Убить демократа
Шрифт:
– - А они экстра-класса?
– - Таких в России не наберется больше десятка.
– - Убедил, -- подумав, сказал Хомутов.
– - Да, убедил. Почему-то я тебе верю. Столько же тебе платит Антонюк?
– - Это не тема нашего разговора. Тем более что платит не он.
– - А кто?
– - Этого я не знаю. И до вчерашнего дня не хотел знать.
– - Что случилось вчера?
– - Я разговаривал с сыном Комарова. Он рассказал, что за полчаса до убийства вы беседовали с Комаровым у него дома.
– - Да,
– - Дня за три до этой встречи он отдал вам некий пакет.
– - Допустим.
– - Что было в этом пакете?
– - Ты никогда об этом не узнаешь. Есть вещи, которые остаются тайной на десятилетия. Это -- одна из таких вещей. И не потому, что я этого хочу. Нет, это диктуется логикой государственного развития. Ты понимаешь, о чем я говорю?
– - Понимаю. Но мне плевать и на государственное развитие и на его логику. В этом пакете -- тайна гибели Комарова. И я узнаю ее. Иначе я просто не смогу выполнить работу, для которой меня наняли. А я привык добросовестно относиться к своей работе.
Губернатор плеснул в свой фужер еще коньяка, выпил без закуски, с удовольствием закурил и проговорил, благожелательно щурясь сквозь дым на Пастухова:
– - А ты мне нравишься, парень. В молодости я был такой же. Есть цель --ее нужно достичь. Все остальное не суть важно. Лишь позже я понял, что все остальное может быть важней сути. Ты этого пока не понял. Ну и ладно, поймешь. Про пакет я могу тебе только одно сказать. Даже если я тебе его дал бы, ты все равно бы там ничего не нашел. Там нет причины смерти Комарова. Верней, она есть, но далеко за рамками документов, которые были в этом пакете. Скажу тебе больше. Если бы этот пакет попал в руки любого другого человека, то вообще ничего бы не произошло. Трагическое стечение обстоятельств. Комаров оказался в нужное время в нужном месте. Это и стало
причиной его гибели.
– - Вы согласны, что его убили?
– - Кто же с этим не согласен?
– - Что убийство было заказным?
– - Об этом мне говорили в управлении МВД.
– - Что оно было выполнено профессионалом высокого класса?
– - И об этом был разговор.
– - Кто вместе с вами ездил к Комарову?
– - Я был один. Он специально попросил об этом. Был только водитель, но он не выходил из машины.
– - В разговоре с Комаровым вы не достигли того результата, которого добивались. Кого и как вы информировали о том, что разговор фактически закончился ничем?
– - Да ты, никак, меня обвиняешь в убийстве Комарова?
– - благодушно предположил губернатор.
– - Не вас. Но того, кто был с вами. Или того, кто, к примеру, стоял в кустах сирени и ждал вашего знака.
Губернатор нахмурился:
– - Ты выстроил у себя в мозгу какую-то схему и ищешь под нее доказательства.
– - Помогите мне ее разрушить.
– - Не очень понимаю, почему я вообще трачу время на разговор
– - Я вам скажу, -- предложил Пастухов.
– - Хотите?
– - Попробуй.
– - Потому что вы честный человек. Вы действительно напрямую не задействованы в убийстве Комарова, но косвенную вину все-таки чувствуете и стараетесь всеми способами от нее отделаться. И разговором со мной, и коньяком.
Губернатор махнул рукой, обтянутой накрахмаленной манжетой с красивыми запонками:
– - Убирайся. Мне больше не о чем с тобой разговаривать. Уверяю, что я никому ни полслова не сказал о разговоре с Комаровым и о том, чем он закончился. Ни полслова. Это я тебе говорю. А любой другой человек в городе подтвердит, что моему слову можно верить.
– - А пакет с документами?
– - Я в первый же день передал его в Москву.
Пастухов встал.
– - Я все равно узнаю, что было в том пакете, -- предупредил он.
– - Да не было там ничего. Ничего, понимаешь? Там были бумаги пятилетней давности, которые к нынешним делам практически не имеют отношения. Если бы я мог тебе дать этот пакет, то через пять минут ты отложил бы всю эту
макулатуру в сторону.
– - Почему вы не хотите снова стать губернатором? Это желание пропало у вас после встречи с Комаровым или раньше?
– - Хватит, нахлебался. Я строитель. Понимаешь? Всю жизнь я строил дома для людей. Перед сдачей дома обходил все квартиры, смотрел, не криво ли наклеены обои, хорошо ли закрываются форточки и балконные двери. У меня и на
секунду не было сомнений в правильности и праведности моего дела. А здесь всего за четыре года я хлебнул столько говна, сколько другой и за всю жизнь не нахлебается. И главное -- все зависит не от меня. Зарплату задерживают -- Минфин денег не перечисляет. А виноват кто? Я. Производство останавливается.
Кто виноват? Я. Область одна из первых в России по сбору налогов. А что мы имеем от этих налогов? Дырку от бублика. И кто виноват? Тоже я. Я всегда был демократом. А сейчас даже не знаю, кто я. Полукоммунист, полуфашист, полулиберал,
полукапиталист.
– - Я был на ваших предвыборных встречах. Вы не производили впечатления человека, который поставил крест на своей карьере, -- заметил Пастухов.
– - А сейчас произвожу?
– - Да. Что вы узнали такого, что отбило вам руки?
– - Все, парень. Закончен наш разговор. Больше я тебе ничего не скажу. Сам сможешь что-то узнать -- дам подтверждение. Не сможешь -- извини. Это не моя тайна. Да и тайны тут нет. Ребят, которых обещал мне в охрану, пришлешь?
– - Обязательно.
– - Вот за это спасибо.
Губернатор проводил Пастухова до двери кабинета, пожал ему руку и вернулся в кресло, на спинке которого висел его пиджак.
– - Секунду!
– - сказал Пастухов старшему референту и снова всунулся в кабинет.