Угли "Embers"
Шрифт:
Обгоревшее дерево, кусками разбросанное по склону. Каждый лук был прожжен насквозь, словно разрезанный огненным ножом. Йинг прикинул расстояние на глаз и выругался. Огонь покорителя огня умрет, если отлетит слишком далеко, учили в армии. Отойди подальше, и ты в безопасности.
— Здесь больше ста футов! Ни один покоритель огня так не может…
— Ни один обычный солдат, — сухо сказал Гуи. Нахмурился, охватывая старыми глазами сцену битвы. — Только имперские покорители огня настолько точны.
На секунду сержант Йинг от всей души пожелал, чтобы
— Один мощный заряд, пока у них был фактор неожиданности, — задумчиво сказал Гуи. — Потом лучники. А потом… хм-м. Они разделились, чтобы добить оставшихся, там и там. — Он покачал головой. — Думаю, всё кончилось ещё до того, как бандиты поняли, что мертвы.
Леденящая мысль. Как и то, чего он не находил на земле.
— Почему нет следов? — Потребовал Йинг. — Если здесь прошел отряд, он должны был оставить какие-то следы.
— О, это был не отряд, — пожал плечами Гуи.
Потрясенный сержант уставился на него.
— Больше? Духи, если мы в меньшинстве, то хотя бы шлите предупреждение!
— Нет, не больше, — улыбка Гуи не предвещала ничего хорошего. — Четверо, я думаю.
— Четверо? — выплюнул Йинг. — Четыре покорителя огня сделали это?
— Или меньше, — согласился Гуи. — Вам полегчало?
— Нет, — выдавил из себя сержант Йинг. Вопросительно поднял бровь, глядя на вернувшихся разведчиков. — Что вы обнаружили?
— Ничего, сэр, — неохотно ответил Чен, старший из четверки. — Никаких отпечатков сапог, никаких следов комодоносорогов, никаких подпалин от того, что кто-то из них злился. Такое впечатление, что они просто… исчезли.
«Как духи», — услышал Йинг в повисшей тишине.
Что ж. Если никто не собирался это произносить, так и он не будет.
— Идем назад, — сказал он. — Нас ждет доклад.
========== Глава 7 ==========
«Ванна это хорошо», — устало думал Зуко, украдкой пробираясь из бани в гостиницу через заднюю дверь кухни, а затем беззвучно танцуя вне поля зрения занятой у плиты поварихи и её загнанных сыновей, снующих туда-сюда с едой и тарелками. Может, дядя и встретил родственную душу по любви к Пай Шо в местном бармене, но Зуко по-прежнему предпочитал не пользоваться передней дверью. Неразумно привлекать внимание.
Совершенно неразумно, особенно при условии, что бармен, очевидно, был не просто бармен.
«Орден Белого Лотоса. Что это вообще такое? И дядя его верховный магистр? Что тут, черт побери, творится?»
Из кухни, сквозь тени в гостиной и на второй этаж. В кои-то веки у них была настоящая комната, пусть и похожая на прибранный чулан с кушеткой и окном. Как дяде это удалось, он даже знать не желал. А должен бы. Ему следовало спуститься вниз и войти в дверь к бармену, или хотя бы прислониться к ней, чтобы слышать, о чем говорит дядя. Но он устал.
Закрыв за собой дверь, Зуко устроился на подоконнике, вдохнув ночной весенний воздух. «Ванна это хорошо». Чистые волосы. Чистая кожа. Чистая одежда, пусть половина её была ему одолжена. Сверху он надел слишком хорошо знакомую ему вышитую накидку, чтобы удержать как можно больше оставшегося после ванны тепла.
Жаль, что ванна не поможет справиться с мыслями.
«Никаких свидетелей».
Одиннадцать бандитов, задутых, как пламя свечи.
«Свечи я мог бы зажечь снова».
Разумом он понимал, что дядя прав. Их было слишком много, чтобы справиться с ними только с помощью голых рук и стали. А как только они начали покорять огонь… Как только они начали, они уже не могли отпустить никого живым.
«Если нас найдут, мы умрем».
И это были нехорошие люди. Мягко говоря. Но ему всё равно было плохо.
«Я не хочу умирать. Я не хочу, чтобы умер дядя». Зуко обхватил руками голову, его ногти впивались даже сквозь волосы. «Так что возьми себя в руки и покончи с этим!»
Это неправильно. Всё неправильно!
Зуко отпустил голову, уставился на свои пальцы и удивился, что не заметил, когда его собственные руки предали его.
По-прежнему сильные, несмотря на всё, что им выпало. По-прежнему в мозолях после многих лет упорных тренировок с клинками и огненных ката. Но появились и новые отметины. Красные натертые полосы от поводьев Асахи. Неровно подстриженные ногти, которые он стер почти до мяса, царапая от голода землю. Тонкие белые шрамы на тыльной стороне левой руки. Он думал, что они появились после той злосчастной попытки протащить Аватара сквозь снежный буран, но не был уверен до конца.
Ему стало страшно, что он не помнит.
«Он был у тебя, Зузу, — промурлыкал голос Азулы у него в голове. — Он был у тебя, но ты был слишком слаб, чтобы удержать его».
В крепости. На Северном полюсе. В пустыне…
«Нет, — сказал себе Зуко, вспомнив свои страх, панику и ярость, пока обугленная плоть срасталась под его пальцами. — Не в тот раз».
Три мастера-покорителя плюс идиот с бумерангом с одной стороны. И он с раненым дядей с другой. И знание того, что враг скоро вернется.
«Верность Хозяину Огня…»
…не требует самоубийства. Никогда не требовала. Солдаты могут выбрать сражение до смерти: он слышал, что другие народы делали с пленными покорителями огня. Такое и в кошмаре не увидишь. Верность означала жизнь ради своего лорда, а не смерть за него. Он был жив, дядя был жив, у них будет другой шанс. Как он был у солдат Айро после того, как тот снял осаду с Ба Синг Се.
«Дядя не был предателем, Азула. Он не был трусом. Ты читала сводки по жертвам? Там погиб не только Лу Тен. Те покорители земли обратили землю за внешними стенами в смертельную западню. Мы не можем позволить себе такие потери. Не можем, если хотим поддерживать остальные территории хоть в каком-то порядке.