Ты знаешь, мама, он какой...
Шрифт:
Тяжело вздохнула и уныло перевела глаза на Стёпку, парень непринуждённо прижался к стене и озадаченно пробежался по мне взглядом.
Зачем согласилась и позволила ему приехать? Вот как теперь выкручиваться буду?
– Лиза, ты чего? Из-за этого урода расстроилась?
Красная краска возмущения заполыхала на щеках. Платон далеко не ангел, но друг не имел права его оскорблять. Злобно сузила глаза. Вот интересно он ему в лицо мог бы, так сказать, или Стёпка может только кулаками махать после драки? Интуитивно хотелось бросить колкие вопросы, но из-за вежливости, чтобы не обижать
– Кто она такой, вообще? Кто дал ему права являться к тебе?
Гневно свела брови и, закрыв входную дверь, спешной походкой направилась к Степану.
– Он хозяин квартиры. У него есть полное право являться сюда в любое время, – грозно провозгласила, мысленно добавляя: «в отличие от тебя».
– И что? Если квартира находится в его собственности, этот человек имеет права без предупреждения, ночью являться к тебе. И знаешь, – парень разгневанно качнул головой, – откуда у него ключи? Это ненормально. Взрослый мужик ночью приезжает к молодой, одинокой девушке.
Зажмурилась и лихорадочно провела пальцами по наморщенному лбу.
– Это недопустимо. Он хозяин квартиры, а не твой. Разве можно вот так вваливаться в квартиру, в которой проживает посторонняя девушка? – Парень разгневанно задаёт риторический вопрос. – Кто знает, чем ты здесь занимаешься? А что если по дому голая ходишь? А тут он, – рявкнул Стёпа, – такой нежданный и нарядный.
Тон Степана мне не нравился, но сложно было с ним не согласиться. Морозов повёл себя слишком фривольно. Где это видано являться к молодой девушке ночью. С другой стороны, он действительно мог волноваться за меня.
– Лиза, одумайся, – Стёпа опустил руки на мои плечи. – Не нравится мне этот Морозов. Тебе надо держаться от него как можно дальше. Слишком властный и надменный. И явно имеет на тебя определённые виды.
Озадаченно округлила глаза.
– Какие ещё виды он на меня имеет?
Степан сурово нахмурился.
– Самые прямые. Очень откровенные и похотливые. Вон как тебя глазами пожирал. И мне явно был не рад. Приревновал.
Обессиленно выдохнула. Легко Стёпке раздавать советы направо и налево. Держаться подальше! И что? Куда я пойду? Склонить голову и бежать к матери. Нет уж…Гордость не позволит прийти с опущенной головой. Обязательно докажу ей, что я даже без неё чего стою в этой жизни.
Надоел её постоянный контроль…
– Не преувеличивай. Морозов проявил банальную заботу. Он повёл себя крайнее деликатно. Даже слова тебе не сказал, а мог бы потребовать, чтобы ты ушёл, – вздохнул. – И Платон меня совершенно не ревнует. Поверь, ему хватает женщин.
Парень высокомерно усмехнулся и, убрав от меня ладони, сурово скрестил руки на груди и, вальяжно покачивая ногой, брякнул, – и что? Многим своим сотрудницам этот Морозов оказывает такую заботу. Или ты особенный, незаменимый работник с колоссальным опытом? Платон, – ехидно произнёс имя Морозова, Стёпа, – считает тебя великим специалистом, без которого весь его бизнес рухнет? Нет, – сам задал вопрос, сам на него ответил.
Очень удобная позиция…
– Ты его интересуешь вовсе не как специалист. И ты об этом знаешь.
Раздражённо блеснула глазами. Ехидная интонация безумно бесила
– Лиза, усмири свою гордыню. Очнись, этот мужик спит и видит, как бы тебя в кровать затащить. Ты для него лишь девочка для приятного времяпровождения. Посмотри на эту квартиру, – он широко взмахнул руками, стремясь обхватить огромную, дорогостоящую гостиную. Ты реально думаешь, что все сотрудники его фирмы удостоены чести проживать в таких же апартаментах. Нет. Допускаю, что квалифицированным работникам предоставляют шикарное жильё, но не новичкам же. Морозов – хитрый. Он постепенно соблазняет тебя. Изображает доброго, понимающего мужчину, но на деле далеко не такой. У него хищный, волчий взгляд на жизнь. Нет никакой морали и принципов. Морозов считает, что всё в жизни покупается и продаётся.
Отрешённо замотала головой.
– Да, Лиза. Я всё правильно говорю, – твердил и твердил Степан. – Морозов хочет, чтобы стала его любовницей. Одной из многих. Он хочет, но решать только тебе.
Намёки Степана мне очень не понравились. Он меня действительно воспринимает за меркантильную особу, которая будет встречаться с мужчиной ради денег.
– Не продолжай. Мне не нравится этот разговор.
Угнетённо обвела друга взглядом.
– Лиза, я не хочу тебя обидеть, но на правду нельзя обижаться. Ты же умная девушка, сама прекрасно понимаешь, что этот человек не просто так всё это делает. Никто в наше время за «банальное спасибо», ничего делать не будет, – тяжело проговорил он. – А этот Морозов до мозга костей бизнесмен. Он всегда и во всё привык получать свои дивиденды. А сейчас его дивиденд, ты.
Молчала, тщетно переваривая свалившуюся на меня информацию…Морозов меня принуждать не станет, но и долго бегать за мной, как верный собачонок также не станет.
Рано или поздно ему надоест возиться с капризной девочкой, и что тогда? Известно, что…
– Нет. Не думаю, – соврала. – И знаешь, что друг мой. Моя личная жизнь тебя не касается. Даже если у меня что - то будет с Морозовым, это лишь моё дело и больше оно никого не касается. Только меня и Платона, – решительно возразила. – Нет у тебя права лезть ко мне со своими чёртовыми нравоучениями.
Хватит с меня нравоучений матери. Даже если я перейду черту и соглашусь на отношения с Морозовым, о чём впоследствии горько пожалею…А то что я пожалею сомнений не вызывает, но это будет моя ошибка. Вправе самостоятельно распоряжаться жизнью.
Пусть лучше разорву своё сердце, нежели не попробую и всю жизнь стану жалеть. А кто знает, что ждёт меня в будущем? Возможно, что Платон сможет измениться. Главное, выбрать правильную тактику. Доказать ему, что любовь существует и ей следует дорожить.
Более даже слушать не стала надоедливого друга, развернулась и побрела в спальню.
– Ты себя слышишь? – Свирепо прорычал друг и последовал за мной. – Лиза, у тебя с головой проблемы. Хочешь стать очередной игрушкой этого подлеца. Он же тебя всерьёз не воспринимает. Поиграет и выкинет, как ненужную, надоевшую игрушку.
Мужчина активно жестикулировал, эмоции переполняли его.
– Ты так не сможешь жить. Лиза, ты совершенно другая девушка. Правильная. Честная. Принципиальная.