Угли "Embers"

Vathara

— Широнг! Широнг, он здесь!

— Всем стоять! — рявкнул голос агента до того, как в него полетели освободившиеся камни.

— Ли! Где?

Вода дернула его к себе, жестокая как океан в налетающем тайфуне. Враги, он был окружен врагами. Но волна понесет его, сильная, уверенная, вечная. Всё, что надо — скользнуть в холод…

«Нет! Пусти!»

Тихий издевающийся смех. Холод, морская вода и жестокость: дух держал его так же крепко, как ледяное течение свою жертву. Он затягивал его вниз, обращая надежду и сердце в лёд…

«Не

думай. Действуй».

Закрыв глаза, Зуко выпустил из рук дао, поднес руки ко рту, прикрыв его ладонями, вспомнил другое смертоносное море льда и выдохнул.

«Дыхание огня».

Если повезет, его руки прикроют крошечные язычки пламени. Если не повезет… Зуко снова выдохнул, разгоняя проникший в кровь холод. «Если он захватит меня, я всё равно мертв».

Вдох и выдох, и пусть чи раздует внутренний огонь до размеров большого костра…

Что-то вцепилось в него, и ледяная цепь распалась. Зуко осел, едва ощущая шершавость каменной перчатки, поймавшей его.

— Ты замерзаешь, — голос Широнга был холоден, как у командира, угодившего в западню. — Где он?

— В воде, — выдавил Зуко, пытаясь повернуться по направлению к каналу, вырубленному в камне. — Он… уходит…

— За ним, — мрачно бросил агент Бон, устремившись во главе зеленой волны вдоль канала. — Уберите покорителя воды отсюда.

Зуко почувствовал, как кивнул Широнг, но не успел отстраниться, когда агент перекинул его через плечо.

— Я могу идти!

— Кто это тут пойдет? — стойка Широнга сместилась, земля вздыбилась под ним, а камни над головой разверзлись со скрежетом и стоном.

«Солнечный свет».

Он пылал в нервах Зуко, выжигая призраков льда, испепеляя силу безразличной жестокости моря и обнажая волнение, страх и боль из-за его разбитой семьи. Но это была его боль, а не чужая эмоция, прокатившаяся по нему от воды и превратившая его союзника в нечто, способное уничтожить их всех.

Зуко цеплялся за свои шрамы и дышал.

***

Осторожные шаги.

— С ним всё будет в порядке? — спросил Мин.

Подняв бровь, Широнг принял протянутые ему подростком дао Ли. Сам целитель сидел в пределах досягаемости, повернув закрытые глаза к солнцу и медитируя так, словно от этого зависела его жизнь.

«Вероятно, так и есть».

— Он согрелся и не стремится уйти туда, где его съедят, — практично заметил агент. — Это хорошие признаки. — Проведя тряпкой по стали, чтобы высушить её, он сложил лезвия вместе. — Надеюсь, он скоро сможет говорить. Нам нужны любые сведения о природе этого камуи. — Однако он подозревал, что скорость уже не имела значения: Бон и его люди вернулись с пустыми руками.

— Это темная вода, — прохрипел Ли.

Широнг с облегчением вздохнул.

— Ты в порядке?

— Холодно, — Ли прочистил горло и открыл глаза, чтобы устало осмотреть редко используемый дворцовый садик, в котором они вышли на поверхность. — Но он ушел. Он не любит солнечный свет.

Широнг

кивнул головой, добавляя это сведение к короткому списку того, что они знали об этом существе.

— Что ещё?

— Он напоминает море. Словно ты смотришь в глубокую воду, где нет ничего живого, даже водорослей… — Ли передернуло. — Середина океана, где никто тебе не поможет, где никому нет дела, жив ты или умер. Ты один.

— Так он заманивает людей? — ровно уточнил Широнг.

Ли пожал плечами и развел руки: «откуда мне, черт побери, знать?»

— Он поймал меня, когда я… подумал, что оказался в меньшинстве.

— Когда Мин ударил тебя, — без обиняков отрезал Широнг. «И ты подумал, что на самом деле остался один».

— Эй! — запротестовал Мин. — Это же его схватил дух!

— Что из «береги своего напарника» тебе было непонятно? — резко одернул его Широнг. — Я хотел, чтобы ты работал с Ли, по определенной причине. — Он покачал головой. — Мы не ожидали атаки, но знали, что что-то может произойти. Судя по продемонстрированным тобой навыкам, я посчитал тебя самым способным партнером для Ли.

Тишина. Мин отвел глаза в сторону и сглотнул.

«Злой и пристыженный, — отметил Широнг. — Хорошо. Ты облажался, Мин. Пусть это будет тебе уроком».

— Он добрался до меня через воду, — тихо продолжал Ли. — Пока я пользовался своим мехом для воды, всё было в порядке, но когда я… испугался и потянулся к каналу… и его воде, не видевшей солнца. Там он силен. Он… пытался затащить меня вниз. Внутрь. Через мое покорение. — Он глубоко вдохнул. — Он хотел, чтобы я утопил всех. Он голоден, ему холодно, и он пытался… использовать меня, обернув меня своей силой… — Голос Ли затих, и он побледнел.

— Что? — обеспокоенно спросил Широнг.

— Так сделал он, — кулаки Ли сжались, в огненно-зеленых глазах светилась ярость. — Вот что он сделал, вот почему они умерли, вот!…

Удар кулаком по ни в чём неповинной земле не встревожил Широнга, но вот количество взлетевшей пыли заставило его отступить. Но даже это не заставило его медлить, как некоторые резко звучащие слова во внезапно хлынувшем из Ли потоке сквернословия: целый перечень странных моряцких ругательств, который вызвал в нем желание прикрыть рукой невинные уши Мина.

«Мать честная, покоритель воды, который ругается с применением архаизмов дворцового диалекта Народа Огня». Половину слов Широнг не узнавал, несмотря на то, что изучал странный второй язык того народа. «Тебе повезло, что я уже знаю, кто ты такой».

— …родители, наверное, напились в безлунную полночь…

Брови Широнга полезли на лоб.

— Отойди, — одними губами шепнул он Мину и предупреждающе махнул рукой, чтобы убедиться, что подросток понял послание. Народ Огня очень серьезно относился к происхождению. Если Ли подразумевал, что его… и вправду «мать честная». — Ты уже видел такое раньше? — не выдавая волнения, спросил он.