Угли "Embers"
Шрифт:
Зуко чуть не подавился смехом. Но одно слово привлекло его внимание.
– Лава? – выдохнул он. – Я думал… Свитки утверждают, что только Аватар и Хозяин Огня…
– А где они этому научились? – приподнял бровь Шидан. И посмотрел на него. – Да, большинство не могут её подчинить. Даже многие драконы могут делать только то, что мог Кузон, - грубо направлять её, чтобы спасти свои жизни. Но она течет, как вода. Интересно… - Он потянул руку.
Зуко отшатнулся. «Если он дотронется до меня, то узнает. Он узнает. Мне надо уйти, надо…»
Но это был Шидан. И он так устал бежать.
Пальцы замерли, не касаясь.
–
– Я знаю, - прошептал Зуко. – Я не хочу ранить тебя.
Шидан склонил голову, полный любопытства и настороженности. Настороженности, которая внезапно исчезла, когда его золотые глаза едва заметно расширились.
«Он знает. Он не может знать… но он знает».
Стараясь не думать, Зуко взял руку Шидана. Теплые пальцы, огненное покалывание установившейся связи…
«Не бойся, детеныш. Мы родичи и я никогда не…» Шок. Удивление. Удивление, похожее на укол коготков котенка, сплетенное с внезапным волнением. «…О».
Эхо между ними, когда дух-во-плоти, которым был дракон, почувствовал его собственный дух. И узнал его в порыве волнения, любви и смеха, сверкавших как родник на солнце…
«Разумеется», - прозвучал в его разуме смех Шидан. – «Кто ещё мог натворить такой славный бардак?»
Зуко поморщился. Ладно, «бардак» был подходящим словом.
«Стоп. Внук, брат моего сердца… стоп». Шидан притянул его к себе, осторожно обнял. «План Похитителя Лиц затягивает в его сеть всех нас. Что может быть лучше для мира, чем тот, кто разорвал нити?»
Зуко вздрогнул и почти что отстранился. Он знал, о какой сети говорит Шидан, и сеть Ко была всего лишь небольшой её частью. И чтобы дракон с одобрением отнесся к её разрыву!..
Шидан слабо улыбнулся.
– Да, я знаю. Я создание как из духа, так и из тела. Как я могу призывать к разрыву сети, которую Великие Духи ткут для всех нас? Но ты забыл. Я знаю, что ты забыл, потому что путь, которым ты прошел, отделяет память от костей… Мы – создания Агни. Земля, воздух, вода – они ткут всё, что есть на свете, и тянут от этого свою силу. Они слушают пульс мира и склоняются перед его духом, Аватаром. Но у огня другая задача. Огонь горит.
– Агни-Проказник, - прошептал Зуко.
– Агни, который присматривает за миром, чтобы замечать, где ткань спутывается, угрожая навсегда остановить ткацкий станок, - кивнул головой Шидан.
– Который сжигает старое, когда надо, чтобы оставшееся могло ткаться дальше. Ты не первый, кто пошел этим путем.
Зуко с трудом сглотнул.
– Не первый?
– Нет, детеныш, - мягко ответил Шидан. – Это редкий дар. Даже Агни не может с легкостью сжечь то, что выткал мир. Но только он решает, давать ли свой дар: благословение… или никакого благословения.
Зуко моргнул, размышляя. И убедился, что одна его рука держится за перила. Его колени немного тряслись.
– У меня нет удачи.
– Никаких знаков благоволения духов, за исключением покорения, - подтвердил Шидан. – Над тобой не горит свет, который могли бы заметить духи, как надо мной, или над Айро, или над твоей сестрой. Ты призрак. Туман. Огонь, горящий в корнях сосны, невидимый для тех, кто ходит по земле. – Мозолистая ладонь накрыла его. – Ты - нож Агни в темноте. Бей точно.
– Я не знаю, что я делаю, - порывисто признался Зуко. – Всё смешалось. Аанг даже не
– Это так и не так, - задумчиво заметил Шидан, царапая сталь ногтями с высоким скрежещущим звуком. – Онмицу, ямабуси, Тоузайказэ… они все живы, да. Но они не народ. Они живут по милости других сил, огня и земли, хранящих их от зла. Они не сила сами по себе, которую боится и уважает весь мир. – Он сделал паузу. – И у Осеннего Господина всегда были проблемы с претензиями.
Зуко бросил на него быстрый взгляд. Шидан моргнул, лениво веселясь.
– Я - дракон. Мы вылупляемся с претензиями.
– Дядя всегда говорил мне, что это досталось мне от отца, - буркнул Зуко.
Шидан рассмеялся, послав теплую дрожь «родич» и «безопасность».
– Не бойся. Тебе это досталось по-честному. Со всех сторон.
– …О. – Чистое, виноватое чувство облегчения. Стремление выходить из себя и поджаривать что-то не делали его похожим на отца. Это было… хорошо. Вроде как.
– Поступки, а не желания, - твердо напомнил Шидан. Серьезный взгляд его глаз и теплый шепот «ш-ш-ш, глупый детеныш» явно показывали, что он ощутил вину внука. – Мы рождаемся, чтобы кормиться слабыми и испуганными. В нашей природе выслеживать, нападать из засады и убивать. – Тихий вдох. – Но мы – это не только наша природа. Агни одарил нас мыслью и выбором. Мы можем выбрать быть монстрами. Или мы можем выбрать думать. Отдать нашу жестокость на службу клану и бить только тогда, когда нужно.
– Темные драконы? – тихо спросил Зуко. «Моя сестра…»
– У них тоже есть выбор, - вздохнул Шидан. – Их выбор более жесток, чем наш, потому что внутри у них чего-то не хватает. Но выбор есть. – Он нахмурился. – Айро сказал, что целительница Амая пыталась помочь твоей сестре. Я… сомневаюсь. Огненный целитель не мог бы ей помочь, это я точно знаю. Но вода – это семья, а это то, чего темным драконам не хватает больше всего. Я теряюсь в догадках.
– Вообще-то потом она пыталась меня убить, - напомнил Зуко. – Снова.
– Проклятье. – Шидан посмотрел вдаль, отпустив сожаление и хрупкую надежду в одном решительном выдохе. – Итак, покорители воздуха. – Он нахмурился. – Возможно, твой план ещё окажется самым лучшим. Если храм воздуха встанет как отдельный народ, если ты будешь защищать его как союзника, соседский клан, а не как часть своего владения… Может, этого и хватит, чтобы утешить раненую гордыню Воздуха.
– Гордыню?
– фыркнул Зуко.
– Это не то, что ассоциируют с монахами, да? – насмешливо спросил Шидан. – Ха! А что ещё это может быть, если они считают, что могут ходить по миру, ни разу не поднимая руку в гневе, и что их сияющий пример вдохновит всех остальных никогда не поднимать оружия против них? Да, самоуверенность – слабость огня. Но у воздуха это гордыня.