Убей для меня
Шрифт:
– Во всяком случае, сейчас Саймон мертв.
– Даже будучи покойником, он серьезно отравляет жизнь.
Губы Люка дрогнули. Эта фраза из разряда черного юмора, но она ему понравилась.
– Тонко подмечено. Дэниел искал системного аналитика, вот я и присоединился к их группе. Вчера мы получили наводку, которая вывела нас на О'Брайенов. Старший из них принадлежал к клубу Саймона…
– Джаред, - пробормотала Сюзанна. – Я его помню. В старших классах он считал, что любая женщина должна его рассматривать, как божественный подарок. Я и понятия не
Ее изнасиловал. Люк подавил зарождающийся гнев. Она справится. И я тоже.
– Несколько лет назад Джаред исчез. Мы подозреваем, что его устранили другие члены клуба, так как боялись, что он может их всех выдать. Всю прошлую ночь я занимался тем, что пытался разыскать как можно больше информации о Джареде О'Брайене и его семье. И выяснилось, что его младшего брата Мака недавно освободили из тюрьмы. Он затаил ненависть к тем женщинам, которых убили. Естественно, он теперь наш главный подозреваемый. Мы его разыскиваем. И ведем слежку еще за двумя насильниками, которых нам удалось идентифицировать.
– Почему вы просто не арестовали мэра и помощника?
– По двум причинам. Во-первых, нам до сих пор не известно, кто третий.
– Если вы арестуете Мэнсфилда и мэра, они сразу же заговорят.
– Может быть. А может быть и так, что он заляжет на дно, и мы его никогда не найдем. Но самое главное, мы не сделали это потому, что Мак О'Брайен этими жертвами пытался выманить уцелевших членов клуба. Они убили его брата. И он захотел отомстить.
– А если бы вы арестовали их, то у него могло сложиться впечатление что его план удался, и он тоже бы залег на дно.
– Что-то типа того. Мы хотели нанести одновременно два удара, как выследим О'Брайена, но Мэнсфилд спутал нам все карты. Ублюдок.
– Он убил своего наблюдателя. Агента Джонсона. Мне очень жаль.
А как мне жаль.
– Мы найдем их обоих, и Мэнсфилда, и О'Брайена. Я очень надеюсь, что Мэнсфилд приведет нас к Бейли. – А если нет, я заставлю эту свинью заговорить.
– Вы сказали Алекс Фаллон, чтобы она не теряла надежду. Вы на самом деле думаете, что Бейли еще жива?
Люка пожал плечами:
– Она пропала неделю назад. Как вы уже заметили… это не слишком обнадеживает.
Раздался звонок мобильного, и Сюзанна автоматически полезла в карман.
– Это мой. – Люк посмотрел на экран и нахмурился. – Дэниел… - Он слушал, и его взгляд становился все более мрачным. Потом он закончил разговор и посмотрел на Сюзанну. – Вам придется лететь более поздним рейсом.
Машина резко развернулась, и Сюзанна, зажмурившись, вцепилась в подлокотник.
– Почему? Куда вы едете?
– Обратно в Даттон. Дэниелу позвонил шериф Лумис.
Сюзанна явно разозлилась:
– И?
– Лумис утверждает, что знает, где держат Бейли Крайтон.
– Шериф Лумис, который находится под следствием за подтасовку улик в расследовании убийства сестры Алекс тринадцать лет назад? – саркастически поинтересовалась она. – Я видела газету на ее столе, и прочла
Люк вдавил педаль газа в пол:
– Шериф Лумис, который препятствовал любым попыткам разыскать Бейли? Да, именно он.
– И вы ему верите?
– Нет, но мы не можем себе позволить не проверить этот след. Дэниел должен встретиться с ним на бумажной фабрике. Он говорит, что вы знаете, где это.
– Бумажная фабрика О'Брайенов? Вы не шутите?
– Не шучу. Наши люди весь день обшаривают участок в поисках Мака О'Брайена. Но Дэниел говорил о старой фабрике. Вы знаете, где она?
Сюзанна закусила губу:
– Да, но я последний раз была там в четвертом классе на школьной экскурсии. Туда в общем-то больше никто и не ходит, там одни развалины и мусор. Кроме того, там, где-то поблизости, серный источник, от которого воняет тухлыми яйцами. Туда, наверное, даже дети больше не бегают, чтобы покурить.
– Но вы знаете, как туда доехать?
– Да.
– Прекрасно. Большего мне и не нужно. Держитесь крепче, может трясти.
Даттон,
Пятница, 2 февраля, 15 часов 30 минут
Прошло очень много времени. Рокки проверила вязки на руках девушек, тщательно следя за тем, чтобы не смотреть им в глаза. Они же, естественно, смотрели на нее. Кто-то дерзко, кто-то с отчаянием. Но она не отвечала на их взгляды. Вместо этого она поднялась на палубу и мрачно посмотрела на Джерси Джеймсона, старика, которому принадлежала лодка. Он всю жизнь рыбачил на этой реке и перевозил любую контрабанду. Водная полиция никогда не проявляла интереса к Джерси, поэтому он пользовался спросом.
- Почему мы до сих пор торчим здесь? – напустилась она на старика.
Джерси указал на фигуру Мэнсфилда, которая исчезла вдали.
– Он сказал, что я должен подождать, пока не придет док. Я дал ему пять минут. Потом мы отплываем. – Он бросил на Рокки брезгливый взгляд. – Я много чего перевез для тебя, Рокки, но такого не возил никогда. Скажи своему боссу, что я больше никогда не буду этим заниматься.
– Скажи ему сам. – Когда у Джерси напряглась челюсть, Рокки рассмеялась. – Нет, лучше не говори. – Бобби терпеть не мог, когда ему отказывали. – Господи, где же они застряли? Они должны устранить тех, кого мы не сможем взять с собой.
– Не желаю ничего слушать, - рассердился Джерси. Они еще немного подождали, но Мэнсфилд не возвращался.
– Ладно, схожу за ним сама. – Только Рокки собралась ступить на причал, как грохнул выстрел.
– Это на улице, - заволновался Джерси. Росси прыгнула обратно на палубу.
– Валим. Сейчас же.
Джерси уже дергал за рычаг управления двигателем.
– А как же док и помощник?
– Пускай справляются сами. – Но Бобби вряд ли придет в восторг, когда узнает, что они не убрали трупы. Одна только мысль, что на нее обрушится гнев Бобби, вызывала у Рокки тошноту. – Я буду внизу.