Угроза
Шрифт:
– Пустишь?
– Аль протиснулся мимо отца в комнату, сел на табурет.
Старик не спеша докурил трубку, потом притворил дверь.
– Раскричались на весь поселок, - ворчливо прокомментировал он поведение женщин.
– Чего голосят? Здесь три воина, да ты теперь четвертый. Рассчитывать не на кого, шли бы по домам.
– Как это по домам?
– не понял Аль.
– За перевалы уходить нужно.
– А ты знаешь, что там, за перевалами? Никто не знает. Чивийцы ушли и не вернулись, и Люсьен, дубина дворцовая, с ними сгинул. Поселки летучки не трогают…
И
– Но мы же подданные королевы!
– напомнил Аль.
– Хаж надо защищать… Или уходить.
– Или оставаться, - старик прилег.
– Я вот останусь. А ты как хочешь.
– Поесть дашь?
– Поищи там, клубни с ужина остались. Холодные, ну да тебе все равно, чем брюхо набивать, весь в покойную мать.
Пока Аль громыхал мисками, старик успел задремать. В поселке кричали все громче и воин обрадовался, что ушел от Варны. Сейчас приковыляет на одной ноге староста, захочет все узнать в подробностях… Кому нужны подробности, если Хажа больше не будет?!
Уминая холодные, склизкие клубни, сдобрив их щепоткой соли, Аль постепенно отвлекся от дурных мыслей. За окном светало, он погасил плошку, еще раз напился. Поспать бы… дверь резко распахнулась.
– Ну что там?
– Аль недовольно повернулся и тут же застыл, выпучив глаза.
Кончик длинного меча вошел его ноздрю и чуть потянул кверху. Маленький длинноусый человек в странной, обшитой хитином куртке, с усмешкой рассмотрел поселянина, приложил узловатый палец к губам. Аль скосил глаза и увидел, как над отцом склонился смутно знакомый, черноволосый и смуглолицый воин.
– Спит, - очень тихо сказал он.
– Ну и пусть спит. Тебя как звать, парнишка?
– Аль, - немного в нос сказал поселянин, будто стараясь выдохнуть сталь.
– Отстегни меч, отдай мне и садись, - предложил сухощавый.
– А то иссопливишь мне все оружие.
Поселянин выполнил требование и наконец смог дышать спокойно. В поселке по прежнему перекликались женщины, кто-то громко рыдал неподалеку. Дверь опять открылась, в комнату скользнул крепкий человек, быстро огляделся.
– А я его знаю!
– улыбнулся он.
– Это Аль. Так, верно?
– Верно, - за поселянина ответил смуглолицый.
– Он уже признался, но ты помешал узнать самое интересное. Хаж пока устоял, Аль, или вы уже слуги стрекоз?
– Хаж… - до воина дошло наконец, что происходит.
– Люсьен! Ты вернулся! А сейчас, наверное, как раз дворец штурмуют, стрекозам на помощь речники пришли. Так там можно жить, за перевалами?
– Об этом потом, - смуглолицый встал и от этого движения отец Аля проснулся.
– Сейчас стрекозы и речники штурмуют дворец? Люсьен, это ведь довольно далеко, мы можем не успеть!
– Шар надо поднимать, - сказал маленький усатый человек, который уже успел доесть клубни и отыскать на полке кувшинчик с настойкой.
– С ночи вам повторяю: поднимайте шары, долетим и все узнаем.
Олаф, имя которого аль наконец-то припомнил,
– Зижда! Выходи!
Снаружи послышался топот, скрипнул, разваливаясь заборчик. Аль оставался на месте но по тому, как упала тень на фигуру чивийца догадался, что к нему подошел смертоносец.
– Зижда, сейчас стрекозы и речники штурмуют дворец Хажа, если не поможем сейчас - можем уходить обратно.
"Приказ Повелителя - помочь королеве Тулпан," - для всех сказал паук.
– "Ты хочешь лететь на шарах?"
– Да!
Смертоносец задумался. Его уже заметили женщины, кто-то вскрикнул от страха, кто-то наоборот радостно заголосил. Остальные восьмилапые, неся на себе груз и людей, входили в поселок не скрываясь.
"Я Око Повелителя, и должен думать о Чивья," - изрек наконец смертоносец.
– "Мешш говорит, что с обрыва видит множество стрекоз над дворцом. С ними лучники, на шарах мы будем беззащитны. Но у тебя есть три маленьких сильных лука, Олаф-сотник, я позволю тебе подняться на одном шаре и попытаться долететь до дворца. Мешш уже готовится к подъему."
– Полетим вместе, как я тебе и говорил!
– Сайка сорвался с места.
– Три арбалета, ты будешь заряжать, а я стрелять! Жуть как хочется попробовать!
– А ты, Зижда?
– на минуту задержался Олаф в дверях.
"Мы попробуем приблизиться к дворцу скрытно, отряд на дороге будет уязвим для летучек."
Пожалуй, Олаф и сам не мог бы рассудить лучше. Оттолкнув Люсьена, который пытался доказать, что лететь должен он, сотник побежал вслед за Сайкой к Мешшу. Шар Фольша бился в кармане, указывая направление, поэтому чивиец сократил путь через огороды и первым оказался возле шара.
Существо уже получило команду и старательно раздувало проклеенную паутину. Мешш уже забрался в корзину. Рядом пристроился Олаф, принял от Вика два арбалета, колчаны стрел. Зижда от дома успевал распорядиться всем. Добрался запыхавшийся Сайка, взял третье оружие.
– Как это ты так быстро?
– изумился атаман, устраиваясь по другую сторону от паука. Шар натянул тянущиеся к нему нити паутины, корзина будто стала легче.
– Давай попробуем. Просто передавай арбалеты мне, а я тебе.
Олаф не стал спорить. Немного задевая в тесноте Мешша и паутину, они наконец приноровились, шар уже начал подниматься. Сотник как мог быстро зарядил арбалеты, осмотрелся. Пока они были еще слишком низко, скалы закрывали дворец.
– Ты сможешь подлететь туда, Мешш? Как ветер?
"Хороший ветер," - отозвался паук.
– "Не очень сильный внизу, резкий повыше, сам несет на восток. Сейчас мы будем там, сотник. Но помни, как человеческие лучники сбивали шары в Темьене."
– Поднимайся пока выше, выше!
Олафу очень хотелось бы стрелять самому, но у Сайки гораздо больше опыта. Он давно полюбил арбалеты и упражнялся с ними, стоя на палубе, расстреливал разнообразные цели, в том числе и стрекоз. Если сейчас отогнать стрекоз от дворца не получится - все кончено, новое оружие не помогло.