Угли "Embers"
Шрифт:
Проблема была не в Кване. Кван ненавидел Народ Огня так же, как и он. Но Лонг Фэнг…
«Я видел, как он допрашивает пленных. Он их не ненавидит. Он их презирает».
И от этого Широнгу становилось не по себе.
«Соберись», — велел себе Широнг. — «Тебе дали время на то, чтобы завербовать Ли. Воспользуйся им. Пусть его поступки говорят сами за себя».
Тем временем его ждала работа. В доках не было эпидемии, но такие слухи не возникают из воздуха. Просто он не знал, что за ними стоит. Пока.
«Пора
***
Суин снова уткнулась лицом в пыльный футон и застонала. «Я дала себе слово, что не стану смотреть. Я обещала».
Но она засмотрелась. Снова. И Ли снова воспользовался её несобранностью, чтобы обернуть то, что должно было быть простым блоком с уклонением в очередное позорное поражение. И это не говоря уже о бурно вспыхивающих листьях Джинхая, которые время от времени сопровождались искрами.
Ли вздохнул и дал ей встать на ноги.
— Ну ладно, вы, двое, хватит. Очевидно, что сегодня вы не можете сконцентрироваться.
Но в его тоне не было злости или разочарования, с облегчением заметила Суин. Только… терпение.
— Это из-за вчерашнего вечера? — Ли вопросительно поднял бровь, пристально разглядывая их.
Сидевший в углу отец отложил свои записи и вежливо кашлянул.
— Я могу понять вашего дядю, который не желал обсуждать детали в присутствии агента Дай Ли. Но заявление «мой племянник имеет причины заниматься с Мастером Амаей» оставляет множество неотвеченных вопросов.
Ли глубоко вдохнул и испустил тяжелый вздох.
— Духи любят портить мне жизнь.
— Вы шутите, — но голос Тингжэ прозвучал неуверенно.
— Как бы мне этого хотелось, — буркнул Ли, на секунду поднеся руку к шраму. — Когда… это случилось, Мастер Амая считает, что удар выжег почти всю воду из моего духа. Поэтому потом, когда она помогала нам спрятаться… я утонул. — Костяшки Ли побелели, прежде чем он усилием воли разжал пальцы. — После этого вода стала… двигаться, когда я расстраивался. — Он выдавил слабую улыбку. — Видели бы вы лицо дяди.
— Могу себе представить, — пробормотал ошеломленный Тингжэ.
— Я тоже смогу научиться замораживать ослов? — с энтузиазмом воскликнул Джинхай.
— Лёд — это покорение воды, — осадила его Суин. — Я помню, как Ли говорил, что может двигать огонь внутри других вещей, даже в воде… нет, ты же тогда спал… Что?
Ли улыбался ей. Настоящей, искренней улыбкой.
— Джинхай, твоя сестра — гений!
— Правда? — с сомнением переспросил Джинхай.
— Я? — эхом откликнулась Суин.
— Сейчас принесу котелок, — торопливо сказал Ли и бросился наверх. Он вернулся ещё до того, как все трое успели обменяться вопросительными взглядами, таща один из больших котлов Мейшанг, до половины наполненный водой. — Если ты окажешься на виду, тебе понадобится огонь, чтобы не возбудить подозрения людей.
Джинхай скривился от усердия, и в воде возникли первые крошечные пузырьки, потянулись вверх струйки пара.
— Хорошо, продолжай. И запомни это чувство, — распорядился Ли. — Если ты когда-нибудь провалишься под лёд, это может спасти тебе жизнь. — Он нахмурился. — Есть ещё пара техник, которые тебе для этого понадобятся, но тебе нужно овладеть куда б'oльшим контролем над огнем, прежде чем приступать к их изучению. — Он пожал плечами. — Этот прием сам по себе можно использовать во множестве ситуаций. И большинство людей даже не заметят, что ты пользуешься огнем. Можете сказать мне, почему?
— Ум-м… — Джинхай задумчиво пожевал губу и покачал головой.
— Подумай, — Ли смотрел на обоих учеников. — Чем отличается этот прием от тех движений, что я вам показывал?
«Движения?» — подумала запутавшаяся Суин.
— Джинхай не двигается.
— В точку, — Ли с предельной серьезностью посмотрел на её отца. — В этом одно из различий между огнем и землей. При покорении земли надо двигаться самому. При покорении огня двигается твоя чи. Это значит, если знать, что делать… если ты можешь дышать, то можешь покорять огонь.
— Вы обуглили черепицу, чтобы сломать её, — понял Тингжэ.
— Они не видели моих рук, — непринужденно сказал Ли. — А когда я достаточно освободился, чтобы призвать воду, они были пеплом. — Он посмотрел прямо на Суин. — Дыхание двигает твою чи. Может ты и не можешь прожечь черепицу, но при достаточном обучении ты сможешь её проломить. И неважно, насколько сильный покоритель тебе противостоит: если сможешь его удивить, у тебя будет шанс.
Суин с трудом сглотнула, одновременно и польщенная, и потрясенная.
— Поэтому Народ Огня продолжает выигрывать? — спросила она вдруг ставшим детским голосом. — Они просто… идут вперед, продолжают сражаться…
«Прости! — хотелось ей сказать, когда все глаза обратились на неё. — Я не хочу делать тебе больно, никому из вас. Не понимаю, почему больно мне. Но это правда…»
Но Ли не выглядел сердитым. Только грустным. И решительным, когда он сунул руку в рукав и вытащил кинжал в ножнах.
«Красивый», — подумала Суин сквозь тяжесть на сердце, разглядывая перламутровую инкрустацию и волнообразный рисунок на стали, когда Ли обнажил лезвие.
«Никогда не сдавайся без боя».
— Дядя говорит, что надо учиться мудрости у каждого народа, — сказал Ли, держа лезвие так, чтобы она ясно видела надпись. — Он прислал его мне до того, как случился худший день в моей жизни. — Он молча перевернул лезвие другой стороной.