Укротитель для королевы
Шрифт:
Сколько лет он отдал служению трону? Сначала как брат принца-консорта, потом как негласный опекун будущего короля. В его услугах больше не нуждались. Что ж, герцог предложит их кому-нибудь другому.
Элис не стал размениваться на проклятия. Он не любил театральных эффектов. Уверившись, что погони нет, канцлер занялся вещами более приземленными: прикидывал, как вывести из Фераны немалый капитал, выбирал, какие секреты предложить монарху Мурсии взамен на подданство и прочие милости.
Удар ногами по бокам жеребца, и он снова сорвался в галоп.
Пока Элис Формор сражался с темнотой, разбойниками и распутицей, Каро гипнотизировала взглядом кошелек
Очнувшись от прострации, Каро наконец поднялась со стула, на который опустилась, чтобы не мешаться у герцога под ногами, и подошла к камину. Поворошив кочергой угли, она аккуратно, медленно опустилась на колени и выудила чудом уцелевший клочок бумаги. Читать не стала, бережно убрала в карман. Может, и не пригодится, но пусть будет.
— Одним меньше! — вздохнула молодая женщина и погладила живот.
?н казался слишком большим, хотя все в один голос, наверняка из лести, утверждали, Каро почти не поправилась. Может, она носила близнецов? «Лучше бы одного! — досадливо подумала королевская фаворитка. — С двумя меня никто не возьмет».
Вместе с тревожными мыслями о будущем пришло осознание, что она все еще в покоях канцлера, а ее одежда валяется на диване — слишком красноречиво. Каро не знала, что лучше: измена королю или государству? Леди Шепарт смутно догадывалась, наказание за оба преступления одинаково. Никто не станет ее слушать, злопыхатели охотно, смакуя, поделятся выдуманными подробностями оргии в гостиной герцога Формора. Да и для чего ещё женщине посреди ночи сбегать от любовника, только к другому любовнику. Каро и так потеряла слишком много времени, если немедленно не уйдет, ее застанут убийцы Элиса.
Из покоев герцога леди Шепарт выбиралась с максимальными предосторожностями. И не напрасно — в конце анфилады ей померещились тени от факелов. Насмерть перепуганная Каро затаилась за портьерой и переждала караул. Может, солдаты просто обходили дворец, может, шли по душу Элиса, выяснять она не планировала.
Утром леди Шепарт наотрез отказалась завтракать. ?на опасалась отравы в еде. На нервной почве на нее накатила дурнота, и бедняжка промаялась до самого вечера. Король несколько раз заботливо посылал справиться о ее здоровье и так же заботливо велел щедро приправить утренний кофе дяди ядом. Элис традиционно выпивал его у себя спозаранку, примерно час работал и только потом завтракал. Только сегодня герцог не отозвался на стук в дверь спальни. Осмелившийся дернуть за ручку слуга убедился, канцлера нет.
Квентин сходил с ума от ярости. Его блестящий план рушился! Мало того, что дядя сбежал, так ещё не удалось нанести удар сестрице. Последняя вновь беспокоила после блаженных трех лет затишья. Все чаще с разных концов Фераны приходили сообщения, что там якобы видели Каролину. Ни один отряд ее не обнаружил, но король на всякий случай завел дегустатора. И тут герцог…
— Всех сгною! — бушевал Квентин.
Первая жертва уже поплатилась жизнью. Отравленный кофе достался, нет, не слуге, а начальнику дворцового караула — не пропадать же яду! Остальные виновные, включая барона Утреха и Илона Формора, с поникшими головами выстроились в ряд в королевском кабинете.
— Где ваш кузен? —
Илон гулко сглотнул. Перед глазами замаячил топор палача, а то и что-нибудь похуже. С монарха стало бы его четвертовать! Отравили же по его приказу несчастного офицера и бросили в тюрьму по обвинению в измене часовых, целых тридцать человек — всех, кто дежурил в тут ночь на пути беглого канцлера. Примечательно, последний пока не лишился высокого поста.
— Понятия не имею, ваше величество, — честно признался граф Формор.
Его выдернули из теплой постели, из объятий хорошенькой, пахнущей ванилью любовницы, под конвоем доставили сюда. И вот теперь Квентин, похоже, собирался заменить на эшафоте одного кузена на другого.
Монарх прищурился и чиркнул ногтем по щеке родственника, оставив кровоточащую царапину.
— Не знаете или не желаете сказать?
— Как можно, ваше величество! — ужаснулся Илон и украдкой приложил к лицу платок. — Я всецело на вашей стороне. Элис не посвящал меня в свои дела. Вам ли не знать, как ревностно oн относился к полученной власти!
Квентин промолчал, но временно оставил графа в покое, обратив свой гнев на начальника дворцовой стражи. Илон с облегчением выдохнул и тем же грязным платком смахнул пот со лба. Он был на волосок от гибели! Придется кинуть подачку Каро, чтобы она умаслила короля. Пусть порадуется, что сам граф Формор пожаловал к ней с просьбой.
Выродилась магия в Транцеллах!
Илон тайком наблюдал за Квентином и вспоминал покойную королеву. ?сли Талия сердилась, воздух гудел, смерч сбивал с ног, запросто расправлялся с неугодными. А тут ни слабого ветерка. Пора, пора менять правящую династию! Женить Квентина на Бьянке, подстроить очередной несчастный случай, вернуть должок. После объявить несчастную вдову правительницей и устроить ей повторный брак по своему усмотрению. И все, в наследнике престола не осталось бы крови Транцеллов. Оставалась Каролина, но на то и существуют законы, чтобы обращать их в свою пользу. Уж Илон позаботился бы, чтобы отныне могли править исключительно лица мужского пола, а женщины довольствовались лишь статуса временных правительниц или регентов при малолетних детях.
Однако даже без сильного дара гнев Квентина не оставался пустым словом. Полетели головы и должности. Освободившиеся места заняли члены личной охраны монарха.
Король провел в кабинете целый день, даже обедал за рабочим столом. Каково же было удивление придворных, когда ещё недавно хмурый, метавший громы и молнии монарх вышел к ужину в прекрасном расположении духа. Причина хорошего настроения Квентина крылась в трех всадниках, во весь опор мчавшихся в герцогство Формор. Король мог на них положиться, они решат проблему. Раз так, можно отдать дань мастерству повара и насладиться хорошим вином. А после, кто знает, даже предложить графу Формору партию в шахматы.
ГЛАВА 24
Дождь. Противные капли стекали по засиженному мухами стеклу, умудрялись проникать внутрь сквозь плохо замазанные щели. В итоге на подоконнике образовалась маленькая лужица. Каролина рассеянно окунула в нее палец. Взгляд остановился на дохлой осе. У нее тоже было жало, но она не выжила. А принцесса сумеет. Она уже доказала, что ее не так просто убить.
— Жуткая дыра! — не оборачиваясь, пожаловалась Каролина.
Звук ее голоса заставил Арчибальда вздрогнуть: они долго просидели в тишине. Да что там, принцесса не двигалась, словно загипнотизированная мутными потоками на стекле.