Ученик. Том 2

Vells

Ян посмотрел на наставника, и тяжело вздохнул. Парень сейчас находился за маленьким столом в самом углу зала вблизи окна и доедал поздний завтрак.

Марс знал историю Гина и Шаюна, всё же учитель рассказал ему эту историю. Сейчас же парню хотелось завершить незаконченную историю с бывшим другом, что стал врагом и возможно таким образом дать мастеру некое состояние успокоения, отомстив за смерть потомков его первого ученика.

— Сам говорил, что демоны живучие твари, — тихо произнёс Ян. — Ты же сам рассказывал, что затащил его во врата. Любой бы думал, что всё кончено и

он мёртв.

Призрачный лекарь слегка дёрнул уголками губ, посмотрев на Марса, будто безжизненными глазами.

— Ты прав, но это был Шаюн, и мне надо было всё тщательней проверить. Мы вместе разработали не одну технику высшего уровня. Я долго думал, как он смог тогда выжить, и, кажется, понял, как он это сделал. И это объясняет его появление, только спустя столько времени.

Ян удивлённо приподнял брови, уставившись на наставника.

— Да? И как он это провернул?

Призрак провёл рукой по длинной бородке и слегка скривился, от совместных воспоминаний с бывшим другом.

— Мы вместе с ним разрабатывали технику призрачного присутствия, — монотонно произнёс Гин, смотря, словно в никуда. — Это изыскание было настолько многогранно, что несло в себе огромное и разнообразные знания о духовной основе человека. В процессе работы мы узнали, что духовная основа может быть разделена на две части. Вот только это знание вело в темноту. Суть этого была в том, чтобы создать из одной духовной основы две равные. Вот только я быстро понял, что создание такой техники, будет не чем иным, как демоническим проявлением. Я оставил путь в эту сторону, а Шаюн получается — нет. Этот ублюдок, используя знания о призрачном присутствии, смог развить и воплотить эту технику в жизнь. Получается, что когда я поймал его, он оставил в теле Мотэ свою вторую духовную основу и поэтому-то парнишка и выжил тогда, а я этого не заметил и не понял. Сам позволил Шаюну выжить в тот день в третий раз.

Ян прикусил губу, видя состояние своего мастера, который хоть и остался словно лёд, но внутри будто рвал себя на части.

— Но почему тогда, он проявился только сейчас? Столько времени прошло. Несколько поколений. — Марс постарался хоть как-то отвлечь призрачного лекаря от очередной волны самобичевания.

— Могу предположить, что такая техника очень сложна и опасна. Разделение духовной основы смертельный риск. Скорее всего, оставшаяся часть Шаюна была меньше основной. Думаю, он потерял все силы и очень долго восстанавливался. К тому же для возврата былой силы этому ублюдку нужны были силы лекаря, которых у него не было.

Ян кивнул и произнёс:

— И где нам теперь его искать? Если послушать людей, то он может быть где угодно.

Призрачный лекарь дёрнул щекой и скривился.

— Он на севере.

Ян удивлённо посмотрел на призрака.

— Почему на севере?

— В прошлый раз было так же. Шаюн сам даёт понять, где он и скорее всего, готовит ловушку. Когда я выслеживал его в теле демона, он оставил мне след из многочисленных трупов, отвлекая всех остальных бешенством скота, болезнями и одержимостью злыми духами.

— То есть он решил повторить, что уже происходило между вами? — Слегка опешил парень, отставляя в сторону,

практически пустую кружку.

— Думаю да. Так он даёт понять, где его искать.

— Значит, идём на север, — Ян встал из-за стола. — Найдём его и убьём. Больше ведь он не сможет возродиться?

— Нет. Но убить его будет непросто. Ты сам можешь умереть. Шаюн демон и мы не знаем, насколько он стал сильнее. — Гин, хмурясь, поплыл в позе лотоса за учеником.

Ян пробрался до выхода из трактира и уже на улице произнёс:

— Может он и демон, но я тоже не стою на месте в развитии, а ещё нас двое. Так что нам надо, что-то придумать на всякий случай, пока мы его ищем.

Прошло три дня, с момента, как Ян и Гин покинули Пхентан. Они отправились на север и уже на вторые сутки пути оказались в сгоревшей дотла небольшой деревушке.

Продолжив путь дальше, они вскоре вышли к ещё одному поселению, что видно являлось рыбацкой деревней. Здесь также была картина пепелища.

Всё время, проведённое в пути, Ян перенимал знания призрачного лекаря, который не унимался ни на минуту. Марс узнал много новых техник Дао, о которых даже не слышал. Правда пока эти знания оставались просто знаниями, ведь времени на практику и оттачивания новых техник у парня попросту не было.

На третьи сутки небо заволокло чёрными грозовыми облаками, и начался непрекращающийся дождь, что только ненадолго затихал и расходился с новой силой.

Сойдя с дороги, что практически превратилась в грязевое болото, Ян шагал по траве, что больше походила на болотистую топь, видя на горизонте очертания поселения. Гремел гром, и начинали сверкать молнии, а дождь вновь расходился в полноценный ливень.

Через минут сорок, утопая в грязи, Ян вошёл на окраину деревни, что была сожжена и только частые дожди не дали домам сгореть полностью.

— Что за чёрт? — Ян остановился, чувствуя запах сырой гари.

Перед парнем же открылся вид на трупы людей валяющихся в неестественных позах, часть из которых была буквально вмята в грязь больше чем наполовину.

Это была ужасная картина. Деревня была разрушена до основания.

— Походу мы пришли, — процедил сквозь зубы призрачный лекарь. — В прошлый раз было так же.

— Значит, и в этих телах должны быть злые духи? — Ян сплюнул затёкшую в рот воду.

— Думаю да. — Гинсен кинул взгляд на ближайшее к ним тело. — Надо быть осторожнее. Злые духи в мертвецах — несерьезная угроза, но недооценивать её не стоит.

— Само собой. — Кивнул Ян и шагнул в деревню, утопая практически по щиколотки в грязи.

Зайдя на окраину деревни, что напоминало кладбище в окружении сгоревших домов, Ян пробирался по грязи стараясь не перешагивать мертвецов, а обходить их. Дождь тем временем перерос в полноценную грозу, что, то и дело освещала сумерки своими росчерками.

Пройдя с сотню метров, Ян и Гин вывернули из-за дома на округлую площадку, что являлась центром поселения.

Здесь на груженой телеге сидел мужчина в дорожном плаще. Стоило парню и призраку появиться на деревенской площади, как Шаюн скинул капюшон, расплывшись в довольной ухмылке.