Удавка из прошлого
Шрифт:
– Через десять минут туда вылетает вертолет, – сообщил капитан. – Я заеду, и мы успеем.
– Прихвати пару свободных. Понял?
– Ясно.
– А вы куда? – тихо спросила Варя.
– Есть одно место, – ответил Борисов.
– Да вы что, мужики? – просипел лежащий на бетонном полу со скованными за спиной руками Топорик. – Это ж беспредел!
– Тебе дадут бумагу, – произнес кто-то хриплым голосом, – ты напишешь все о поставке наркотиков. Тогда, возможно, будешь жить.
– Да вы
– Ты приговорен к смерти, – раздался хриплый голос. – Свершится правосудие!
Топорика рывком поставили на ноги двое в масках. На шею накинули веревочную петлю.
– Я все напишу! Все! – Топорик хотел сказать еще что-то, но замер с открытым ртом. На бетонной балке висел водитель-здоровяк. – Я все напишу! – истошно закричал он. – Все-все! Что вам надо, все узнаете!
Его усадили на стул, и мужчина в маске поставил перед ним столик, положил тетрадь и ручку.
– Топорика утащили, – сказал Борисову Цыгин. – И его приятеля, точнее, шестерку, Амбала вместе с тачкой. Они у Горелого были. Он сейчас показания строчит и аж визжит, охрану требует. На Западе, орет, охраняют свидетелей, а вы нарочно нас подставляете! Куда блат делся?…
Борисов вытащил сигарету.
– А мы куда? – спросил Павел.
– К Завину, – ответил следователь.
– Идиоты! – морщась, слушал громкий голос в сотовом крепкий мужчина в кимоно, подпоясанном коричневым поясом. – Зачем нужно было светиться после того, как там была милиция?! Кретины! – выплескивая охватившую его ярость, кричал абонент. – Но теперь уж надо доигрывать. Погодина на вашей совести!
Каратист услышал частые гудки.
– Гусь! – крикнул он. – Пусть Погодину делают!
– Меня убьют! – в панике говорил стоявший в дежурке Горелый.
– Послушайте, Горелов, – с трудом скрывая усмешку, сказал майор с повязкой дежурного, – мы можем дать вам охрану. Напишите, как все было на самом деле.
– Адвоката мне! – закричал Горелый.
– Пошел отсюда! – не выдержал капитан.
– Хватит! – В дежурку вошел Василий Андреевич. – А ты исчезни, – взглянул он на Горелого. – Или я тебя сейчас в камеру отправлю. Имеют право держать тебя трое суток.
– Я в прокуратуру жаловаться буду! – громко пообещал Горелый. – Сейчас время другое!
– В камеру его, – кивнул двум милиционерам подполковник. – К опущенным. Там двое сидят, вот и…
– Вас всех повышибают из ментовки! – Горелый выскочил.
– Все-таки вешатели пользу приносят, – пробормотал подполковник.
– Что, Василий Андреевич? – спросил капитан.
– Да так, – улыбнулся подполковник.
– А где Борисов? – спросил, заглянув в дежурку, Букин.
– На работе, – усмехнулся подполковник.
– Что за тон, Зяблов? – Букин недовольно посмотрел на него.
– Обыкновенный тон, товарищ полковник, – пожал плечами Василий Андреевич. – Борисов ведет следствие и сейчас занят
Чертыхнувшись, Букин ушел.
– Вот до чего дожили, – вздохнула Погодина. – Сотрудника следственной группы оставили охранять бывшего районного прокурора. И знаете, наверное, правильно сделал Борисов. Сейчас кого только не убивают. И работников милиции, как бывших, так и настоящих, и судей, и прокуроров. Куда страна катится? – Она закурила. – Вы хорошо стреляете из пистолета?
– Из десяти выстрелов из «макара», – ответил Андрей, – восемь, иногда девять. Считаю, что неплохо.
– А из ружья стрелять приходилось?
– Вы думаете, придется воспользоваться оружием?
– Здесь дачный поселок, в основном народ бывает в выходные дни. Это я и еще пара пенсионерок остаемся здесь на все лето. Но сейчас поблизости от моего летнего дворца в пределах ста метров нет никого. Хорошо, имеется сотовая связь.
– Вы говорили, у вас есть пистолет.
– Да, именной. Он в рабочем состоянии. Сейчас… – Погодина вышла в другую комнату.
– Нет тут никого. – Арин остановил машину.
– Надеюсь, мои опасения напрасны. – Борисов вышел. Бросив взгляд на окна квартиры Завина, усмехнулся: – Ждет. Сейчас я с тобой буду говорить по-другому, – процедил он.
– А мне что делать? – спросил Арин.
– Оружие есть?
– Я с ним уже сросся. А вы думаете…
– Все может быть.
– Он снова приехал, – нервно говорил в сотовый Завин. – И не один. Вот что, – косясь на окно, торопливо продолжил он, – если…
– Успокойся, – перебил его мужчина. – Все будет нормально. Ты же бывший мент.
– Сейчас время другое.
– Перестань, нет у ментов ничего существенного. Тем более что ты не один. Посмотри в окно и поймешь – опасаться тебе вообще нечего.
Завин подошел к окну.
Борисов был у входа в подъезд, когда, отдавшись трескучим эхом, сухо ударил выстрел. Он ворвался в подъезд и побежал вверх по лестнице.
Арин выхватил пистолет и, вскинув руку, пытался увидеть стрелка. Свободной рукой вытащил сотовый. Присев за машиной, набрал номер.
– Срочно группу! – закричал он. – Авиаторов, двенадцать!
Борисов, отпустив кнопку звонка, несколько раз с силой ударил кулаком по железной двери. Потом в ярости пнул дверь ногой.
– Чего хулиганишь? – услышал он голос из приоткрытой на ширину цепочки двери напротив строгий женский голос. – Сейчас милицию вызову.
– Что? – подскочил к нему вбежавший на третий этаж Арин. Борисов махнул рукой.
– МЧС сюда! – закричал в сотовый Алексей.
– Думаешь, хана ему? – спросил Геракл.