Удар в спину
Шрифт:
Когда требовалось, все эти лентяи из взвода ловко притворялись бравыми солдатами, да еще как, ни одна комиссия не придралась бы. Конечно, затем, чтобы после вспышки притворства снова погружаться в сонное ленивое безделье на грани разрешенного.
— Слухи, — повторил Роман, невольно подражая ироничным интонациям майора Дуканти.
— Так точно, товарищ младший лейтенант, слухи!
— И что же говорят эти слухи? — поинтересовался Роман.
— Принявшие участие в операции и отличившиеся в ней потом получат преимущество при наделении землей вокруг! А также получат от Федерации денежное довольствие на
Роман выдержал паузу, глядя на Отто. Тот браво пялился куда-то в пространство. Роман же размышлял, почему он пропустил такую мечту о земле и обустройстве здесь. Ответ был очевиден — он ни разу не слышал о такой мечте, о ней не упоминалось в личных делах и разговорах внутри взвода. В личной беседе братья Дональдсоны, Отто и Збышек, ни разу о таком не говорили.
Минус самому Роману.
— Землей, — немного озадаченно повторил Роман.
Нет, такое тоже широко практиковалось. Федерация поддерживала выходящих в отставку, помогала им получить новые профессии, давала возможность обустроиться и получить ту же землю. Выращивать там что-то, обустраиваться, разводить скот или добывать что-то, неважно, главное, чтобы люди работали и крепили саму Федерацию. Нередко подобные земли выдавались в приграничных полосах, ставились укрепленные поселения, исходя из предположения, что бывшие военные сумеют отразить мелкие набеги тварей, а в случае крупного вовремя поднимут тревогу и продержатся до появления армии.
— Так точно, товарищ младший лейтенант! Я и мой брат Збышек хотим разводить буйволов и выращивать разные фрукты!
Благо в Африке с этим проблем нет, подумал Роман, воткнул палку, через год уже дерево будет. Буйволы? Тоже что-то ленивое и способное следить само за собой, насколько хватало скудных познаний Романа о скоте. Часть майора Дуканти, помимо земель под огороды, держала и скот, и рядовые по очереди заступали на дежурство и по скоту, заодно осваивая новые навыки, которые могли им пригодиться в мирной жизни.
Роман тоже заступал, но знатным скотоводом за этот месяц, конечно, не стал.
В общем, ясно все было с братьями МакДональдсонами, даже мечта у них оказалась ленивой.
— Почему же вы не упоминали о ней раньше, рядовой? — поинтересовался Роман, снова неосознанно воспроизводя майора Дуканти.
— Боялись, что сглазят, товарищ младший лейтенант!
Роман помолчал, снов выдерживая паузу и перекатывая в голове услышанное. Суеверия? В Риме над таким только посмеялись бы, а правила и наставления особо и отдельно указывали, что подобную дурь надо выбивать из голов рядовых. Не палкой, конечно, но выбивать, иначе эти суеверия потом могли подвести всех.
Но реальная жизнь опять оказалась сложнее уставов и наставлений. В разговорах с сержантами и лейтенантами Роман неоднократно слышал упоминания о разном сверхъестественном и необъяснимом с обычной точки зрения. События и просто колдовство, не воздействие псионов, нет, именно колдовство, словно здесь все застыло во временах трехтысячелетней давности.
На боевую готовность оно вроде бы и не влияло, но все, от последнего рядового до майора Дуканти сходились на том, что необъяснимые вещи в жизни есть. Единственным, кто не верил во все это, оказался сержант-инструктор Мумашев, но и тут Роман нашел объяснение, все же сержант был приезжим.
— А почему теперь перестали бояться, рядовой? — поинтересовался Роман.
— Так слухи, товарищ младший лейтенант! А заслуженный сержант-инструктор Федерации Андрей Мумашев подтвердил!
Вот теперь все сходилось, только что думать по этому поводу, Роман так и не решил. Братья знали свое дело, стреляли умело, в физической подготовке не уступали другим, но. Плевать на суеверия и сглазы, если что и могло подвести всех, так это их леность.
— Встать в строй, — приказал Роман. — Старшина, подготовить список на всех присутствующих, я подам рапорту лейтенанту Скарбергсону.
Роман знал, ротный подпишет, скажет пару слов напутствия, но порядок есть порядок.
— Сборы сегодня, отправка завтра, — добавил Роман. — Там, все будет по-настоящему. Если кто-то подведет своих товарищей, лично застрелю на месте.
Обещание вышло так себе, без свирепости Льва, но никто не отступил. Можно было сделать больше и лучше, но Роман решил не терзать больше себя, а принять то, что есть и работать уже с ним. Следовало признать, что несмотря на включение в операцию, подвигов он там не совершит, с генералами не встретится, Сверхмозга не убьет и Лев не приколет ему на грудь орден.
Сержанта-инструктора Мумашева Роман нашел в столовой, заодно невольно став свидетелем разговора.
— Стало быть, уезжаешь завтра, — сказала пышнотелая повариха.
— Не волнуйся, Белла, загляну вечером попрощаться… пару раз, — со специально оставленной паузой ответил сержант, а повариха захихикала смущенно, колыхаясь всем телом.
Звали ее Изабелла Ларсон, кажется, но Роман не поручился бы наверняка. Смуглая и пышнотелая, словно пышущая жаром кухонной плиты, она смутно ассоциировалась у него с едой и уютом, какими-то образами из детства, но никак не с красавицей, достойной любви. Невысокий же сержант Мумашев, способный утонуть в поварихе, словно в перине, похоже, считал наоборот.
Но чего Роман не мог понять, как сержант променял Хадишу на это вот?
— Ой, товарищ младший лейтенант! — совсем не по уставу вскочила Изабелла, похоже, чересчур уж душевно взволнованная.
Сержант-инструктор, несомненно, заметивший Романа еще до входа в столовую, оторвался от фруктового пирога и отдал воинское приветствие. Спрашивать о том, чего он тут ест не по расписанию, было бесполезно, сержант везде себе заранее соломки подстелил, получив нужные разрешения. Роман восхищался опытом сержанта, но вот эту часть решительно не одобрял. Знать систему, но вместо улучшения использовать ее к личной выгоде?!
— Хотите пирога, товарищ младший лейтенант? — поинтересовался сержант Мумашев. — Пирог просто чудо, нигде не встречал таких пирогов, как у Беллы.
Ретировавшаяся повариха чуть ли не краской залилась. Эту сторону сержанта Мумашева Роман тоже не одобрял, мимолетные полевые романы в каждой части, куда он прибывал? Недопустимо! Какой пример он подавал рядовым? Впрочем, с сержанта сталось бы рассказать самой поварихе правдиво о всех своих пассиях.
— Давай без чинов и формальностей, поговорим начистоту, — ответил Роман, садясь напротив.