Убить фейри

Уайлд К. С.

Мгновение Джулиан молчал. Мера видела, что он собирался возразить, но все же его плечи поникли. — Есть, кэп.

— Хорошо. Ты извинишь нас на минутку?

Нахмурившись, он взглянул на Меру, затем снова на Рут, как будто хотел убедиться, что не ослышался. Однако Джулиан знал, что лучше не заставлять капитана повторяться, поэтому кивнул и вышел, закрыв за собой дверь.

Рут откинулась на спинку стула. — Я разговаривала с вашим капитаном, детектив Дэй. И мы согласны, что если вы и детектив Мореа раскроете это дело, то сделаем ваше сотрудничество постоянным.

—

Подожди, — перебила Мера. — Навсегда?

Капитан кивнула. — Мы хотим сделать из вас пример единства правоохранительных органов Холлоуклиффа. Поощрять командную работу и общение между различными округами. Бог знает, нам это нужно, особенно теперь, когда фейри погиб на территории людей.

— Нет, — выпалила Мера. Заметив молчание Баста, она оглянулась на него. — Нет. Верно? Я имею в виду, у тебя, вероятно, есть напарник в твоем участке, и…

— Я работаю один. Ни один уважающий себя фейри не захочет иметь в напарниках Ночного.

При этих словах у нее сжалось сердце. Инстинкт сирены побуждал ее обнять его.

— Некоторые были достаточно храбры, чтобы попробовать, — добавил он, — но я быстро их переубедил.

Придурок.

Жалость в душе Меры сразу испарилась.

— Тебе не о чем беспокоиться, котенок. — Он дерзко ухмыльнулся ей. — Ты умнее моих предыдущих напарников, и я не испытываю к тебе отвращения, так что, полагаю, это плюс.

С нее довольно.

Мера наклонилась над столом из красного дерева, опираясь о столешницу руками, и сказала спокойным и нежным тоном, надеясь, что это поможет: — Я не согласна. Кэп, мой напарник — Джулс. Он всегда был им.

— Детектив, — произнесла Рут строгим тоном, который означал приближение грозы. — Я не спрашивала вашего разрешения.

С этими словами капитан снова повернулась к окну и жестом велела им уходить.

Глава 4

Прошлое…

В ночном небе ярко сияла луна.

Мера вышла из воды, одной рукой волоча тело за рыжеватые длинные волосы, так похожие на ее собственные. В другой руке держала лопату, которую нашла на затонувшем корабле.

Мера пока всего лишь мерлинг. У нее еще не было такой большой груди, как у Белинды Тайдеридер, и удлиненных плавников за лодыжками и по краям ушей, которые означали совершеннолетие. И все же она победила эту воительницу, обладавшую жизненным опытом и злобой и наполненную ненавистью.

Все ради спасения ее дома, Атлантиды.

Финальная битва стоила Мере всего, но сейчас это не имело значения. Скоро она встретит свой конец.

Волны помогли добраться до берега. Как будто океан поощрял ее довести дело до конца. Словно он благодарил ее.

Боевые кораллы, защищавшие ее тело, были сломаны. Она выбросила куски доспехов, которые висели на ремнях из акульей кожи, и осталась только в чешуйчатом комбинезоне. Хотя он не помог бы ей ходить по земле или с легкостью дышать воздухом, поскольку разорван и его нельзя починить.

Как

только Мера вышла из воды, ее тело изменилось.

Плавники исчезли, втянувшись в тело. Ее тугая светло-серая кожа приобрела жемчужный оттенок, становясь мягче по мере расширения пор.

То, что люди называют гравитацией, сразу потянуло ее вниз. Мера упала на колени, и ее вырвало всей водой, которая накопилась в легких.

Да, комбинезон не работал.

Тем не менее она не ослабила хватку на волосах трупа и лопате.

Как только Мера с хрипом смогла дышать, она заставила себя подняться и пошла дальше. Ее кости были как битое стекло, и ей приходилось опираться о лопату, как на костыль, чтобы не упасть. Но она не остановилась.

Мера знала, что скоро начнет ощущать покалывание. Все, кто пересекал запретную зону, рассказывали, что сначала ощущали покалывание, затем ожог, который распространялся по коже, проникал в кости и пожирал тебя целиком, пока не оставался лишь пепел.

Немногим удалось вовремя вернуться в безопасную зону с тяжелыми ожогами и сгоревшими конечностями. Однако большинство сирен просто рухнуло на землю, канув в небытие.

Мера потащила тело за собой, оставив на песке след.

Воздух обжег ее легкие, ноги заныли сильнее, и она хотела сдаться, но урок профессора Керентера эхом отдавался в ее ушах.

— Идти начинаешь инстинктивно, но дышать… О, детеныши, нужно время, чтобы привыкнуть к этому. Когда мы потренируемся на Туманных островах, вы увидите разницу между выходом на сушу в комбинезоне и без него. Однако ни на одном из упомянутых островов вам не предложат вкусного рагу.

Мера вспомнила печаль в его тоне. Его морщинистые плавники широко расправились, когда старый профессор втягивал в себя воду, которая просачивалась через мембраны на его шее, туловище и ногах. Как будто он почувствовал запах этого блюда, которое люди называли тушеным мясом.

— Это приготовленная еда, дети. Слава Посейдону, вы никогда не узнаете, что это такое. Лучше провести остаток своих дней, страстно желая попробовать это.

Мера пошла дальше. Ее физическая и эмоциональная боль не имели значения. Профессор Керентер тоже, больше нет.

Она оттащила тело по песку на опушку леса, который одновременно был и не был странно похож на знакомые ей плантации водорослей.

Почувствовав мягкую и влажную землю под ногами, она остановилась. Мера пошевелила пальцами ног и улыбнулась.

Земля на ощупь так отличалась от песка. Хотя песок все еще прилипал к ее ступням.

Она пошла дальше, опираясь на лопату, пока не нашла поляну, окруженную кустарником.

Потом отпустила тело и начала копать.

— Вот как хоронят тело, — сказал профессор Керентер, показывая ученикам, как копать на заброшенном пляже возле Туманных островов незащищенного архипелага недалеко от Атлантиды. Для упражнения он использовал кусок коралла вместо мертвого тела, что было довольно мудро. — Тех, кто совершает самые тяжкие преступления, хоронят на суше, как это принято у нас испокон веков.