Удел упыря
Шрифт:
– Все в порядке. С жильем договорился, осталось только переехать!
Подошедший мужичок в сюртуке купил сразу два арбуза и, довольный, удалился, держа их под мышками.
Дементий просто сиял от счастья.
– Можа у меня призвание такое – арбузами торговать? – вопросил он, подкидывая и ловя монетку. – А еще знаете что? Мне тут один мужичок посоветовал к магу местному обратиться! Он, грит, все, што хошь про любого человека расскажет! Только денех много берет.
– И что нам с твоего колдуна? – спросила Алаида. – Ты бы лучше телеги собирал.
– Это верно! – подхватил Ильнур, который, по-видимому, вспомнил, что хотел искупаться в бане. Опершись об арбузы руками, он неловко спрыгнул с телеги на землю и стал собирать тряпье, валявшееся вокруг.
– Купец твой не сильно возражал против того, что мы к нему погостить приедем?
– Нет, не сильно. Только тебе, пожалуй, придется обитать некоторое время на чердаке, а Алаиде в подвале.
– Я?! – вспылила Алаида, и личина турка внезапно побагровела. – Меня?! И в подвал?! Да там же пыльно, грязно, пауки всякие, множество паразитов… в конце концов, он там может держать свою убитую жену! Я о таком слышала! Один человек держал в подвале убитую тещу, а она потом вдруг ожила и съела его вместе со штанами!
– Ну, так это ж теща, – проворчал Ильнур, раскатывая арбузы по телеге. – Я бы свою тещу, пусть земля ей будет… в подвале не держал бы. Она б у меня…
– Если мы хотим все сделать, как надо, придется потерпеть! – Юсуп перешел на шепот, приблизившись к Алаиде и старику почти вплотную. Дементий не обращал на них внимания, расхваливая арбузы и созывая покупателей.
– Но я не буду там ночевать! – вставила Алаида тоже шепотом.
– Хорошо, тогда спи на улице!
– А там упыри! – напомнил Ильнур. – Или ты забыла, что творится в Назараде? Еще несколько месяцев – и город будет в полной власти кровососущих.
– Только мы можем остановить нелюдей! – закончил Юсуп.
На Алаиду это, похоже, подействовало. Она сокрушенно пожала плечами и сказала:
– Тогда дадите мне два покрывала! От сырости у меня может развиться радикулит, а это в моем юном возрасте очень опасно! Спина кривой станет. Что вы тогда со мной будете делать?
Ильнур хотел сказать, что бы он в таком случае сделал, но сдержался. И правильно, а то поблизости могли находиться дети.
– Пойду топинамбур куплю, – предложила Алаида после секундного молчания. На самом деле она попросту не хотела мешать мужчинам собирать телеги. Как и работать вообще.
Спустя некоторое время телеги были готовы к отъезду. Места благодаря проданным арбузам стало больше, и старик уже не жаловался, что Дементий его притесняет.
«А все-таки мага этого надобно проверить», – мелькнуло в голове Юсупа, когда обоз тронулся прочь с базара к Калахиному дому. Ему живо припомнился тот самый сон, где борлов предупреждал быть осторожнее с немчурой Гибертом. Вдруг окажется, что посол и есть помощник Аиш… стоп! Но тогда можно проверить и саму Аишу. Она Упырь или нет?
У Юсупа неожиданно задрожали кончики пальцев. Неужели
– Я, пожалуй, еще один арбузик того… хряпну, – подал голос из телеги Ильнур. Он, кажется, до сих пор не отошел от «пары глотков вина». Надо будет дать ему хорошенько выспаться, а уж потом взять с собой к колдуну. Хоть Ильнур и слабоват по части заклинаний, но настоящих магов он различал как никто другой.
И с этой мыслью Юсуп громко прикрикнул на лошадей, заставляя их двигаться чуточку быстрее.
– А чего у него с носом? – свистящим шепотом спросила Алаида, уткнувшись усатым лицом в самый затылок Юсупа.
– Волосы! – ответил Юсуп. – Не обращай, пожалуйста, внимания. Это у них турецкая странность такая – отращивать волосы на груди и в носу.
– Так у него и на груди такая пакость?
Юсуп смутился. У него самого на груди тоже росли волосы. Правда, не в таком обилии, как у Калахи, но тоже очень даже ничего…
Купец встречал гостей радостно, но с некоторым торможением, поскольку гипноз продолжал действовать. На всякий случай, если вдруг придется задержаться, Юсуп продлил его действие еще на полторы недели.
Работающие в огороде крестьяне никак не показали, что обратили на въехавший во двор обоз хоть какое-то внимание. Они продолжали угрюмо косить траву и окучивать корнеплоды. Две собаки на цепи – черной масти, с огромными плоскими мордами и мощными зубами – только и сделали, что подняли головы, осмотрели прибывших и вновь уткнутись мокрыми носами в лапы, спасаясь от жары.
Недалеко от расписного деревянного крыльца рос виноград, образуя что-то вроде своеобразной беседки. Под ее благодатной тенью стояли аккуратный столик и лавочки. Судя по всему, Калаха любил сидеть там по вечерам и при свете свечей предаваться думам. А может, просто напивался или тискал и щипал девочек…
Дементий принялся выгружать арбузы, складывая их около колодца в бесформенную кучу и ничуть не заботясь о том, что некоторые из них падали и разбивались. Он уяснил, что арбузы, в принципе, больше не нужны, и поэтому не сильно о них беспокоился.
Ильнур сразу приник к ведру с водой и долго не отходил, делая глубокие судорожные глотки и проливая половину влаги себе на бороду. Затем он набрал из колодца еще одно ведро и облился, фыркая и повизгивая.
– Он и есть ученый с мировым именем? – осторожно поинтересовался Калаха, не сводя со старика немного испуганного взгляда.