Угроза эволюции
Шрифт:
— Теперь я тебя понимаю лучше, — моя ладонь стала гладить роскошные чёрные волосы, волнами спускающиеся ниже пояса. Вива не отстранилась. — Никто из малышей не выжил?
— Из первых подопытных нет, — она снова всхлипнула. — Это были обычные дети. Мальчики держались дольше… Потом партия девочек — дочерей альсеид. Их свозили со всей страны. Понемногу, чтобы никто ничего не заметил. С ними почти получилось. Но самым желанным призом стали сыновья альсеид. У них оказалась повышенная сопротивляемость и живучесть в инсекцикле. Возможно, кто-то
— Ясно, — кивнул я, вспомнив пацана, спасённого Вивой при нашей первой встрече. Сын казнённой альсеиды.
— Такие дети зачем-то позарез нужны этой кодле. Точно не успела узнать. Они зовут себя Братством жнеца.
— Круто! — оценил я. — М1-муравей-жнец — самое ядовитое на нашем континенте насекомое.
— Вот-вот, — кивнула Вива. — Даже не знаю, что именно у них на уме, но это явно какое-то масштабное и совсем гадкое дерьмо!
Я чуть отстранил девушку, чтобы заглянуть в глаза.
— Но почему всё-таки ты решила действовать в одиночку? Разве с подобными заговорами так борются?
— А что мне было делать? Заявиться в вашу контору с чистосердечным признанием? Я, альсеида с двадцать шесть лир, участвовала в сверхгадком проекте и теперь хочу сдать Конгрегации своих подельников? Пустите меня к вашему главному? — Вива горько усмехнулась. — Да мне устроили бы вивисекцию и показательную казнь. А я, знаешь ли, ещё хочу пожить.
— И решила довериться мне?
— Не сразу, как видишь…
— Хорошо, — я с сожалением разомкнул объятья, встал и поглядел на неё сверху вниз. — Мне нужны доказательства. Такие, чтобы не отвертелись. И поверь, Конгрегация их достанет.
Вива тоже встала.
— Я готова назвать тебе место, где легко можно взять Дар Нимуса. Пойти с тобой не смогу, иначе потом мне не скрыться — лимит маскировки исчерпан, а они меня уже ищут. Если готов прибегнуть к жёстким методам допроса, получишь любую информацию. Старый хрен слаб — даже инсекцикл дал ему всего четырнадцать лир. И очень боится боли, — увидев в моём взгляде невысказанный вопрос, добавила: — Не думай, что я проверяла. Мне другие рассказали. Я не первая в Институте, к кому он подкатывал.
— Я готов прибегнуть к чему угодно. Но, опасаюсь, так или иначе твоя причастность к утечке информации всё равно всплывёт. У них тоже наверняка есть аналитики, и они не дураки.
— Плевать! Главное мне успеть скрыться за это время.
— Но в Институт ты уже не вернёшься. Понимаешь, что это конец твоей карьеры?
— А ты меня отпустишь — и это конец твоей карьеры. Будем квиты, — Вива усмехнулась. — Но дело того стоит. Эта мерзость не должна продолжаться!
— Согласен, — кивнул я. — Сообщай координаты.
Получив псиэм-сигнал с нужной информацией, я на секунду замешкался, поглядев на слегка растрёпанную Виву, а потом на широкую кровать.
Девушка смущённо улыбнулась и развела руками.
— Надо спешить, — проговорила она со смесью решимости и сожаления в голосе.
Я
Вновь концентрированная воля влекла меня вперёд.
Псиэм пульсировал яркими вспышками затихающей страсти и боевым азартом. Проскальзывала гамма других эмоций и смыслов. Для обретения равновесия я продолжил формулу самодиагностики.
Кладут мне на плечи руки,
Но я не помню имен.
В ушах раздаются звуки
Недавних больших похорон.
Пришло полное доминирование моей тёмной стороны. Они хотят по-плохому? Они это получат.
Кто бы мог подумать, что тайной слабостью руководителя сверхсекретного проекта окажется банальный наркопритон? Но безнаказанность и мощная "крыша" нередко порождают ложное чувство безопасности.
Точка находилась недалеко от Института, в одном из тёмных проулков. Этим, конечно же, и был обусловлен выбор — в непосредственной близости от родных стен надежно действовала псиэм-маскировка, о которой рассказала Вива. По крайней мере, я не чувствовал след инсектанта в колебаниях псиэм-струн.
Но теперь это его не спасёт. Альсеида точно указала, где искать.
Боевой азарт ударил в голову, и я дал ему захлестнуть себя. Это — момент истины и тоже элемент красивой игры. Церемониться с обитателями притона я уж точно не собирался.
Дальнейшее запомнилось серией сменяющих друг друга резких картинок-вспышек.
Вот я сжигаю мощным псиэм-выплеском модули двух амбалов-охранников у неприметной чёрной двери. Они хватаются за затылки и со стонами валятся на землю.
Пинком открываю дверь. Коридоры, заполненные светящимся дымом и смрадом наркоты. Шлем лорики фильтрует для меня воздух.
Искаженные порочным кайфом лица. На некоторых успевает проступить страх при моём появлении. Ствол "Очистителя" красноречив в своём молчании. Наркоши разбегаются, я не обращаю внимания.
Отдельная комната для особо дорогого гостя. Крат Дар Нимус, чью рожу мне прислал псиэм Вивы, лежит на круглой кровати в обнимку с двумя голыми альсеидами, подставив глаза сиреневым нарколучам.
Быстрый замер. Пять и шесть лир, подумать только. Жаль руки марать…
— Развлекайся, Арах!
Чёрно-зелёный вихрь, женские крики, хрипы. Два контрольных в головы из "Очистителя".
— Что? Кто? Какого х…
Пинок в грудь опрокидывает вскочившего было Нимуса обратно на кровать, залитую кровью. Выстрел в колено, чтобы не вздумал сопротивляться. Арах запрыгивает на лицо, поднимает острейшие хелицеры в атакующем замахе над глазами орущего от боли бородача. Достойная замена нарколучам. Вставит явно эффективнее!
Я блокирую дверь изнутри и отчетливо произношу:
— Протокольная псиэм-запись. Допрос Крата Дар Нимуса, руководителя особого проекта "Буддхи" Института нейроисследований Иггарды. Первый вопрос: кто входит в Братство жнеца, и какова ваша личная вовлечённость?