Уиллоу

Хобан Джулия

— Ага. Ну, а я не знаю, что значит нормально. Почему бы тебе не рассказать мне, что происходит у тебя на занятиях? Разве у тебя не было контрольной по французскому? Как она прошла?

Контрольная? Единственное, что помнила Уиллоу об уроке французского то, что на нем она увидела девочку с царапинами на руке – это, и еще то, что она убежала с урока, чтобы предаться своему факультативному занятию. Но вряд ли она может сказать об этом Дэвиду.

Контрольная… У них была одна

на днях, вспомнила Уиллоу. Наверное, она упоминала об этом Дэвиду во время одного из ночных допросов.

— Мы… Мне ее еще не вернули. По крайней мере, я на все ответила. — Это было правдой, но это было чистой случайностью, что ей удалось закончить контрольную, учитывая, что она едва ли открывала учебник.

— Хорошо. — Он задумчиво кивает. — Как на счет других твоих занятий? Может мне следует знать о чем-то?

Вздох.

Уиллоу мечтает, чтобы Кэти прервала его, как-нибудь переменила тему, но она занята кормлением ребенка какой-то отвратительной на вид стряпней, поэтому Уиллоу ничего не остается, как ответить.

— Нет… ну, мне надо сделать доклад для урока по книге Булфинча… Знаешь, про мифы и героев…

— Ну, для тебя это будет легко, — сказал Дэвид. — Ты уже выбрала тему? Когда доклад должен быть готов?

— Мм... нет. Тему не выбрала, еще нет… — Уиллоу избегает встречаться с ним взглядом. Да, у нее есть тема, но это не ее выбор. Как она может сказать своему брату, что учитель попросил ее написать доклад на тему потери и освобождения, отраженную в отношениях Деметры и Персефоны? Она не может, она просто не может смотреть ему в глаза и говорить о другом ребенке, лишенном матери. — В любом случае, его нужно подготовить в течение трех недель, поэтому у меня есть немного времени, чтобы определиться с темой.

— Как насчет библиотеки? Как сегодня прошел день? Лучше? Мисс Гамильтон лучше к тебе относится? Ты хочешь, чтобы я с ней поговорил?

— Нет! Я имею в виду, спасибо, но, не надо. Она неплохая, правда.

Уиллоу в голову пришла идея. Дэвид хочет знать, как прошел день в библиотеке? В самом деле, может ей стоит рассказать ему о парне, которого она там встретила, о Гае Ей интересно, возможно, просто возможно, его реакция на эти новости будет не такой, как на ее ежедневные отчеты о школе и домашних заданиях. Вероятно, ответственность за ее образование новое для него обязательство, ну, а такого рода вещи...

Уиллоу вспомнила, как в прошлом году она наведалась на одно из занятий Дэвида. И один парень, аспирант, не подозревая, что она только второй год училась в высшей школе, пригласил ее на свидание. Их отец совсем не обрадовался, но Дэвид нашел, что это прикольно.

— Я... Я встретила кое-кого в библиотеке, он посещал твои занятия в прошлом году, — осторожно сказала Уиллоу. — Она намекнула ему, как бы запустив пробный шар. Она хочет увидеть, как он это воспримет. Она хочет верить, что как-то, где-то его отношение к ней

не изменилось, и разговор о том, что было его любимой темой для шуток над ней, могло стать ключом к этому.

— Правда? — говорит Кэти. Ее голос звучит заинтересованно, и она смотрит на Уиллоу, как та безуспешно пытается заставить Изабель есть. — Как его звали?

— Парень или девушка? — говорит Дэвид вместе с ней. Он смотрит на нее поверх стакана. В его голосе слышится беззаботность.

Ох, мальчик...

— Это парень. Ну, вообще-то его зовут Гай. Я подумала, что это смешно.

И красиво. Красивое имя.

— Гай? — Дэвид задумался. — Думаю, я помню Гая — он все еще учится в школе, да? Думаю, да…

О, ради Бога!

— Он брал у меня уроки, чтобы сдать какие-то зачеты, — продолжает Дэвид. — Очень умный и гораздо более старательный, чем большинство моих постоянных учеников. Поверь, мне хотелось бы побольше таких. А что он сам тебе сказал?

Теперь уже немного похоже на ее брата. В конце концов, возможно, это была и хорошая мысль, даже не считая того, что она так думает. Уиллоу поняла, что сама она больше не способна вести беззаботный разговор. Как она может ответить даже на такой безобидный вопрос? Что она может сказать?

Он спросил, почему я живу с тобой, и я сказала ему, что убила своих родителей.Конечно, они разговаривали и о других вещах, но эти темы — под запретом.

Может быть, в прошлом году Уиллоу не постеснялась бы сказать Дэвиду, что Гаю нравится тот книжный магазин в центре, но теперь она не может. Не может, потому что любое упоминание об этом месте, которое так любит Дэвид, вызовет слишком много воспоминаний об их отце. Это он привел их туда в первый раз.

— Хммм, кажется, он сказал, что мы похожи. — Уиллоу в отчаянии посмотрела на брата. Невозможно не заметить, как он устал, как изнурен, как пусты его глаза.

Ей бы так хотелось, чтобы она могла убрать эту пустоту.

Но потом она вспомнила, что еще Гай сказал ей. То, что не причинит боли Дэвиду, когда он услышит, и она ухватилась за эту мысль как за спасательный трос.

— О, знаешь что? Я чуть не забыла, — она старалась, чтобы ее голос звучал восторженно. — Он считал тебя отличным преподавателем, я имею в виду, он продолжает так думать.

Это — ничто, это не вернет их родителей, не сделает его жизнь легче, но сказать это — все, что она может для него сделать.

— Правда? — протянул Дэвид. Конечно, он не испытывает восторгов от сказанного, но его взгляд кажется заинтересованным, а его глаза — не такими безжизненными.

— Правда. — Выразительно сказала Уиллоу. Она пытается придумать, что бы еще такого сказать. Добавить что-нибудь к комплименту. — Думаю, он говорил, что серьезно собирается заняться антропологией, в смысле посвятить себя ей, когда поступит в колледж. Он сказал, что твои занятия убедили его, что это именно то, чем он должен заниматься.