Ты знаешь, мама, он какой...
Шрифт:
– Платон Аркадьевич, доброе утро, – повторно проговорила я, стремясь привлечь к себе хоть какое-то внимание.
– Доброе утро. Присаживайся, – непринуждённо проговорил он, продолжая сосредоточенно водить глазами по компьютерному экрану.
Непроизвольно его холодность и равнодушие спровоцировали волну раздражения. Значит, ему совершенно безразлична моя личная жизнь. Всё! Перегорел! Наверно завёл себе новую подружку и думать обо мне позабыл.
Токсинная ревность полоснула ранимое сердце.
Кабинет погрузился в удушающую тушину, раздавался лишь стук пальцев по
– Платон Аркадьевич, может мне позже зайти? – Надоело сидеть и глазами хлопать. Сам позвал, а теперь упорно делает вид, что я пустое место.
Морозов приподнял глаза и проникновенно посмотрел на меня.
– Простите меня?
– За что? – Он величественно откинулся назад и прижался к спинке кожаного кресла, которое подчёркивало солидность его владельца.
Виновато покачала головой.
– Мне не стоило приглашать Степана. Вернее, – нервно облизала губы, – я его не приглашала.
Уныло опустила глаза.
– Он сам пришёл. Но если вам неприятно, а больше никого приглашать не буду.
Ждала ответа, но Морозов издевательски мочал, приподняла глаза и внимательно осмотрела его лицо, которое не выражало никаких эмоций. Вернее, одну эмоцию выражало. Полное и откровенное равнодушие.
«Самый большой грех по отношению к ближнему – не ненависть, а равнодушие; вот истинно вершина бесчеловечности».
– Нет проблем. Ты в своём праве. Лишь прошу, – внезапно замолчал, усиливая моё любопытство.
– О чём просите?
Мужчина сурово сузил глаза и сосредоточенно пробежался по моему взволнованному лицу.
– Веди себя хорошо. В этом доме живут приличные, солидные люди. Не позорь моё имя. Не устраивай оргии. Скандалы. Пьянки. А так я не против, что твой молодой человек тебя посещает, – монотонно проговорил он. – Ты молодая женщина. Тебе нужен секс. Это нормально. Глупо думать, что ты будешь монахиней жить. Я так понимаю, что вам больше негде встречаться.
Глава 15. Лиза
Морозная дрожь пробежала по телу, болезненно щипая каждую клеточку.
Правильно сказал Стёпка, Морозов – жестокий, беспощадный, эгоистичный циник. Только вчера ещё признавался в своей симпатии, утверждал, что будет бороться за меня, а уже сегодня утром охладел и делает вид, что ничего подобного не говорил.
И сколь же в нём лицемерия…Для него не существует любви. Лишь страсть и похоть…
– Хорошо. Я вас поняла, – решительно заявила. – А теперь разрешите идти.
– Нет, – лениво простонал он, впиваясь в меня своим беспечным, немного насмешливым взглядом.
Чёрт! Он же просто смотрит на меня, а у меня моментально внутри пожар разгорается. Сердце трепетно начинает стучать. Как же хочется прокричать в его самодовольную морду, что он лицемер и циник. Действительно, поманил, приласкал как бездомного котёнка, а потом выкинул…
Внутри становилось липко. Кто я для него? Девочка для утех? Как же низко я себя оцениваю, если продолжаю терпеть все
Слава богу, что не подалась его сладким речам и не упала в объятия. Он точно не мужчина моего романа. Устояла над запретным соблазном.
– Что вы мне ещё хотели сказать?
– Ты почему опять ко мне на «вы» обращаешься? – Спросил Морозов и, наклонившись вперёд, вопросительно помотал головой. – Твоего любимого мальчика поблизости нет. Обращайся на «ты». Никто тебя не осудит.
Пожала плечами. Чёрт! Всё-таки не упустил возможности и лишний раз подколол.
– Элементарно. Вы начальник, я подчинённая. Как мне к вам ещё обращаться? Думаю, что лучше соблюдать официальный тон. У нас лишь деловые отношения. Вернее, – нервно поправила волосы, – служебные отношения.
– Правильно, – согласился со мной Морозов. – Ты должна обращаться ко мне на «вы» на людях, чтобы избежать лишних пересудов, но, когда мы с тобой наедине, обращайся ко мне, пожалуйста, на «ты». К чему этот напускной официоз?
Приподняла голову и решительно помотала головой. Нет уж спасибо. Теперь буду держать максимальную дистанцию. Больше не позволю играть с собой. Пусть его вульгарные, раздутые бабы пляшут под его дудкой…Я не стану.
– Платон Аркадьевич, мы с вами не друзья и даже не коллеги. Я подчинённая, вы руководитель, – утвердительно выпалила. – Поэтому считаю, что должна к вам обращаться только, – сделала небольшую паузу, вглядываясь в его спокойное лицо, но при этом неожиданно уловила, как тёмно-кофейные очи расширились.
Сдержанно усмехнулась. А что если всё его равнодушие лишь напускное…
– Исключительно на «вы», – прошептала, утопая в его колдовских, дурманящих глазах.
– Без проблем. Обращайся, как посчитаешь нужным.
Растерянно похлопала ресницами.
А может, и не напускное. Выдаю желаемое за действительное. Ну и правильно…Пусть ведёт себя максимально сдержанно. Теперь с его стороны не будет никакой провокации. Смогу нормально работать, без всяких опасений.
И вновь проклятая обида дала о себе знать…Никакая я для него не особенная, самая обычная девчонка, у Морозова таких как я тьма-тьмущая…Глупая, наивная малышка на придумывала себе всякой ерунду, искренни поверила, что такой уверенный, властный, привлекательный мужчина, как Морозов по-настоящему влечётся мной.
– Лиза, мне нужна твоя помощь, – мужчина поднялся с кресла и, обойдя стол, присел на его краешек, прямо напротив меня. – Очень надеюсь, что ты не откажешь мне.
Повыше приподняла голову, пристально глядя на Платона.
Какая помощь ему могла понадобиться от меня? Чем я могу ему помочь? Что ещё взбрело в голову этому человеку?
Слегка потопталась на месте, словно попав голыми ногами на раскалённые угли.
С откровенным недоумением наклонила голову набок, пытаясь угадать мысли хитрого Морозова. Что он задумал? Многое бы отдала, чтобы проникнуть в его голову…