Убийца Шута
Шрифт:
– Всего семь?
– я спросил его. Я поднял глаза, чтобы посмотреть на него, пока мои руки снова проверяли каждый предмет его одежды и обуви. Я выложил свои находки в короткий ряд на полу перед собой.
– Давай-ка посмотрим. Два яда, чтобы смешивать с жидкостями, один токсичный порошок, сонный порошок, и рвотное средство. Так много для тайных карманов. Крошечный обувной нож, едва достойный такого названия, набор отмычек, и кусок мягкого воска.... для чего? Ах, оттиски ключей. Конечно. Так, а что это?
– Это то, что я
– Чтобы вы нашли. В качестве доказательства, что я был здесь.
Лед сковал мое сердце. Я жестом указал убийце на свой нож, уводя его дальше по коридору от колыбели. Я двигался с ним, соблюдая дистанцию. Что бы ни было в пакете, я бы не рискнул открыть его рядом с Пчелкой. Я положил его на маленький стол, освещенный светом камина.
Это был небольшой сверток из хорошей бумаги. Я аккуратно надрезал его с одной стороны своим ножом, затем наклонил. Сначала из него выскользнула очень тонкая цепочка. Затем я встряхнул его, чтобы освободить остальное.
– Очень красивое ожерелье. И, осмелюсь предположить, дорогое, - я поднял цепочку. Свет от камина отражался в ожерелье.
– Олень Видящих, в серебре. Но он склонил голову в атаке. Интересно.
Я следил за лицом мальчика, пока оно покачивалось в его руке. Знает ли он, что это? Знак Фитца Чивэла Видящего, давно умершего бастарда королевской семьи.
Он не знал.
– Это подарок для нее. От Лорда Чейда Фаллстара.
– Кончено же, - мой голос был ровным. Я вернулся к его одежде и, подставив ногу под ворох, пнул в его сторону.
– Ты можешь одеться.
– А как же мои вещи?
– спроси мальчик угрюмо. Он говорил через плечо, натягивая нижнее белье. Я наклонился и его инструменты исчезли в моем рукаве. Я слышал шелест ткани, когда он надевал рубашку и брюки.
– Какие вещи?
– любезно поинтересовался я.
– Твои ботинки и чулки? Они на полу. Надень их. А затем убирайся из этой комнаты. И держись подальше от этого крыла моего дома. Или я убью тебя.
– Меня послали не затем, чтобы причинить ребёнку вред. Только увидеть его, оставить подарок и сообщить о том, что мне удалось увидеть. Леди Розмари настаивала на этом, хотя Лорд Чейд предупреждал, что ты поймаешь меня. Это было испытание. И я его провалил.
– Полагаю, ты провалил его дважды. Сомневаюсь, что они давали тебе разрешение называть их имена кому бы то ни было.
Паренёк отвечал тихим голосом.
– Они сказали, что это будет всего лишь маленькое испытание, - он делал отчётливые паузы между словами.
– А я провалил его. Дважды.
– Похоже, ты уверен, что они испытывали именно тебя. Уже оделся? Отлично, тогда проваливай. Хотя нет, постой. Как тебя зовут?
Он держал язык за зубами. Я вздохнул и сделал шаг вперёд
– Лант.
Я ждал.
Паренёк сделал вдох, похожий на всхлипывание.
– ФитцВиджилант.
На
– Из Фарроу?
– Да, сэр.
– Сколько тебе лет?
Мальчик вытянулся по струнке.
– Двенадцать, сэр.
– Двенадцать? Я бы ещё мог поверить, что тебе одиннадцать, но тебе не больше десяти, так ведь?
Тёмные глаза паренька гневно вспыхнули, а потом по его щекам покатились слезы. Ох, Чейд, неужели это и есть твой новый убийца? Паренёк опустил взгляд и ответил просто:
– Сэр.
Я вздохнул. Неужели когда-то я и сам был таким же юным?
– Уходи, мальчик. Живо.
Шпион убежал, ни капли не заботясь о скрытности. Он не хлопнул дверью у себя за спиной, но всё же закрыл её с хорошо слышимым звуком. Я прислушался к топоту его шагов, и, когда они стали тише, подошёл к двери, открыл её и выглянул наружу. Потом закрыл дверь снова, снял ботинки и подошёл к колыбели Пчелки.
– Всё хорошо, он ушёл, - сказал я моей девочке и покачал головой.
– Чейд, старый паук, какую игру ты затеял? Неужели мальчишка и правда лучший, кого ты мог ко мне подослать? Или это всего лишь приманка?
Я тщательно осмотрел комнату, проверив щеколду на окне и заглянув во все места, куда бы мог спрятаться убийца. Сделав круг, я вернулся к колыбельке и откинул кружевной полог. Потом нашёл лампу, зажёг и поставил рядом. Затем осторожно, словно смотревший на меня младенец был спрядён из сахарных волокон, снял с Пчелки одеяльца и аккуратно вытряс одно за другим. Её одежда казалась нетронутой. Стоило ли мне проверить и её тоже? Я уже начал снимать с Пчелки одежду в поисках того, что могли там спрятать шпионы, когда в комнату вошла Молли.
– А вот и ты! Я отправила уже с полдюжины пажей разыскивать тебя по всему Ивовому лесу. Нашим гостям не терпится начать обед. И ты пропустил очень долгую песню, в которой их министрель благодарил нас за радушный приём.
– Очень этому рад!
– признался я.
Крошечные ленточки на одеждах Пчелки никак мне не поддавались.
– Фитц?
– Моли скользнула в комнату.
– Фитц, что ты делаешь? Ты вообще меня слышишь? Обед уже почти готов.
И тогда я соврал ей. Снова.
– Я пришёл посмотреть, что с ней всё в порядке, а она плакала, и я подумал, что она могла намочить пелёнки.
– Плакала? Но почему тогда я её не слышала?
– Очень тихо. Я бы тоже не услышал, если бы не проходил мимо двери.
Молли немедленно взяла дело в свои руки, и мне оставалось только стискивать зубы от страха, что под тканью всё ещё оставалось нечто, способное навредить Пчелки или её матери. Молли с легкостью справилась с детской одеждой, проверила подгузник и подняла на меня удивлённые глаза.
– Сухой.
Я пристально наблюдал за тем, как она снова затягивает распущенные мною ленточки.