Уклонист
Шрифт:
Вадим видел, что Тимур колеблется, его надо бы чем-то еще подтолкнуть к верному для себя решению, но Вадим просто не знал чем, он буквально выдохся, толкая эту речь-проповедь. Оставалось только ждать… еще немного… еще чуть-чуть…
"Ну же!" – мысленно гипнотизировал своего напарника Куликов.
— Пошли, — кивнул он, увидев, что Авдеев "спекся" и можно вести его за собой.
Вадим сделал первый шаг, второй и обернулся.
— Ну же, идем!
Авдеев неуверенно переминавшись с ноги на ногу тоже шагнул прочь от состава.
— Эй, воины! — раздался так некстати
Вадим замер как истукан. Как никогда ему захотелось передернуть затвор и всадить в сержанта весь рожок.
— Не вижу вашего мельтешения под окнами! Вы часом там не заснули?!
— Никак нет.
— Тогда шагайте…
— Слушаюсь.
Вадим взвыл, точно смертельно раненый зверь, но исключительно мысленно, пообещав себе, даже поклявшись, пристрелить старшего сержанта при первой же возможности, чтобы больше не досаждал. В бою у него наверняка такие возможности возникнут в избытке.
Отойдя, понял, что это лишь угроза, и он никогда не сделает задуманного, тем более в спину… не по-пацански это.
Глава 8
Возможный военный кризис диктовал свои меры безопасности и, по настоянию службы безопасности, президент перебрался в бункер, способный выдержать ядерный удар, который уничтожит Москву, превратив ее в груду развалин, в ровный блин, будто и не было здесь никогда города. Сам Владимир Орлов в то, что китайцы решатся нанести такой удар не верил, не хотел верить, но несмотря на это, семью отправил из столицы подальше – в Швейцарию покататься на лыжах.
Перед сном он как раз созвонился с семьей.
— Ну как там у вас? Катаетесь?
— Да какое там, — грустно усмехнулась жена. — Тут снега с гулькин нос. Всю ночь над трассой работали снеговые пушки, а уже к вечеру, что лыжники не раскидают во время катания, все тает.
— Ну тогда сходите по маршруту Суворова… как раз на памятник великому русскому полководцу посмотрите.
Жена пристально взглянула с видеофона, понимая что такие вещи по общей сети не обсуждают, но почувствовав, что упоминание о великом полководце неспроста, скорее всего это просто обмолвка, но очень говорящая обмолвка, потому сказала только:
— Обязательно сходим.
— Вот и ладно. Пока.
— До встречи…
Стоило только разорвать связь со Швейцарией, как зазвонил генерал Ферсов.
— Слушаю.
— Товарищ президент, ЧП. Пограничники передают, они только что подверглись массированному нападению со стороны китайцев.
Крохотный намек на сонливость, несмотря на долгий и трудный рабочий день, как ветром сдуло. Почему-то, как раз после выматывающей работы, спать как раз и не хочется.
— Провокация?
— На мой взгляд, это откровенное нападение, товарищ президент. Границу пересекли полноценные вооруженные силы КНР. Пограничники с боями вынуждены были покинуть свои заставы. Я считаю, что данный момент началось вторжение.
— Силы противника?
— Значительные, товарищ президент. Точнее сказать не могу… Разведка должна уточнить данные.
— Проклятье! Срочно ко мне,
В течение получаса все силовики собрались в бункере в комнате заседаний.
— Вы уже в курсе?
— Так точно…
— Какие мнения?
— Это неприкрытое ничем не спровоцированное нападение, товарищ президент, — заявил начальник штаба, повторив слова главы ФСБ. — Мы ведь даже еще никаких операций по восстановлению Конституционного порядка не начали. Собственно говоря только-только началось выдвижение сил. Только лишь несколько военно-транспортных самолетов приземлилось. Считаю, что нужно наносить полноценный ответный удар ядерными силами. Они ясно показали свои намерения и мы имеем полное право ответить самым жестким образом.
— Да погодите вы с ударами… да еще ядерными, — нервно отмахнулся президент Орлов, вдруг осознав что совершенно не понимает что ему делать.
Слишком тяжелая ноша ответственности обрушилась на него. Такая, что способна раздавить в лепешку.
Развязать ядерную войну легко, а вот закончить… Она закончится сама, когда участники конфликта исчезнут.
— Дайте мне связь с Китаем.
Пока соединялись с Пекином, с бункером на связь с бункером вышел командующий космических войск Саранцев.
— Что у вас?
— Получены первые спутниковые данные о передвижениях противника, товарищ верховный главнокомандующий… пакет уже в пути.
— Долго. Давай на словах.
— Слушаюсь… Совершено пересечение государственной границы Российской Федерации со стороны КНР по четырем направлениям: к Владивостоку, Хабаровску, Благовещенску и через Борзя по направлению к Чите…
— Каковы силы противника?
— В данный момент точно сказать не могу, товарищ верховный главнокомандующий, но оценочно на каждом направлении от одной до трех армий. Самая большая группировка, естественно, на западном направлении.
— Спасибо… продолжайте наблюдение. Определите точные направления и места концентрации сил противника.
— Слушаюсь.
— Ну что там со связью?!
— Не можем соединиться, — дрожащим голосом ответил помощник.
— Вызывайте еще!
— Да-да, конечно…
— Скорее всего они сознательно не выходят с нами на связь, товарищ верховный главнокомандующий, — предположил глава ГРУ.
Президент нехотя кивнул. Он также предполагал, что китайцы намеренно не выходят на связь.
Ни через пять, ни через десять минут у связистов так ничего не вышло. Пекин упорно молчал.
"Верховный главнокомандующий… — повторил про себя Орлов, поглядывая на выжидающе смотрящих на него генералов. — Для них уже все ясно как день – это война и действовать нужно соответствующим образом – отвечать ударом на удар. Что ж, да будет так".
— Ну что, теперь никаких сомнений быть не может, это нападение… Капитан!
Из ниши вышел человек в флотском мундире с погонами капитана первого ранга. В руках он держал несколько необычного вида черный чемоданчик с которым он ходил даже в туалет.