Украденная память
Шрифт:
– Прости, – прошептала Катя и отстранилась. Подхватила трубку и выскользнула в коридор. Антон достал сигареты. Руки сильно дрожали, ему не сразу удалось прикурить.
– Андрей? Что случилось? – услышал он приглушенный Катин голос, и сердце сбилось с ритма. – Хорошо, Андрюшенька, – после небольшой паузы продолжила Катя. – Я буду тебя ждать.
Андрей... Вот, значит, как. Андрюшенька... Спустя секунду Катя возникла на пороге кухни. На ее скулах пламенели яркие пятна.
– Извини, – не глядя на Антона, смущенно пробормотала она. Она снова стала далекой и недоступной. – Еще кофе хочешь?
– Да
Он резко развернулся и направился в прихожую. Как во сне натянул кроссовки, куртку. Отворил дверь.
– Пока, – с облегчением, как показалось Антону, улыбнулась Катя. – Звони, не пропадай.
– Не пропаду, – выдохнул Антон.
Глава 30
Утром заявился Сергей. Муж. Таня еще спала, ее разбудило лязганье ключа в замочной скважине. Было совсем рано, казалось, рассвет еще и не начинался.
– Ну и холодрыга на улице! – буркнул Сергей вместо приветствия и прошагал к Таниной кровати. Водрузил поднос с завтраком на тумбочку, скинул дубленку и плюхнулся на стул. Стул жалобно скрипнул под его весом.
Таня быстро вскочила, влезла в махровый халат, лежащий в изголовье, и скользнула к раковине. Умылась, причесалась, мельком оглядела себя в зеркале. Опухшее со сна бледное лицо с трагическими складками вокруг рта. Красавица!
– Что, позавтракать не успел? – усмехнулась она, заметив, с какой тоской Сергей смотрит на тарелку с рисовой кашей и сосиской. – Бери, ешь. Я вполне обойдусь бутербродом.
– Спасибо. – Сергей накинулся на угощение.
Таня лениво жевала бутерброд и украдкой наблюдала за ранним гостем. Ел он жадно, причмокивая от удовольствия. Через две минуты тарелка опустела.
Сергей вытер рот тыльной стороной ладони и удовлетворенно откинулся на спинку стула.
– Эх, хорошо, сейчас бы сигаретку еще. – Сергей поднял руки вверх и с хрустом потянулся. – Я с детства привык к такой пище. У меня мать в больничной столовке работала.
– Валентина Васильевна?
– Что Валентина Васильевна? – насторожился Сергей.
– В столовой работала?
– А? – Он озадаченно поскреб могучий затылок. Узкий лоб сморщился от тяжести мыслей. Наконец просиял. – Ну да, а то кто же?...
– А ты-то сам, Сереженька, кем трудишься? Напомни своей жене убогой. – Таня насмешливо прищурилась.
– Я-то? – снова растерялся муж. – Бизнесменом... Слышь, Танька, пойду курну. – Он поспешно вышел.
Таня вскочила и лихорадочно заметалась по палате. Сердце колотилось где-то в горле. Надо что-то делать, надо что-то делать, молоточком стучало в мозгу. Она бросилась к двери, Сергей впопыхах забыл ее запереть. Выглянула в коридор. Никого. Стараясь не шуметь, выскользнула из палаты, на цыпочках прокралась к двери с надписью «Выход», взялась за ручку, повернула ее. Халат! – вдруг ударило в голову. Куда – в халате и тапочках, зимой? Ее остановят на первом же углу.
Надо переодеться! Таня рванула обратно. Вдруг из соседней палаты раздался стон. Таня резко остановилась. Послышалось? Стон повторился. Таня секунду подумала и решительно нажала на ручку. Дверь бесшумно отворилась. В нос ударил спертый воздух. В центре крошечной темной комнаты стояла кровать. Лежащий на
Таня шагнула внутрь, приблизилась. На кровати лежала Нина – пропавшая несколько дней назад медсестра. Ее мертвенно-бледное лицо сливалось по цвету с белой больничной наволочкой. Таня в ужасе отпрянула и пулей вылетела вон. Отдышалась лишь в своей конуре. Слава богу, Сергей еще не вернулся. Значит, прошло всего несколько минут. А Тане показалось – вечность. Она судорожно стянула халат, следом – пижамную майку. Бросила на пол. Повернулась к шкафу и наткнулась на тяжелый взгляд Сергея. В его глазах появился странный блеск. Таня инстинктивно прикрыла руками голую грудь.
– Моя малышка, – хрипло пробормотал Сергей и ухмыльнулся. – Иди ко мне, моя сладенькая.
Таня отшатнулась, отступила в глубь комнаты. Запуталась ногой в поясе от халата и чуть не упала. Сергей неумолимо приближался. Таня закрыла глаза, как вдруг внутренний голос шепнул: «Подыграй ему».
– Конечно, дорогой, конечно... Позволь только мне накинуть что-нибудь. Я ужасно замерзла. Хотела принять душ, не думала, что ты так быстро покуришь. – Таня обворожительно улыбнулась, хотя внутри у нее все клокотало. Нагнулась, чтобы поднять майку.
– А вот этого не нужно, – загоготал Сергей и сгреб Таню в охапку. – Я мигом тебя согрею. – Кинул на кровать и принялся трясущимися от нетерпения пальцами расстегивать на себе рубашку. В ожидании исполнения приговора Таня закуталась в одеяло. «Господи! – взмолилась она. – Если я не имею возможности изменить ситуацию, дай мне сил смириться, принять ее». Таню охватило безразличие.
Сергей уже приступил к брюкам, когда в коридоре раздался стук каблуков. Сергей вздрогнул и покрылся красными пятнами. Схватил дубленку, натянул ее, выронив что-то из кармана. Отпрыгнул к окну. Напряженно застыл, крупные капли пота выступили у него на лбу.
Таня изумленно наблюдала за ним. Шум шагов внезапно стих. Стало ясно, что опасность миновала.
– Уф, – Сергей покачал головой и вытер лоб рукой, – жарко чего-то стало... Пойду я, пора мне... Но я скоро вернусь, – хмыкнул он и подмигнул.
Через секунду в замке звякнул ключ. Таню начала бить мелкая дрожь, из нее словно выкачали воздух.
– Кошмар! Театр абсурда! – пробормотала она, стуча зубами. С трудом поднялась, влезла обратно в пижаму, в халат. Уселась на пол.
Действительно, театр абсурда. Хичкок облизнулся бы, заполучив такой сюжет. Таня вдруг подумала, что будь она актрисой, она мечтала бы сыграть роль главной героини. То есть саму себя. Но театр тем и отличается от реальной жизни, что там все известно наперед.
Неожиданно что-то привлекло Танино внимание. Что-то, валявшееся под кроватью. Очевидно, это что-то вывалилось из кармана дубленки Сергея. Преодолевая брезгливость, Таня протянула руку и выудила обернутый вокруг шариковой ручки лист бумаги. Стряхнув пыль, Таня освободила ручку, сунула ее в тумбочку, развернула бумагу.
«Институт крови. Отвезти пробирку», – прочла она. Дальше был нацарапан адрес. Таня пожала плечами, скрутила бумагу в тугой шарик и выбросила в корзину.