Удар
Шрифт:
– Давно его похитили? – спросил Тайгер.
Бальбо вскинул глаза на Тайгера:
– Так ты знаешь эту историю?
– Да! Мак мне рассказал.
– Ну что ж, – Бальбо задумчиво потер подбородок. – Давай-ка спустимся вниз. – Сколько за тобой трупов? – спросил он, когда они вошли в дом.
– С десяток, как минимум, – ответил Тайгер.
– Кто они?
– Это люди, которые пытались меня убить.
– Агенты Службы Безопасности?
– Да!
На лице Бальбо появилось удовлетворенное выражение. Он подошел к окну и долго смотрел в него.
–
– Для этого ты приобрел пулемет?
– Я его собрал. Случайно натолкнулся на чертежи в старом журнале «Оружие».
– Зачем ты хочешь убить Джоба?
– Для того чтобы он не убил Шона. Осталось два с половиной года. Потом Шону исполнится восемнадцать лет. Джоб вынудит его забрать из банка патент и переоформить на свое имя, а затем убьет.
– Ты уверен в этом?
– Почти!
– Я убивал людей лишь тогда, когда они пытались проделать это со мной.
– Тебе не понять меня, – произнес Бальбо после некоторого молчания. – Когда это касается тебя – это одно дело, а когда это касается твоего ребенка – это уже совсем другое дело. – Бальбо вздохнул. – Только пулемета мало. Это был порыв отчаяния, когда я его смастерил. Если бы меня подвели к этой своре, я бы их всех, как траву сорную, скосил, глазом бы не моргнул, – Бальбо немного помялся. – Я всю ночь думал… Такой человек, как ты, мог бы мне помочь. Через два с половиной года Шон заберет патент из банка. Я думаю, три миллиона, как минимум, я за него получу. Два твоих. Хотя…
– Что?
– Отпадает!
– Почему?
Бальбо вздохнул:
– Не согласишься!
– Почему?
– Два с половиной года… Не доживешь, – глаза Бальбо подернулись грустной поволокой.
Тайгер расхохотался:
– Ты что, ясновидящий?
– Нет, но, когда за человеком охотится Служба Безопасности, шансов выжить у него практически нет.
– Бальбо, у меня была ситуация и похуже. Как-нибудь расскажу. Насчет твоего предложения: мы можем просто освободить Шона. Необязательно при этом убивать массу народа. А деньги, которые ты мне предлагаешь, если, конечно, я протяну два с половиной года, к тому времени мне покажутся жалкими грошами. Ну а если я не доживу, то мне, стало быть, они будут и не нужны.
– Получается, ты хочешь помочь безвозмездно?
– Да!
– Это хорошо. Но беда в том, что мы не знаем, где держат Шона.
– Ничего. Времени у нас достаточно. Два с половиной года.
В один день с моря неожиданно пригнало черно-свинцовые тучи. Наступало время штормов. Ветер и холодный дождь не утихали весь день.
– Холодно, черт возьми! – ворчал Бальбо, кутаясь по вечерам в ватный азиатский халат. – Сколько живу в Калифорнии, никогда такого холода не видел.
Дни вдруг полетели так стремительно, что своим мельканием стали напоминать падающие осенние листья.
В бар сразу стало требоваться больше виски, и у Бальбо добавилось работы. Теперь Тайгер проводил много времени в подвале дома,
По ночам Бальбо подгонял плоскодонную баржонку, и они переправляли на ней виски на ту сторону залива.
Вечерами на алкогольного гения все чаще наваливалась хандра. Он прикладывался к бутылке и ворчал, поглядывая на Тайгера:
– Как можно сидеть, часами не двигаясь и не разговаривая. Это под силу лишь идиоту, который не имеет ни единой извилины в мозгах. Тогда реальность не проникает в глубь сознания. Она течет, разливаясь по поверхности его полушарий, словно сметана.
Тайгер не желал поддерживать дискуссию. Тогда Бальбо, прихватив виски, передвинул кресло поближе к голографии святой Инессы и неотрывно уставился на нее, прихлебывая прямо из бутылки.
– По-моему, из нас двоих ты больше похож на идиота, – заметил Тайгер. – Ты обращаешься с голограммой, как с живой женщиной. Ты разговариваешь с ней, подаешь ей какие-то знаки…
Бальбо, не оборачиваясь, махнул на Тайгера рукой:
– Молчи! Что ты обо мне знаешь, – он глубоко вздохнул. – Когда-то женщина умела быть божественной и недоступной. Представляешь, я попытался заказать фильм-сон с женщиной, которая была бы очень похожа на нее. – Бальбо указал на голограмму. – Черта с два! «Подобный типаж в природе больше не существует. Выродился», – сказали на студии. Ну и во времена мы живем! Вот у тебя была подобная женщина? – Бальбо опять указал на голограмму.
– Она есть. Надеюсь, что еще есть, – ответил Тайгер.
– Значит, тебе невероятно повезло. Но ты ни разу не вспомнил о ней. Ты что, о ней совсем не думаешь?
– Какой в этом толк? В моем положении?
– Вот странно получается, Джон. У тебя есть женщина, но ты не думаешь о ней. А у меня нет. А я о ней думаю, – произнес Бальбо и надолго замолчал.
Среди ночи Тайгер услышал шорох. Он поднял голову и посмотрел в сторону Бальбо, который так и уснул в своем кресле, обращенный лицом к святой Инессе.
Бальбо спал мертвецким сном. Он не мог быть источником звука.
Тайгер бесшумно поднялся и подошел к окну. Сквозь стекло ничего не было видно. Его словно прикрыли с той стороны плотной черной бумагой, настолько была темна ночь. Он застыл у окна, полагаясь только на слух.
Ждать пришлось недолго. Кто-то неосторожно ступил на крышу, и старая черепица коротко хрустнула.
«Вот и гости. Рано или поздно они должны были пожаловать», – подумал Тайгер и, добравшись до кресла, толкнул Бальбо.
– Поднимайся, старина. Тут к тебе гости…
– Что! – Бальбо дернулся, словно к его заду поднесли горящую спичку.
– Тихо, Бальбо, в доме гости, но хозяева об этом не знают. Они спокойно спят в своих кроватях. Понял?
Сон в один миг слетел с алкогольного гения. Он запустил руку под кресло и, достав оттуда полную бутылку виски, сжал ее в руке.
– Я готов! – прошептал он.
– Подожди, Бальбо. У меня возникла мысль, – придержал его Тайгер. – Ложись в кровать.