Убить демократа
Шрифт:
– - Есть еще видеокассета, -- вспомнил Юрий.
– - Одно время я увлекался съемками.
– - Покажите, -- попросил Пастухов.
На кассете Николай Иванович был запечатлен с сыном, невесткой и внучкой, но больше всего -- со своими сортовыми тюльпанами. Юрий называл эти сорта, названия были похожи на названия духов или дорогих французских вин, но Пастухов ни одного из них не запомнил. Его интересовало совсем другое.
– - Пройдитесь по комнате, -- попросил он, когда кассета закончилась.
– -Просто пройдитесь.
Несколько удивленный Юрий выполнил просьбу.
– - А теперь у меня к вам еще одна просьба, -- продолжал Пастухов.
– -Сейчас мы выйдем и вы запрете входную дверь так, как обычно запирал ее Николай Иванович, уходя из дома. И как он запирал ее в тот вечер. Наденьте тот же плащ, возьмите в руки тот же "дипломат".
От волнения Юрий не сразу попал ключом в замочную скважину.
– - И что теперь?
– - спросил он.
– - Спускайтесь с крыльца, -- скомандовал Пастухов, хотя это было явно лишним: пуля-убийца настигла Николая Ивановича именно в тот момент, когда он запирал дверь.
– - Все. Достаточно. Спасибо.
Они вернулись в дом.
– - Вы из ФСБ?
– - спросил Юрий.
– - Нет. Но расследование этого убийства входит в мои служебные обязанности, -- ответил Пастухов, почти не соврав.
– - Вы не замечали последнее время странностей в поведении отца?
– - За последние полгода или даже чуть больше в его поведении не было ничего, кроме странностей. Он был историком. И по образованию, и по профессии, и по складу характера, и по образу жизни. У него были свои радости, свои огорчения, но они не выходили за рамки его кабинета или
библиотеки, в которой он работал. С миром его связывали только внучка и тюльпаны. Особенно после смерти жены. Мама умерла восемь лет назад от сердечного приступа. Грустно в этом признаваться, но мы не были с отцом душевно близки. Когда пришли трудные времена, вся эта либерализация и так
далее, я занялся челночным бизнесом. И довольно удачно. Отец и понятия не имел, сколько я зарабатываю и, вообще, что сколько стоит. Он отдавал в дом всю свою зарплату, как делал всю жизнь, остальное его не интересовало. Единственной статьей его расходов были книги. Когда его привлекала
какая-то книга, найденная у букинистов, он без всяких сомнений влезал в долги, а потом месяцами давал грошовые уроки немецкого языка, чтобы расплатиться. Жаль, не могу вам показать, большая часть книг уже упакована, но в его библиотеке есть инкабулы, которых нет даже в Лондонской королевской
библиотеке, не говоря про Ленинку. Чтобы у вас было представление о библиотеке, могу вам сказать одно: когда нам понадобились деньги, под залог библиотеки отец без труда получил почти двести тысяч долларов.
– - Зачем вам понадобились такие деньги?
– - поинтересовался Пастухов.
– - Возникла необходимость, -- ушел от прямого ответа Юрий.
– -
– - вернулся Пастухов к теме разговора.
– - Во всем. Он словно бы вылез из своего архива и кабинета, изумился происходящему и развил такую бурную деятельность, которой от него не ожидал никто. Для начала он дал мне пару коммерческих советов и настоял, чтобы я им
последовал.
– - Вы последовали?
– - Да. И не пожалел об этом. Потом он занялся общественной деятельностью.
– - Он захотел стать губернатором?
Юрий даже засмеялся:
– - Боже сохрани. Отец -- губернатор! Да он подал бы в отставку на второй день после выборов. Впрочем, шансы его на выборах были даже не нулевыми, а отрицательными. Экология -- это, конечно, важная вещь, но город волнует сейчас совсем другое.
– - Для чего же он влез в предвыборную кампанию?
– - Об этом я все время спрашиваю и себя. И не нахожу ответа.
– - У вас была возможность спросить об этом отца.
– - Я спросил. Он ответил: сынок, есть вещи, которых тебе лучше не знать. Занимайся своим бизнесом и ни о чем не думай. Я еще несколько раз заходил с разных сторон, но ответа так и не получил. При том, что отец, в общем, был очень открытым человеком и ценил мое внимание к его делам.
– - С кем он был близок и мог быть откровенным?
– - До конца, пожалуй, ни с кем. Можно сказать, что он дружил с Игорем Борисовичем Мазуром. Это председатель объединения "Яблоко" в нашем городе. Он тоже завзятый библиофил, хотя его библиотека, конечно, и в сравнение не
идет с библиотекой отца. Последнее время они часто встречались и спорили о предвыборных программах "Яблока" и "Социально-экологического союза". На выборы они хотели идти в блоке, но потом что-то между ними разладилось, и они разделились. На мой взгляд, это не имело ни малейшего значения, потому что ни у "Яблока", ни у "Социально-экологического союза" не было ни малейших шансов пройти даже во второй тур выборов. И вообще, я считаю, что все это
глупые игры, которыми тешат себя взрослые люди. Застарелая болезнь "шестидесятников". Не доиграли в детстве. Теперь наверстывают упущенное.
– - Почему разошлись "Яблоко" и "Социально-экологический союз"?
– - Понятия не имею, -- не без раздражения ответил Юрий.
– - Я знаю только одно. Отец хотел, чтобы "Яблоко" включило в свою программу один из его пунктов, а Мазур был против. На этом они и разошлись. После этого отец проявил совершенно неожиданную для него энергию, собрал необходимое
количество подписей и зарегистрировался как кандидат в губернаторы от "Социально-экологического союза". Отец -- губернатор! Этого невозможно представить. Впрочем, все это было из области фантастики... Чаю? Или кофе? Или чего-нибудь выпить?