Уилл

Хэванс Керри

М: Это значит да?

У: Да!

Это, черт возьми, да.

У: Пожалуйста.

Добавляю я торопливо.

М: Хорошо, буду через 30 минут.

Я

смотрю на время. Дерьмо.

Больше не чувствуя сонливости, я скидываю одеяло и бегу в ванную. Включаю душ и чищу зубы, пока жду, чтобы вода достаточно нагрелась, чтобы помыться. Быстро помыться — это все, что я позволяю себе, полностью игнорируя полутвердое состояние, в которое меня привели ее сообщения. Двухдневную щетину оставляю. Она мне даже нравится.

Возвращаюсь в спальню, надеваю боксеры и вытираю излишки воды с волос полотенцем. Я поворачиваюсь лицом к своему отражению в зеркале, пробежавшись рукой по животу. Пресс выделяется, но он не шикарно-твердый с проступающими кубиками. Он скорее скрытый. Как и мышцы в виде буквы V, которая скрывается прямо под моим нижним бельем. Я занимаюсь физической работой, и я хорошо питаюсь, я просто худой. Я сжимаю руки в кулаки и пробую согнуть в локте, чтобы проверить мышцы на руках, затем опускаю их со вздохом и отворачиваюсь. Мне нужно одеться.

Надеваю джинсы, но, застегивая их, понимаю, что они тесноваты. Она не говорила, что мы куда-то пойдем.

Я снимаю их и складываю в комод, вытягиваю футболку из того же комода и кладу ее на кровать. Не могу же я открыть дверь в одних боксерах со стояком, это не очень классно. Это больше в стиле Спенсера. Я выбираю пару свободных спортивных штанов. Застелив кровать и бросив мокрое полотенце в корзину для белья, я снова осматриваюсь вокруг, чтобы проверить, все ли в порядке, прежде чем взять майку и направиться вниз. Мне нужно проверить кухню. Никогда не знаешь, в каком виде Спенсер ее оставил.

Но кухня безупречна.

Я осматриваюсь. Ладно, это впервые. Я ставлю чайник и достаю две чашки, снова глядя на время. Она будет здесь в любую минуту. И, конечно, как только, я завариваю чай, она звонит в дверь. Я иду к двери, когда вспоминаю о футболке и возвращаюсь за ней. Я все еще держу ее в руках, когда открываю дверь и вижу, как взгляд Мэгс падает на мой живот. Как только футболка скрывает мой торс, ее глаза поднимаются к моим.

Легкая улыбка освещает ее красивое лицо.

— Доброе утро.

— Доброе утро, — отвечаю я, глядя на нее с улыбкой.

— Могу я войти?

Я понимаю, что блокирую дверь, подпирая ее.

— Конечно, извини. — Я отхожу в сторону, и она наклоняется за корзиной для пикника. — Позволь мне помочь тебе, похоже, она тяжелая.

— Спасибо, — говорит она, передавая ее мне.

— Что это?

— Завтрак.

Она входит внутрь, и я закрываю дверь свободной рукой.

— Тебе не нужно было этого делать.

— И тебе не нужно было этого делать, — говорит она, подняв бровь и приподнимая низ моей футболки пальцем. — Нужно было уточнить, что завтрак в постели. — Она подходит

ближе, и я перехватываю ручку корзины и очень громко сглатываю. Она забирает корзину из моей руки. — Снимай.

Я колеблюсь всего мгновение. Выражение ее лица говорит мне, чтобы я не задавал ей вопросов, поэтому я стягиваю с себя футболку и бросаю на пол.

Дерьмо, нужно было сложить ее.

Я нуждаюсь в поддержке.

— Так-то лучше, — говорит она, оставляя корзину в гостиной на столе и сокращая расстояние между нами, пока не останавливается всего в дюйме от меня. Она проводит своей рукой по моей груди, следуя по тому же пути, что и мой критический взгляд в зеркале всего несколько минут назад. Я задерживаю дыхание, когда она касается линии волос, которая спускается под резинку моих боксеров и проводит по ней пальцем. Она развлекается таким образом пару секунд, играя с эластичной резинкой, но затем она поднимает голову, и я могу вдохнуть.

Она так близко — это так удивительно. Обычно я не подпускаю людей в свое личное пространство, но, похоже, что оно принадлежит ей. Возможно, поэтому я так сильно защищал его от всех остальных. Оно ее.

Вспоминая прошлый вечер, я ожидал, что почувствую себя оскорбленным, но нет. Я не просил того, что случилось вчера, и я бы сделал все по-другому. Но она делала это ради моей пользы. И теперь я признателен треникам. Хоть они едва ли скрывают мое затруднительное положение, боксеры были бы крайне неуместны.

— Давай есть, — говорит она многообещающе. Может это только моя фантазия, но мне кажется, что она имела в виду съесть меня.

— Конечно, — отвечаю я, прочистив горло. Я делаю шаг к кухне, и она кладет свою

руку на мою.

— Куда ты идешь?

— На кухню.

Она медленно качает головой и начинает подниматься по лестнице. — Я же сказала тебе, я имела в виду завтрак в постели.

Я жду секунду, прежде чем ответить. Наверное, я не должен сомневаться. Мы не установили никаких правил…

— Но я приготовил нам чай.

На ее лице вспыхивает ухмылка.

— Хорошо, — смеется она. — Возьми его с собой.

Она не идет за мной на кухню, и когда я возвращаюсь в холл с двумя чашками, ее уже там нет. Моя футболка все еще лежит на полу там, куда я бросил ее. Я съеживаюсь, но заставляю себя идти дальше. Что она подумает, если я начну складывать футболку, вместо того, чтобы быть там с ней? Поэтому я делаю глубокий вдох и стараюсь не пролить чай, неся его дрожащими руками, поднимаясь по лестнице.

Когда я вхожу в свою комнату, она разглядывает мой стол. Она проводит пальцами по краю макбука, и я смотрю на нее, пока чашки не начинают обжигать костяшки пальцев. Я пересекаю комнату и ставлю одну кружку на подставку, которая лежит на тумбочке, затем открываю ящик внизу и вытаскиваю еще одну для второй кружки.

Когда я поднимаю взгляд, я вижу, что она наблюдает за мной.

— Любишь аккуратность?

Внезапно я чувствую себя подсудимым.

— Нужна всего минута, чтобы поставить все на места, это проще сделать сразу, — отвечаю я, стараясь не оправдываться.