Угли "Embers"
Шрифт:
***
«Я не буду орать на дядю. Я не буду орать на дядю».
Обгоревший, покрытый копотью, с ушами, в которых всё ещё звенело от третьего неудачного взрыва, Зуко долбанул огненным кулаком по земле.
— Зуко!
— Оставь меня в покое! — он стиснул зубы, сдерживая куда более отвратительные слова. Они были неправдой. Дядя хотел помочь, и не вина Айро, что Азула была идеальна, в то время как он…
«Неудачник».
Он выдохнул боль, пламя и вскипавшую ярость от мысли «Дядя был ранен, а я не смог остановить её…»
«На его месте должен был быть я».
Ещё
— Не думаю, что у меня получится.
— Ты должен очистить свой разум, принц Зуко. Отпусти свой стыд…
— Мне не стыдно! «Я знаю, кто я. Я пытаюсь, и пытаюсь, и пытаюсь, и не могу ничего исправить! Мне не стыдно… Я просто злюсь».
«Злой и уставший. И уставший злиться».
Должно же у него получиться хоть что-нибудь.
«Если враг слишком силен, чтобы сражаться с ним в открытую, измени тактику».
Зуко моргнул, рассеянно крутя огонек между пальцами.
— Молния… Энергия внутри твоего тела.
Айро вздохнул, смиряясь.
— Да. Ты разделяешь свою чи и…
Зуко собрал пламя в ладони руки.
— А это снаружи. Как и исцеление. Я могу перемещать свою энергию, дядя… но я перемещаю её снаружи.
— …Хммм, — Айро наклонился, пошарил в пепле и выпрямился, держа в руках несколько почерневших стеклообразных комков. — Кажется, я забыл, что значит быть в твоем возрасте, племянник. Молния требует спокойствия. И если твой темперамент напоминает мой в молодости, тебе будет сложно добиться спокойствия в ближайшие годы.
Зуко мигнул, услышав странные нотки в голосе дяди. Не нетерпение, которого он ждал от мастера, столкнувшегося с бестолковым учеником, но… понимание?
— У тебя был буйный темперамент?
— Я мог бы рассказать истории, от которых волосы покорителей воздуха завились бы колечками, — с превеликим удовлетворением отозвался Айро.
— … Они же лысые.
— Нет, если не бреются, — дядя посмотрел на него с обеспокоенным выражением лица. — Но я думал, что ты достигаешь спокойствия, когда исцеляешь.
— Да? — с изумлением спросил Зуко.
— Кажется, я ошибся, — задумчиво пробормотал Айро. — Ты всегда выглядишь тихим, когда исцеляешь огнем. Сфокусированным.
Зуко долго разглядывал его, потом покачал головой.
— Это не спокойствие, дядя. Это… — он замешкался, восстанавливая в памяти это чувство. — Это как битва.
Теперь дядя уставился на него странным взглядом.
— Это как драться вместе с другим, — Зуко отвел взгляд, вспоминая первое прикосновение огня к Асахи, и как у него возникло чувство, будто раны бросили ему вызов. — Тот, другой, тоже сражается, но врагов больше. Поэтому ты вступаешь в бой и защищаешь его слабые места. И сражаешься до тех пор, пока битва не кончится. — Он перевел дыхание. — Энергии, которыми ты пользуешься, идут от тебя и от огня, но то, что ты чинишь — внутри. Узлы. Вроде как. Которые ты пытаешься снова распрямить. Катара… она вымачивает их, пока узлы не ослабнут, а потом делает то, что ей надо. Я… вроде как расплавляю их. Чуть-чуть.
Айро
— Дядя?
— В моем возрасте пора уже знать, что внешность обманчива, — виновато сказал Айро. — У меня есть другая идея.
***
— Итак, что заставило твои косички завязаться узлом?
Положив руку на стену каньона, Катара застонала. Аанг спал сном праведника после утомительного урока по покорению земли, Сокка деловито подчищал все крошки, оставшиеся в котелке, и зря она надеялась, что ноги Тоф дадут ей мирно подуться в сторонке.
— С моими волосами всё в порядке, спасибо большое.
— Живчик, да?
— Живчик? — подавилась Катара.
— Я много чего слышала про покорителей огня, — Тоф пожала плечами, облокотившись на удобный камень. — Но никогда не слышала, чтобы кто-то из них мог лечить людей.
— Нет, — тихо сказала Катара. — Это и странно. То есть, мастер Джеонг Джеонг сказал…
— Вы встретили Джеонг Джеонга Дезертира? — Тоф склонила голову, явно заинтересовавшись.
— Он пытался научить Аанга покорять огонь, — кивнула Катара. — Это… нехорошо кончилось. — Она кинула взгляд на свои гладкие руки. — Тогда я впервые себя исцелила. Джеонг Джеонг увидел, как я это делаю. Он был первым, кто сказал мне, что покорители воды могут исцелять. Думаю, он отдал бы что угодно, лишь бы быть покорителем воды, а не огня. — Она нахмурилась. — Бессмыслица какая-то! Мастер Джеонг Джеонг… Ну, он не был милым. Он был жестким, как Мастер Пакку с Северного полюса, но он был хорошим человеком. Почему именно Зуко… — она осеклась.
— Мастера не знают всего, — серьезно заявила Тоф. — Мой считал, что я по-прежнему отрабатываю приемы для малышей, — она помешала землю пальцами ног, сделав песчаный водоворот. — Не говори Аангу, но кое-какие из моих лучших приемов я обнаружила вроде как случайно. Просто решила посмотреть, что ещё я могу. И поэтому я делаю то, что другие покорители считают невозможным. Потому что никто не говорил мне, что так нельзя.
Катара уставилась на неё.
— Ты думаешь, что Зуко придумал, как лечить, случайно?
— Почему нет? Ты же смогла.
В этом… был смысл. Вроде как.
— Это кажется безумием, — Катара помотала головой. — Я знаю, что делает огонь, он… — У неё перехватило горло. «Мама».
— Огонь как Азула? — с иронией сказала Тоф. — Эй, если ты в смятении, представь, что чувствовал он?
— Мне нет дела до чувств этого осла! — рявкнула Катара. — Он пришел в наш дом, он угрожал Пра-Пра, он всегда старался навредить нам и Аангу…
— Я могла бы вернуться домой, — как ни в чем ни бывало заявила Тоф.
Катара закатила глаза.
— Если ты про обязанности по лагерю…
— Нет. Я могла бы вернуться домой. Вы с Соккой могли бы вернуться домой. Если бы очень захотели. А теперь подумай о том, что Живчик не может, и от этого нервничает, как улей драконьих мух.
— Ну, Аанг тоже не может вернуться домой! — резко возразила Катара. — И кто в этом виноват?
— Неужели Зуко сто лет? — насмешливо спросила Тоф. — Потому что, скажу тебе по секрету, Сахарная Царевна, по его движениям этого не скажешь.