Уилл
Шрифт:
У: Ты отстранилась.
М: Я испугалась.
У: Испугалась чего?
М: Испугалась потерять тебя, если эта сторона моей жизни приблизится к нам.
У: Я чувствовал,
М: Я не хотела. Мне очень жаль.
Я точно знаю, о чем он говорит. У нас есть новая игрушка, и она все еще в коробке. Он продолжал намекать на ее использование, но я все время откладывала. Казалось, будто это больше, чем то, к чему мы готовы. Меня тогда беспокоило, как пережить сегодняшний день.
М: Уилл, ты вернешься?
У: Можешь дать мне еще немного времени? Я должен побегать, выпустить пар наружу. Я вернусь, я обещаю.
М: Хорошо.
Я хочу увидеть его, но, если ему нужно сперва выплеснуть свое разочарование, я понимаю. Я решила пойти и переодеться, прежде чем он придет. Ненавижу то, как претенциозно я сегодня выгляжу. Мне не нужно, чтобы он видел меня такой, как сейчас, и снова пережил плохие воспоминания. Я хочу, чтобы он увидел настоящую меня. Его Мэгс.
В спальне, сняв одежду, в которой я была, чтобы стать сегодня «девушкой из высшего общества», я чувствую себя великолепно. Я выбираю нижнее белье и надеваю его. Простые черные мальчишеские шортики с кружевом по краю и соответствующий бюстгальтер. Я не собираюсь одеваться, чтобы соблазнить его. Я правда ничего не жду от него сегодня вечером. Буду просто находиться рядом больше, чем осмелюсь просить, и, надеюсь, я верну постепенно и все остальное.
Когда я смотрю вверх, на освещенный закатом сад, я вижу его на беговой дорожке у бассейна сквозь окно в доме. Он бежит, полностью отдавшись этому.
Я никогда не видела его бегающим прежде. Он снял футболку, и его гибкое тело движется так сексуально. Я хочу увидеть его ближе. Я знаю, если я спущусь вниз, то вряд ли смогу устоять. Все тело ноет, когда я просто смотрю на него отсюда.
Я хочу увидеть его, избавляющимся от стресса, помочь ему расслабиться и успокоить его боль, и я хочу быть единственной, кто дает ему то, что ему нужно, а не эта беговая дорожка. Внезапно я отказываюсь от своих планов вернуть все назад постепенно. Если он отвергнет меня, мне будет грустно, но я пойму. Хотя я не думаю, что он это сделает. Потому что он нуждается в этом так же сильно, как и я. Нам обоим это необходимо.
В конце концов, я не тружусь искать одежду. Вместо этого я проскальзываю в свой черный шелковый халат.
Я спокойно вхожу в дверь домика у бассейна. Я слышу работающую беговую дорожку и стук его ног. Я медленно приближаюсь.
Я оставила все вещи в раздевалке. Я не знаю, захочет ли он играть. Не хотелось бы, чтобы он думал, что он обязан.
Прислонившись к одной из опор, я складываю руки, просто смотрю и жду. Он слишком красив, чтобы останавливать его.
В конце концов, он замедляет скорость до бега трусцой, а затем до шага. Наконец, он останавливается и, затаив дыхание, хватает полотенце, чтобы вытереть лицо и промокшие волосы. Когда он смотрит в зеркальную стену перед собой, он в первый раз замечает меня. Его грудь все еще поднимается и быстро падает из-за напряжения. Он молча смотрит на мое отражение.
Я отталкиваюсь от колонны и иду к нему, вынимая полотенце из его руки и бросаю его на скамейку со штангой позади него.
— Ты сделал все, что нужно?
Уилл качает головой.
— Я мог бы бежать вечность, и это не помогло бы. Ты нужна мне.
Я улыбаюсь. И улыбка достигает его лица.
Он отступает.
— Я весь потный.
— Мне все равно. — Я приближаюсь к нему, но последний шаг оставляю за ним. Я отчаянно хочу знать, что все будет хорошо, но я причинила ему боль. Это должно исходить от него.
Его губы встречаются с моими мягко, нерешительно. Затем его рука проскальзывает под мой халат, и он прерывает поцелуй, когда чувствует только кожу.
Он тянет за пояс и позволяет халату распахнуться, глядя на меня с жадностью.
Я пожимаю плечами.
— Я переодевалась, когда увидела бегающего тебя из своего окна, и почувствовала, что должна спуститься.
— Тебе нравятся потные мужчины? — его кокетливый тон дает мне надежду.
— Да, если это я заставляю их потеть.
— Это предложение?
Я не уверена. Чувство вины все еще целиком заполняет мое сознание, и я чувствую, что будет неловко после сегодняшних событий просто вернуться к игре, как будто ничего не случилось. «Это тебе решать», — нерешительно говорю я ему.
Он смотрит на меня откровенным взглядом.
— Это, как бы, не так работает.
Я делаю глубокий вдох.
— Уилл, я обидела тебя сегодня, я не думаю, что я — то, что тебе нужно, пока я не смогу это исправить.
— Ты не хотела причинять мне боль, в этом разница, — говорит он, пытаясь успокоить меня своим взглядом.
— Нет, но это было самое ужасное, что я могла сделать, учитывая нашу историю.
— Мэгс, Джей-Джей объяснил мне все. Я понимаю, почему ты это сделала, — ты защищала меня.
— Нам нужно поговорить об этом, тебе нужно понять, почему я отстранилась. Я отталкивала тебя, я признаю это. Вероника не должна была узнать о тебе; она бы разорвала тебя на части для статьи. Будь я проклята, если она получит эту власть! Чувство вины, подсказывающее мне, что я одна могу защитить тебя, было невыносимым, поэтому, я думаю, я отстранилась. Зная, что я собираюсь сделать, я не могла делать вид, что все в порядке. Ты хотел нечто, что я не могла дать. Ни за что не стала бы делать с тобой нечто настолько значимое, а потом притворяться, что тебя нет. Я просто не могла этого сделать.