Угли "Embers"
Шрифт:
«Может быть, ему не надо знать».
Потому что они ни за что не останутся рядом с Зуко, нужен им учитель покорения огня или нет. Половина людей, живущих у основания горы, не любила Аанга — а как можно не любить Аанга? — а вторая половина… запуталась. Земля, огонь и даже немного воды смешались вместе — кто мог так жить?
Люди Зуко пытались. Когда она была внизу прошлой ночью, исцеляя всех, кого смогла… в один из тех долгих часов она моргнула, не зная, чей обожженный человек лежал под её руками.
Это было страшно. В темноте нельзя было разобрать, чья сторона права.
Сколько ещё раз Аангу придется сражаться в темноте?
***
— Юный! Вы сказали, что он юный! — выйдя из внутреннего двора Амаи, подальше от самых тяжелых раненых, Лангшу стиснул свой сай неосновной рукой и постарался не представлять, как он вытаскивает кинжал в ножнах из-за пояса, чтобы побить по голове одного самодовольного старого покорителя огня. — Вы не говорили, что он глупый!
Сидевшая на низкой стене двора Саолуань подавила смешок.
В кои-то веки генерал Айро выглядел растерянным.
— Я понимаю, что он произвел менее чем положительное впечатление на моего племянника, молодой человек. Но как яорэн прошлых времен ты должен понимать, что твой долг — поддерживать Аватара…
— Мой долг делать что?! — рявкнул Лангшу. — Вот что думает про нас Белый Лотос? Вот что вы говорили Зуко? Неудивительно, что он прячется при вашем приближении! Вероятно, он думает, что вы хотите заставить его учить Аанга, потому что, Агни сохрани, чтобы вы хоть что-то предприняли против вашего сумасшедшего брата… — Лангшу осекся, когда покоритель огня испуганно моргнул. Незаметно. Трудно заметить, но это было так. — Так и было! Замороженный идиот!
— Что бы ты ни чувствовал по отношению к Аватару, но Аанга надо учить, — нетерпеливо произнес Айро. — Ты связан духами и исполнишь свой долг, как сделали яорэны для Янгчен…
— Аватара должны обучать люди!
Белая бровь скептически изогнулась.
— Лучшие покорители учатся у самих элементов, — строго напомнил Айро.
— Лучшие покорители-люди, — крикнул в ответ Лангшу. — Дух Аватара — не человек! Дух Мира становится человеком, чтобы узнать, каково им быть. И часть того, как быть человеком, заключается в обучении у людей-мастеров. Зуко не может учить Аанга покорению огня. Ни один яорэн не может!
…Проклятье. Будь всё проклято, он не хотел этого говорить.
«Но Айро должен знать, — признался себе Лангшу, чувствуя, как ему в затылок впился испуганный взгляд Саолуань. — Он должен знать, кто мы такие на самом деле. Или положение станет ещё хуже, чем сейчас. Зуко — драконье дитя. Агни ни за что не разделил бы его даже с Ла, будь хоть какие-то другие варианты».
— Ты хочешь сказать, — тяжелым голосом проговорил Айро, — что яорэны — не люди.
— Нет. Не совсем. — Лангшу почти что потянулся к источнику, текущему сквозь двор, но передумал. Он прибережет это на тот случай, если генерал заупрямится. — Мы живем как люди. Мы умираем как люди, но наш дух достаточно крепок, чтобы ходить по краю мира. Это дорого нам стоит. — Как ему обратить это в слова, чтобы покоритель огня, знающий о яорэнах только по записям, сделанным еще до рождения Янгчен, понял? — Мы не можем покорять как нормальные люди.
Кажется, Айро немного побледнел.
— Вы — мосты в Мир Духов. Как Аватар.
— Не как он, — поправил Лангшу. — Аватар — это дух, живущий в мире людей. Дух, который может ненадолго вернуться обратно в Мир Духов. Мы — люди, признанные духами. Это… — он лихорадочно подыскивал слова. — Смотрите. Аанг открывает дверь и проходит через неё. Вот он с одной стороны, а вот — с другой. Он здесь, он там. Он или покоряет элементы, или ходит в Мире Духов. Он не… не застрял.
Айро сложил руки на груди, обдумывая его замечание.
— А вы застряли.
— Мы… как трещины в мире, — выговорил Лангшу. — Мы здесь. Мы всегда здесь, но… часть нас прямо на границе с там. Всё время. — Он поморщился. — Часть нашей чи касается духов. Всегда. И Аватар не может этому учиться. — И это была не полная правда, чтоб её. — Ему не положено контактировать с духами таким образом. И ему совершенно точно не положено учиться смешивать элементы, пока он не овладеет всеми четырьмя по отдельности. Если мы чему-то научим его, то научим после того, как он овладеет четырьмя стилями. И знаете что? Я ничему не буду учить этого паршивца. — Ледяная ярость угрожала затопить его снова, как брызги зимнего шторма. «Отказаться от моего меча. Отказаться от меча моей мамы!»
Потому что воздушным монахам не полагалось убивать. Как будто отсутствие меча когда-либо останавливало покорителя воздуха, который хотел убить человека.
…И это заставляло его голову кружиться, как когда попадаешь в гигантскую волну, а желудок сводило до того, что Лангшу просто хотелось найти угол и спрятаться. И чтобы его стошнило. Он прожил всю жизнь, слушая истории о мирных Воздушных Кочевниках и злом Народе Огня, который сжег их храмы. Хьёрин вырос в бегах от стрел Белого Ветра, его семья перебегала от бухточки к бухточке под прикрытием вызванного покорением тумана и темноты до того дня, когда впавший в отчаянье покоритель огня не попал в лесной пожар, выжегший его душу.
— Мы яорэны, — сказал Казэ. — Мы должны защищать оба мира, но мы не можем делать это без Аватара. Мы должны найти её. Мы должны научить её, кто она такая, и что она должна делать.
Им пришлось вызволить воздушную монахиню из убежища Шангчена, держать её при себе и помочь ей найти учителей. И всё это спасаясь от преследования охотников Субодэя. Вместе со взрослой женщиной, обладавшей всей силой Аватара, но никогда не поднимавшей руки в гневе. Которая даже не помышляла, что такое возможно.
До встречи с Янгчен Хьёрин ненавидел Воздух. Потом…
«Мы разбили ей сердце. Нам пришлось, у нас не было выбора. Она простила нас всех».
Но он так никогда и не простил себя.
«Аанг — не Янгчен».
Только эта мысль и удерживала Лангшу от какого-нибудь безумства. Например, подняться по льду и снегу на вершину горы и потрясти его.
Хотя сейчас ему хотелось потрясти покорителя огня.
— Даже не будь он яорэном… вы знаете, кем был Зуко, — продолжил спор Лангшу. — Как вы вообще могли просить его учить Аанга?