Ученик пекаря

Джонс Джулия

— И этот парень сопровождает Меллиандру? — Мейбор благоразумно воздержался от расспросов о том, что же в точности случилось в лесу: он уловил душок колдовства и не имел никакого желания пробовать эту пакость на язык.

— Да, насколько мне известно.

— В каком она была состоянии, когда ты видел ее в последний раз?

— Ее ведь не так давно высекли, — осторожно ответил Трафф.

— А в лесу с ней ничего худого не случилось? — настаивал Мейбор.

— Парень ее и пальцем не тронул, если вы об этом.

— Парень не тронул, а вы? — не уступал Мейбор. Наемник

потупился.

— Кажется, ей задели руку стрелой — так, царапина, до свадьбы заживет.

Мейбор чуть не убил наемника на месте. Меч давил ему на ногу, как свинец. Рука чесалась выхватить его и снести Траффу башку. Мейбор с трудом овладел собой. Если он хочет взять верх над Баралисом, он должен играть по правилам Баралиса, хитря и обманывая. Вернув на лицо бесстрастную маску, он спросил:

— Значит, если Меллиандру найдут на этот раз, ее снова доставят в убежище?

— Вряд ли, — помявшись, ответил Трафф.

— Что так?

— Баралис велел новым людям убить Мелли и парня, когда те найдутся. Убейте и закопайте — вот как он сказал.

— Так ее еще не нашли? — Мейбор сам удивился спокойному звучанию своего голоса.

— Я знаю этих новых — слепой осел легче разыщет кого-то, чем они. Не нашли, я уверен. Баралис велел им через неделю вернуться назад, так что времени у них немного осталось.

— А что сделает Баралис, когда они вернутся?

— Опять отрядит их на розыски. Проделает, вероятно, одну из своих штук и скажет им точно, где искать Мелли с парнем. — Видя недоумение Мейбора, Трафф пояснил: — Он умеет делать такие чудеса — с птицами, скажем. Я думаю, они говорят ему обо всем, что видят.

— Полно вздор молоть. — Отказываясь слушать о колдовских делах, Мейбор убеждал себя, что никакого колдовства не существует. Чтобы сменить разговор, он сказал: — Когда Баралис снова вышлет людей на розыски, постарайся отправиться с ними. Я не позволю хладнокровно убить свою дочь.

— А я тем более. Недоставало еще, чтоб мою нареченную зарыли где-то в лесу. Нет, я непременно поеду с ними, помогу им найти Мелли с мальчишкой, а после как-нибудь умыкну вашу дочь.

— Ты уверен, что тебе это удастся?

— Я видел, на что этот парень способен, если загнать его в угол. Он такое устроит, что никто и не заметит, как мы с девушкой улизнем.

Мейбор не слишком одобрял план Траффа, но ничего лучшего придумать не мог. Ему не терпелось выспросить Траффа о других замыслах Баралиса, но тут вошли конюх и двое доезжачих, и встречу пришлось прервать. Наемник подхватил сундучок и быстро ретировался, провожаемый любопытными взглядами конюших.

Мейбор через двор направился к замку. Встреча с Траффом явилась для него настоящим озарением. Только теперь он стал понимать всю глубину коварных замыслов Баралиса. Ставка куда выше, чем он полагал. Баралис не зря пустился во все тяжкие, чтобы помешать браку Меллиандры с принцем Кайлоком. Вероятно, у него есть на примете своя невеста, которую он хочет подсунуть принцу. Этим объясняется стремление Баралиса избавиться от Меллиандры.

* * *

Бевлин приложил руку ко лбу мальчика:

жар был сильный, но сон и лакус собьют его. Мудрец просидел с Хватом около часу, пока тот не начал дремать, — отчасти для того, чтобы успокоить мальчика, отчасти собираясь с мыслями перед разговором с Таулом.

Рыцарь сильно изменился по сравнению с тем, каким он был пять лет назад. Эта перемена, конечно, объясняется ответственностью, которую он на себя взвалил. Он, Бевлин, поставил перед Таулом почти невыполнимую задачу — это и сделало рыцаря таким, каков он сейчас. Мудрец спрашивал себя, вправе ли он был совершать такое — лишать юношу молодости и надежды на лучшее? Однако рано или поздно это все равно бы случилось: нельзя жить в таком мире, как они, и не измениться. И все же мудрецу подобало бы руководствоваться собственным суждением, отправляя столь молодое существо в столь безнадежное странствие.

Когда Таул подъехал к его двери, Бевлин увидел на лице рыцаря разочарованность, более того — неверие. Оставив спящего Хвата, Бевлин со вздохом поплелся на кухню, где Таул сидел у стола, как и час назад. Рыцарь вопросительно взглянул на Бевлина, и тот порадовался тому, что Таул, видимо, искренне тревожится за мальчика.

— Он уснул, и к утру, Борк даст, ему полегчает. Лучше всего, если он проспит весь завтрашний день и следующую ночь тоже — лакусу требуется время.

— Мальчик заехал далеко от дома.

— Да и ты тоже, мой друг. — Бевлин сел напротив Таула и налил им обоим по кружке эля. — Я сам его варил и признаю, что он не слишком хорош, но, по мне, плохой эль согревает не хуже, чем хороший, — разве что голова поутру сильнее трещит.

Таул вежливо улыбнулся шутке — но лишь губами, не глазами. Все это время он сидел потупившись, и Бевлин вовсе не видел его глаз.

— Так ты едешь из Рорна?

— Мальчика я не нашел, если ты это хочешь знать, — без нужды резко сказал Таул. — Впрочем, ты, наверно, и без меня это знаешь.

— Хочешь оставить розыски? Как ты решишь, так и будет.

— Поздно, мудрец! — Таул грохнул кружкой об стол. — Для меня существует лишь один честный выход, и ты это знаешь, я скорее отрублю себе руку, чем признаю свое поражение.

Бевлин мог понять это ожесточение: Таул — рыцарь и покрыл бы себя позором, отказавшись от поставленной цели; только смерть могла бы освободить его. Но дело заключалось не только в этом. Нетрудно понять, что Таул только и живет своей целью, — откуда же в нем такая горечь?

— Не со всеми нами жизнь ведет честную игру, Таул.

— Я играю не вслепую — я видел, что против меня сильная карта. — Таул взглянул на Бевлина и тут же отвел глаза.

— Где ты странствовал?

— На дальнем юге, в Сухих Степях, потом ездил в Челсс, Лейсс и Силбур. Продолжать?

— Так тебе известно о ссоре между Рорном и Вальдисом?

— Я знаю, что Рорн запретил рыцарям входить в город, — сказал Таул, глядя в огонь.

— И изгнал их из своих пределов, а его примеру последовал Марльс. Архиепископ Рорнский настраивает юг против рыцарей, желая вызвать свару и подорвать власть Вальдиса.