Уфолог
Шрифт:
- Хорошо, - кивнул Карачун. – Я решу этот вопрос. С начальством. А в курс дела введешь Георгия Аркадьевича ты. – Карачун указал на Макса. – Все! Идите, прорабатывайте детали. В семнадцать десять ко мне.
Данович и Макс вышли из приемной и, остановившись в коридоре, переглянулись.
- Что? Ко мне в камеру? – предложил Макс.
Данович посмотрел на ручные часы.
- Время обеденное…
Теперь Макс посмотрел на часы. Да, время самое обеденное. Даже касса не работает. Впрочем, он все равно не составил и не подписал у Карачуна отчет о командировках. Макс вытащил из заднего кармана джинсов свой видавший виды портмоне и убедился в том,
- Что-то не хочется кушать, - Макс убрал бумажник. – Кофием кара-чуновским аппетит перебил.
Данович кивнул головой:
- Тогда ведите меня в вашу камеру.
- Может быть, перейдем на ТЫ? – предложил Макс.
- Давай, - согласился Данович.
Кабинет Макса, который он в шутку называл камерой, был шириной метра два, а в длину целых четыре. Окошко маленькое и не мытое. Еще бы решетку на него, и тогда точно – камера. На старом шатком столе кроме тонкого слоя пыли ничего не было, даже бумаги. Теле-фонный аппарат «Panasonic», с трубкой перемотанной скотчем, и тот стоял на подоконнике не менее пыльном, чем стол. Зато кресло было знатным - широкое, кожаное, черное, с высокой спинкой. В кабинетике находился еще один стул и стеллаж с полками, прогнувшимися под тяжестью архивных папок. На подоконнике, кроме телефона стоял электрический чайник.
- У тебя тут что, не убирают никогда? – удивился Данович.
- Забывают, - буркнул Макс, достал из-за стеллажа тряпку, намочил ее и принялся усердно протирать пыль, правда, только в тех местах, к которым они могли прикоснуться и испачкаться.
На самом деле от этого кабинета был только один ключ. Второй он случайно утопил в Яузе вместе с ключами от машины и от квартиры. А тот, что у него был сейчас, Макс отобрал у уборщицы. Замок нужно было давно уже поменять, как того требовала инструкция, но все было некогда. Макс вообще редко работал в кабинете, еще реже, чем ноче-вал у себя дома.
Когда с экспрессуборкой было покончено, Макс уселся в кресло, предложив коллеге из ФАЭТ стул напротив.
- Чаю хочешь? – спросил он.
- Хочу, - кивнул Данович.
Макс достал из ящика стола пачку чайных пакетиков, два бокала и коробочку с цилиндрическим сахаром. Потом открыл крышку чайника и понюхал: вода слегка отдавала плесенью, наверное, за время отсут-ствия Макса в чайнике кто-то поселился.
- Сейчас свежей воды наберу, - сказал он, выходя из кабинета.
По коридору шел грустный Гоша. Он грустил, несмотря на бумаж-ный пакет, который держал в руке. Через бумагу проступали масляные пятна. Макс кивнул головой, указывая на пакет.
- Пирожки?
- Беляши, - обиженным тоном ответил Гоша.
- Где взял?
- Купил. В буфете.
- Небось, сейчас сожрешь все в гордом одиночестве?
- А какие есть предложения? – заинтересованно спросил эксперт.
- Согласись, - с жаром принялся объяснять Макс, - поглощать бе-ляши, пусть даже в меньшем количестве, но в приличной компании, гораздо приятней, чем в одиночку. К тому же у меня есть чудесный английский чай и даже есть сахар.
- Ну, допустим, чай с сахаром у меня тоже есть, - возразил Гоша Дистенфельд. –
- Я не сказал самого главного, - торопливо произнес Макс. – Кара-чун велел ввести тебя в курс дела под кодовым названием «Уфолог». Ты принят в мою группу и являешься моим подчиненным, - Макс по-глядел на часы. – Уже целых двадцать минут.
Макс цапанул Гошу под незанятую пакетом руку и повел его по на-правлению к туалету, на ходу приводя Гоше аргументы, которые убе-дили бы его поделиться беляшами.
- Дело архиинтересное и архитаинственное. И в этом деле твое участие является, пожалуй, главным условием, - говорил он Гоше. – Работы море. Работать будешь совершенно независимо. Я бы даже сказал, бесконтрольно. Вся профессура, доценты, аспиранты разные – все будут выполнять твои указания. Дело государственной важности. Сейчас в моем кабинете, - Макс уже наполнил чайник и тащил Гошу к двери своего кабинета, - там сидит суперагент из ФАЭТ. Да ты его ви-дел у Карачуна, кода заносил результаты экспертизы. Он тоже в деле.
- И тоже твой подчиненный? – ехидно спросил Гоша.
- Скажем так: мы сотрудничаем, - солидно ответил Макс.
Он открыл дверь. Данович, прижав к уху миниатюрный мобильный телефон, внимательно слушал своего телефонного визави. Изредка отвечал на немецком, в основном «Ja» или «Nein». Макс включил чай-ник и достал из ящика стола пластиковый стаканчик, третьего бокала у него не было.
Данович сказал собеседнику «Auf vider seen» и захлопнул крышку мобилы. Протянул руку Гоше.
- Данович. Тимур.
- Георгий. Можно просто Гоша.
- Мне сообщили, - сказал Данович. – Вошкулата обнаружить пока не удалось. Но в Лурпаке он не объявлялся, во всяком случае, с руково-дством Фонда на связь не выходил.
- То есть, мы пока стоим на месте, - констатировал Макс.
- Не совсем, - сказал Данович. – Удалось установить, что на момен-ты обоих убийств никакого алиби у Вошкулата нет. Из Степного он вы-летел не двадцать шестого, как указано в журнале регистрации твор-ческих командировок, а двадцать восьмого июня утром. В восемь три-дцать утра Вошкулат зарегистрировался на рейс «Степной - Артем». Напомню, что смерть профессора Бугаева наступила предположи-тельно в полночь с двадцать седьмого на двадцать восьмое июня. Так что, господин уфолог имел возможность убить своего школьного приятеля и преспокойно улететь на Восточную окраину нашей Роди-ны.
- А относительно второго эпизода? – спросил Макс.
- Гошино предположение о том, что время, выставленное в видео-письме, может не соответствовать реальному, подтвердилось. На письме стоит дата – пятое июля, и время – восемь пятнадцать утра. Вошкулат не мог быть на точке пятого утром, потому что находился в это время в Степном, а может быть где-то еще, но не в Собачках. Он вылетел из Артема вечерним рейсом в Степной четвертого июля.
- А его что, в спецслужбе Лурпака не инструктировали, что пользо-ваться своим паспортом при авиоперелетах неприлично? – пошутил Макс.
- Мужики, - встрял в разговор Гоша. – А вы меня зачем сюда позва-ли? Чтобы я слушал эту абракадабру?
- Прости, Гоша, - сказал Макс, разливая кипяток по бокалам.
– Ув-леклись. Дело уж больно интересное.
- Ну да, ты говорил – архиинтересное, - вспомнил Гоша.
Беляши были еще теплыми, а Гошино погружение в тему заняло не больше получаса. Гоша был парнем быстросоображающим.
Потом они еще долго совещались, изобретая версии и разрабаты-вая планы дальнейших действий.