Удел упыря
Шрифт:
– Дементий мне нужен, – сказал Юсуп, – как рабочая сила. Он будет держать канат, по которому я спущусь к гробу. Думаю, ты, Ильнур, не сможешь этого сделать.
– Как знаешь, – легко согласился Ильнур – Тогда мы с Алаидой и Фиидой идем к Гиберту, и я готовлю все для Дементия. Только вам нужно поторопиться – с Упырем-то.
– Обязательно, – улыбнулся Юсуп.
Сквозь узкие, наполовину скрытые в земле и хмеле оконца избушки пробивался солнечный свет. Начиналось новое утро. Вокруг было тихо. В такую чащу не залетали даже птицы. Поблизости жил только один старый, полуслепой медведь – два с лишком
Юсуп собирался в свой последний, как ему хотелось бы надеяться, поход. Сегодня вечером он должен был во что бы то ни стало уничтожить Упыря. Наверняка это будет не так легко, как казалось. А еще Юсуп был уверен, что выбраться из Назарада живыми им вряд ли удастся. Дело не только в том, что вся нечисть, прослышав о гибели своего главаря, повылезет из многочисленных щелей в поисках убийцы, и даже не в том, что на город в любой момент могут напасть русичи. Просто он не был уверен, что они успеют. Собирая небольшой холщовый мешок, Юсуп размышлял, почему сейчас он вдруг испугался. Вернее, не испугался, а оказался неожиданно под властью сомнений. Его терзали мрачные мысли, выползавшие откуда-то из темных уголков мозга, подобно тому скелету с чердака. Кто-то ровно нашептывал, что не надо, мол, соваться-то. Дескать, что тебе принесет смерть Упыря? Ты, Юсуп, дорогой наш, лишь отсрочишь Судный День на несколько веков. Но уверен ли ты, что Зло исчезнет? Упыря не станет, так появится кто-нибудь другой, кто захочет прибрать к рукам Большую Землю. И что тогда? Вечно будешь шляться по свету в поисках главарей нелюдей и истреблять их? Не выйдет, наверное. Слишком много на свете зла. На всех тебя одного не хватит…
– А почему бы и нет? – отозвался Юсуп, отгоняя мысли назад, в темноту, откуда они могли только тихо и невнятно бурчать.
– Ты что-то сказал? – Ильнур тоже собирался. Вещей, правда, у него осталось совсем мало. Все ценное сгорело в доме купца Калахи. У старика сохранились пятерочка жучков-слушателей, одна книжка заклятий, которую он забыл в избушке еще в прошлый раз, да несколько магических безделушек. Еще несколько магических книг оказались совершенно ненужными, и он расстался с ними безо всякого сожаления.
– Я о своем, – отмахнулся Юсуп, – не обращай внимания. Просто раньше мне не приходилось убивать главного Упыря, который к тому же собирается захватить Турцию.
– Это только пока – Турцию. А дальше он примется и за остальные государства, поверь мне, – весомо заметил Ильнур. – Ох, что ж тогда начнется! Хотя, может и нет, если у тебя сегодня все получится!
– Постучи по дереву!
– А то як же ш, обязательно, – Ильнур постучал кулачком по столу и вновь стал перелистывать книгу, что-то выискивая.
– Скажи мне, Юсуп, – пробормотал он задумчиво минуту спустя, – может, мне все-таки стоит проверить Гиберта? Ну, если это он вдруг оказался предателем?
– Ты же сам вчера говорил, что Гиберт туп настолько, что не заметит, даже если у него в погребе расселится целая орда монголов.
– Ну, понимаешь, я тут ночью поразмышлял, и почему-то мне в голову пришла такая
– Что ты так завелся? – удивился Юсуп. Он уже аккуратно уложил в мешок несколько метров промасленной веревки друидов, которая не рвалась и имела чудесное свойство растягиваться почти вдвое, поверх положил вязаные перчатки и дубинку из мешка Алаиды. Дубинка умела крушить головы нечисти за здорово живешь, это Юсуп проверил в свое время.
– Не завелся я, – сказал Ильнур тихо, – страшно мне, вот что. Мысли в голову лезут, что не получится у нас. Как пить дать – не получится, и все тут. Уж и не знаю, как их от себя гнать. А главное – почему? Вроде все, что надо, есть. И как Упыря убить – знаем, и Дементий с Фиидой такой магической силищей обладают… а все равно – гложет что-то…
– Да ты не переживай, – успокаивающе произнес Юсуп, и голос его едва заметно задрожал, – я тоже боюсь, ну и что с того? Все боятся. Кто не боится, тот просто сумасшедший или… или нечисть какая.
– Успокоил, – фыркнул Ильнур, листая книжку.
Юсуп увидел, что в мешке у него еще осталось место, и решил взять немного еды. Ему всегда ужасно хотелось есть, когда он волновался. Пожевать чего-нибудь, отвлечься. Подумав, Юсуп отправился на кухню.
Из комнаты показалась Алаида. Порывшись в сундуках избушки, она нашла для себя что-то более приемлемое, чем вечернее платье. На одежду это, правда, походило мало, но кто ее будет видеть, скрытую под личиной миссис Фройляйн? На плече у Алаиды болтался ее бездонный мешок.
– Готов? – спросила она у Ильнура. Тот уже завязывал тесемки своей полупустой сумы.
– Готов, – вздохнул старик, – что-то беспокоюсь я все-таки…
– Смотри на мир весело, – ухмыльнулась Алаида, – еще ничего страшного не произошло. Если мы сделаем все быстро и качественно, то эти упыри и не успеют ничего сообразить.
– Хотелось бы, чтоб все так и было… – Ильнур огляделся – А где Фиида?
– Прихорашивается, – закатила глаза Алаида, – не может же она идти в люди с таким лицом?
– А что, вполне милое личико, – поморщился Ильнур. – Хотя – это у кого какой вкус… Что ж это она прихорашивается, если я на нее все равно личину нацеплю?
– У нее и спроси, – Алаида дернула плечом, – она в той комнате сидит, перед зеркалом.
– Женщины, – закатил глаза Ильнур.
Из кухни вышел Юсуп с завернутыми в бумагу черствым хлебом и куском сала – все, что удалось отыскать. Аккуратно положил в мешок.
– Уже уходите? – обратился он к старику и девушке.
– Надо торопиться. До вечера еще далеко, но и дел хватает.
– Хорошо. Я же выйду в обед. Поброжу по городу до темноты, а там мы с Дементием примемся за дело.
Ильнур поднялся со стула и протянул Юсупу листок бумаги:
– Ваши личины в полном порядке. Произнесешь вот это заклинание и в путь.
– Кем мы будем?
– Теми же, кем и мы – сэром Дуллитлом и миссис Фройляйн.
– Представляю Дементия в роли Фройляйн, – хихикнула Алаида. – Ты, Юсуп, не говори ему, а то парень обидится.
– Фиида! – проорал Ильнур. – Сколько можно?
– Уже иду…