепеляя меня взглядом, процедил сквозь зубы инспектор отдела кадров.

– Эндрю, – выпалил я.

– Полное имя! – закричал старик.

– Но вы же сами прекрасно его знаете?

– Имя?!

– Эндрю

Гордон Хопкинс.

– Это ваше настоящее имя?

– А как вы думаете?

– Я же вам сказал: «да» или «нет»!

– Или.

– Что это значит, Хопкинс? – прорычал Джек.

– Но он ведь сам сказал, что надо отвечать «да», «нет», «или».

– Причем здесь «или»? – застонал старик. – Вы хотите свести меня с ума?

– А разве вы еще не того?..

– Все! – выдохнул старик. – Я отказываюсь проводить тестирование.

– Успокойтесь, Мэтью, – сказал Джек, буравя меня глазами. – У этого парня гарвардский диплом. Он просто пудрит нам мозги. Я сейчас вызову охранников, пусть они с ним побеседуют без применения интеллекта.

«Гарвардский диплом? – удивился я. – Когда это я успел его получить? Что-то не припомню. Однако, похоже, настало время становиться паинькой».

– Все понял, – быстро сказал я. – Меня всегда убеждали убедительные доводы. Продолжайте ваше тестирование, я буду слушаться.

– Вы родились в тысяча девятьсот восьмидесятом году в Нью-Йорке?

– Да.

– Вы гражданин Соединенных Штатов?

– Да.

– Вы когда-либо отбывали срок в тюрьме?

– А откуда, по вашему мнению, меня привезли?

– Опять! – взвыл старик. – Отвечайте однозначно.

– Да.

– Вы курите?

– Изредка. Ой-ой, простите. Да.

– Вы владеете какими-либо иностранными языками?

– Да.

– Вы член коммунистической партии?

«Ну и дурак,» – подумал я, но вслух сказал:

– Нет.

– Вам нравятся красивые женщины?

– Да.

– А некрасивые?

– Нет.

– Вы специалист по виртуальным системам?

– Да.

– Вы сотрудничали с полицией?

– Да.

– Вы предпочитаете американскую одежду?

– Да.

– Вы агент иностранной разведслужбы?

– Нет.

– Вы убивали людей?

– Да, – слегка замявшись, все же ответил я.

– Вы закончили Гарвард?

– Не помню.

– Что это значит?

– Я и впрямь не помню. Но раз Джек говорит, значит, кончил.

– Хорошо. Вы любите заниматься спортом?

– Да.

– Вы член организации левого толка?

– Нет.

– Вы женаты?

– Нет.

– У вас есть дети?

– Нет.

– Если среди ваших знакомых мусульманские экстремисты?

– Нет.

– Вы когда-нибудь выезжали за пределы страны?

– Нет.

– Вы когда либо контактировали с представителями зарубежных разведслужб?

– Нет.

И так далее, и тому подобное. Они меня пытали

не менее сорока минут. К концу опроса я уже готов был убить и Мактерри, и Джека, и старика с его «белоснежкой». Но тут мне задали последний вопрос: «Говорили вы неправду в ходе обследования, отвечая на какой-то из заданных вопросов»? Я облегченно ответил: «Нет», – и старикашка, обращаясь к своей ассистентке, радостно сказал:

– Все, Лиз. Можешь снимать с него требуху.

Затем он поднялся со своего стула и подошел к компьютеру, где долго пялился на монитор, потом, наконец, приглашающе кивнул Джеку, и они вышли в соседнюю комнату. Я же, блаженно вытянувшись в кресле, отдался во власть цепких «белоснежкиных» рук.

Кажется, первое серьезное испытание я прошел. Впрочем, прошел ли?

– Поздравляю, – сказал Джек, – вы успешно одолели тестирование. Теперь вас ждут в блоке В-12. Прощайте, и дай Бог, наши пути больше не пересекутся.

– Спасибо за доброе слово, – ответил я, но он не стал меня слушать, а выпроводил в коридор.

– Вот ваш пропуск.

Джек протянул мне пластиковую карточку опять же оранжевого цвета и почти идентичную той, что висела у меня на груди. Затем, похлопав меня по плечу, шустро захлопнул дверь.

«Сердечный джентльмен, – подумал я, – приветливый».

– Следуйте за мной.

Я вздрогнул и оглянулся. Ба! Знакомые все лица!

– «Пятерочка», вы ли это?

Признаться, я был рад вновь встретить хоть одно знакомое лицо. В этом осином гнезде, полном хитрющих и кровожадных шпионов, чувствуешь себя не самым лучшим образом. Уж поверьте мне на слово, обманывать не стану.

Однако моя «путеводная звезда» по-прежнему была холодна. Не удосужив меня взглядом, она двинулась по коридору, и мне не оставалось ничего другого, как плестись за нею следом да разглядывать стройные ножки, почти до коленок прикрытые форменной юбкой.

Так мы дошли до конца фиолетового коридора, и там у нас снова проверили пропуска. Затем были голубой, красный и оранжевый сектора. Если следовать логике, то мы были у цели. Оранжевый пропуск, оранжевый коридор… И жизнь у меня теперь будет оранжевой, как гнилой апельсин…

Логика меня не подвела. Мы вскоре остановились возле одной из дверей, и через мгновение я оказался в очередном кабинете, но зато каком! Дорогие ковры, изящная, но современная мебель, мягкие диваны, телевизор и даже бар с множеством разнокалиберных бутылок.

«Вот чего мне сейчас не хватает,» – с тоской подумал я.

И будто глас Господний донесся с небес:

– Хотите что-нибудь выпить?

Я проглотил комок и попытался разглядеть, кто же произнес эти слова, ведь не мог же в самом деле этот голос принадлежать божественной ипостаси. Не верю я в чудеса, хоть режьте. Атеист я до мозга костей.