Угроза
Шрифт:
Олаф подумал, что напрасно в пылу боя не прислушивался к нему. Когда к ним снова полетели стрекозы, на этот раз не строем, а охватывая врагов редкой цепью, сотник постарался понять насекомых. Шар опять помог - появилась твердая уверенность в том, что летучки собрались зависнуть на расстоянии выстрела и вести бой неподвижными.
– Лук, Сайка, лук! Они хотят дать воинам прицелиться!
– Олаф едва не выронил из корзины арбалет, перестав заниматься перезарядкой.
Стрекозы повисли впереди, с боков, сзади, он чувствовал их всех. Смертоносец
Мешш одной из свободных лап бережно поддержал Олафа. К удивлению сотника, в спине восьмилапого уже торчало четыре стрелы. Сколько еще он продержится, такой большой, беззащитный?
– Все!
– Сайка сбил последнего врага. На этот раз летучки упорствовали, не отступали.
– Не знаю, почему, но мы еще живы! Дворец близко, Мешш, ты собираешься опускаться?
"Я с трудом удерживаю высоту. Шар поврежден, одна из стрел царапнул по оболочке. Когда существо устанет, мы быстро потеряем высоту, лучше пока держаться повыше."
Пользуясь передышкой, Олаф присмотрелся ко дворцу. Оттуда видели шар, из открытых дверей лучники стреляли в стрекоз, возможно, старались помочь. Постройка моста близилась к завершению, не меньше тысячи воинов стояли на площадке перед ним, еще больше, гораздо больше скрывали скалы. Откуда они взялись?..
Шар в кармане мгновенно помог найти ответ. Это речники! Вот они, самодовольные, обожавшие яркую одежду и красивое, изукрашенное оружие! Те, кто предал степь. Олаф завыл от бессильной ярости - если бы сейчас ударить по ним с сотней на смертоносцах…
"Зижда приближается к дворцу, они двигаются немного медленнее нас. Если бы не летучки, четыре смертоносца и лучники легко могли бы удержать мост, или даже разрушить его."
– Летучек не будет только в темноте, или если мы их перебьем!
"До темноты далеко," - загадочно отозвался Мешш.
Опять к ним полетели стрекозы, на этот раз все. Сайка в восторге захохотал, Мешш резко бросил шар вниз, будто надеялся, что враги пролетят над ними, не заметив.
– Вот и все, сейчас все решится!
– крикнул Олаф джету.
– Убей их как можно больше, этих гадин!
– Хоро… - Сайка не договорил, стрела на излете ткнулась ему в грудь, брызнули во все стороны кусочки разбитого хитина.
– Ох, дыхание вышибло! Спасибо куртке!
Вокруг них закружился хоровод фасетчатых глаз. Одна летучка, без человека, явно намеревалась схватить Олафа лапами, но выпущенная навстречу стрела пробила хитин и отбросила ее, уже мертвую, в сторону и вниз. Сотник стрелял, вслепую шаря рукой в колчане, что-то кричал Мешшу, требуя немедленно посадить шар на дворец. Лопнула еще одна стропа, сзади тяжелые жвалы вцепились в смертоносца. Он закричал так, что Олаф выронил лук, повернулся, полез рубить летучку мечом уже ни на что
Корзина накренилась, атаман вскрикнул и Олаф, повернув голову, не увидел джета на привычном месте. Еще одна стрекоза вцепилась лапами прямо в шар, закачалась на нем, ударяя сотника трупом висящего под ней, пронзенного стрелой воина. Чивиец хотел ударить ее мечом, но насекомое вдруг вспорхнуло и тут же снизу корзина получила страшный удар.
Шар, почти полностью разорванный, накрыл человека и смертоносца, спас от гнева стрекоз. Мешш, истекая кровью, бил сознанием всех, находившихся рядом, доставалось даже сотнику. Кое-как выбравшись, Олаф поднялся на дрожащие ноги, замахнулся мечом и оказался лицом к лицу с восьмилапым.
"Бегите во дворец!" - Иржа рывком могучей лапы сорвал шар с Мешша, потащил его ко входу.
– "Где ваш друг?"
Олаф, шатаясь, огляделся. Они упали возле самой крепости, откуда тут же выбежали десятки лучников, стрелами отогнав стрекоз. Да их и осталось не очень много, не больше двух десятков. Атман, выпавший из корзины раньше, без движения лежал в стороне, к нему уже бежали люди.
"Быстрее!" - подхлестнул Олафа смертоносец.
– "Королева хочет видеть тебя!"
Сотник пробежал несколько шагов и вдруг почувствовал грозу, кто-то приближался к нему сверху, намереваясь вцепиться лапами в шею. Присев, Олаф не глядя обеими ударил мечом вверх. Хрустнул хитин, оружие рванулось из рук. Раненная стрекоза пролетела еще немного и врезалась во дворец, упала под мечи хажцев.
В дверях стоял, натужно сморщившись, знакомый старик по имени Чалвен, он обеими руками удерживал рвущуюся наружу девушку. Сотник перешел на шаг, приблизился и опустился на колено.
– Я счастлив приветствовать тебя, королева!
– Встань, - попросила Тулпан.
Сотник хотел ответить что-нибудь очень любезное, н Иржа, волочивший ко дворцу Мешша, бесцеремонно толкнул его лапой и чивиец влетел в двери. Тут же воевода Патер потребовал, чтобы все вернулись в крепость, в образовавшейся толкучке Олаф потерял Тулпан. Мимо пронесли Сайку, атаман был без сознания.
– Зижда!
– Олаф ухватил за лапу смертоносца.
– За нами шел Зижда с отрядом, теперь летучки увидят их!
"Я не могу послать отряд им на помощь…" - начал было смертоносец, но остановился.
– "Обратись к королеве Тулпан, Олаф-сотник. Воля ее - закон."
– Я откроюсь тебе, - пробурчал сотник, потирая ушибленный зад, который наконец-то снова начал чувствовать.
– Узнай все.
"Спасибо."
Иржа быстро окунулся в человеческое сознание, перед ним за короткий миг пролетела вся история чивийцев в Темьене. Отравленные стрелы, воздушные шары, сожженные вместе с самками город… Смертоносец чуть согнул лапы, поблагодарив, и отошел.
"Я беспокоюсь об Оке Повелителя," - пожаловался истерзанный, семилапый Мешш, которого врачевали люди.