Укротитель для королевы
Шрифт:
— Ты беременна или нет? — едва не срываясь на крик, упрямо гнул свое ?рчибальд.
— Разумеется, да. Стоило приставать, с подобными глупостями! Я-то думала…
Она закатила глаза и укоризненно покачала головой.
— И когда же ты собиралась мне сказать? — пробурчал консорт.
Жена поставила его в неудобное положение. Вот зачем она скрывала,
— Когда бы стал заметен живот. В прошлый раз я тебя обманула, ты бы не поверил.
— А сейчас действительно да, или снова игра?
— Дай подумать… — Каролина почесала кончик носа. — Мы не ссорились, лекарь прописал мне прогулки и отвары. Выходит, таки беременна. В любом случае ты регулярно видишь меня голой, поймешь, если мухлюю.
— Каро, ты невыносима! — с чувством пробормотал лорд Трайд.
— Наоборот, только ты меня и выносишь. Ну, обними и поздравь!
Королева капризно выпятила губы и протянула руки для объятий. Но Арчибальд поступил по-своему: он поднял ее нa ноги, подвел к большому, практически от пола до потолка окну и усадил на низкий подоконник. После опустился рядом и, сжав пальцы жены, по очереди поцеловал каждый.
— Как думать, отпраздновать или поберечь казну?
— Не сочти меня черствым, но давай обождем до родов.
— И я того же мнения, — кивнула королева. — Найду деньгам другое применение. Так что там с Мурсией?
— Полагаю, нужно обождать с кардинальными мерами…
И будущие родители с головой погрузились в обсуждение политики.
— Чуть не забыл! — дойдя до согласования текста очередной дипломатической ноты, хлопнул себя по лбу Арчибальд.
Каролина недоуменно уставилась на нее. Градус ее любопытства только возрос, когда муж с таинственным видом расстегнул сюртук и извлек помятый букетик фрезий:
— Вот, от сердца отнимаю.
— Ты же знаешь, я ненавижу фрезии! — попеняла ему королева, но приняла цветы и, поднеся к лицу, вдохнула тонкий аромат.
Арчибальд довольно улыбнулся. Она могла говорить что угодно,
— Вспомнил о нашей первой встрече?
Каролина распотрошила букет и украсила белоснежными цветами волосы. Все это походило флердоранж с ее свадьбы, только тогда ей пришлось терпеть померанцы и удушливые лилии. Фрезии в сто раз лучше!
— Те цветы были желтыми.
— Желтыми? — презрительно фыркнула королева. — Вот поэтому они мне не понравились.
— Тебе просто тогда еще не нравился я. Когда любишь, цвет не имеет значения.
— Может быть, ты и прав…
Зеленые глаза Каролины затуманила мечтательная дымка. Она притянула мужа к себе и запечатлела на его губах долгий нежный поцелуй.
— А теперь работать, Арчи! — Снова став прежней, королева оттолкнула его и тоже встала. — Если уж у нас скоро появится ребенок, пора подумать, что мы оставим ему в наследство. Только, умоляю, никакой двойни! Никакого второго ребенка!
— Я постараюсь, — искренне пообещал Арчибальд. — Но давай сначала с первым разберемся. Вдруг тебе попался бракованный муж, и он выйдет каким-то не таким.
— Но-но! — гневно блеснула глазами Каролина. — Муж у меня нормальный, а «какие-то не такие» бастарды моего брата.
— И слава Небесам! Иначе пришлось бы от них избавиться.
Взяв венценосную супругу под руку, консорт вывел ее из тронного зала. Задушевные разговоры закончились, впереди их ждал ворох бумаг, новые указы и новые же проблемы. На подоконнике сиротливо остался лежать нечаянно оброненный лепесток фрезии. По иронии судьбы именно эти цветы станут любимыми у ее высочества Франчески Транцеллы, следующей правительницы Фераны, которую даже самые суровые скептики не назовут бездарной.
Конец.