Ты не знал?…
Шрифт:
— Что с тобой?
Сиб затрясла головой. Она уже несколько раз пыталась рассказать правду, и никто ей не верил. Нечего пытаться делать это снова.
— Я не хочу, — выдавила она наконец. — Отвези меня назад, в Лондон. Умоляю тебя!
— Но мы уже приехали… По крайней мере, зайди — пусть увидят, что ты жива-здорова.
— Послушай, это напрасная трата времени. Меня никто здесь не ждет, никто не любит!
Не исключено, подумал Иниас. С такой оторвой наверняка нелегко
— А ты подумала, что будешь делать с больной ногой в Лондоне?
— Чего еще от тебя ждать, — понурилась Сиб.
— Это как понимать?
— Все вы одинаковы, все ваше поколение. Иниас молча проглотил обиду, изумившись тому, насколько она его задела.
— Наверное, ты права, — кивнул он.
— Только… только ты не иди со мной. Простимся здесь.
— Хорошо.
Иниас отнюдь не стремился присутствовать при семейной сцене. Однако на дом взглянул, и брови его изумленно поползли вверх. Особняк выглядел весьма внушительно, ко входу вела мраморная лестница.
Сиб с облегчением вздохнула: машина матери стояла у входа, а вот автомобиля Эндрю видно не было.
— Спасибо, что подбросил. Ну, я пошла. Подхватив рюкзачок, она захромала к дому вслед за бешено лающим Лаки. Для пожилой собаки он проявил удивительную резвость: намного опередив хозяйку, он принялся носиться взад-вперед по лужайке, словно щенок.
Сиб поставила рюкзак возле лестницы, оглянулась и помахала Иниасу на прощание.
Он помахал в ответ и уже собирался захлопнуть дверцу, как заметил на пороге дома высокую блондинку. Женщина с тревогой посмотрела на его машину и лишь потом взглянула на Сиб.
Сначала Иниасу показалась, будто она не узнает дочь. Красивое лицо женщины исказилось от ужаса. Впрочем, возможно, дело тут было в диком наряде девушки: мода на драные джинсы, короткую стрижку и тяжелые башмаки еще явно не дошла до фешенебельного пригорода…
Зато Сиб не сомневалась, что мать узнала ее в первое же мгновение, и считала секунды: быстро ли Беатрис придет в себя и изобразит восторг и умиление?
— Сибилла, дорогая моя! — воскликнула она, раскрывая дочери объятия.
— Привет, мам, — пробормотала Сиб, мирясь с неизбежным.
— Слава Богу, ты цела! Я так переживала!
— Да ну? — хмыкнула дочь, не желая больше притворяться.
Мать явно ломала комедию перед единственным зрителем — Иниасом Блэром, который вышел из машины и лениво облокотился о капот, наблюдая за происходящим.
— Разумеется! Ведь ты же моя любимая дочурка! — Глаза матери на мгновение вспыхнули, и Сиб без труда поняла, какого рода чувства обуревают Беатрис в этот миг. — Пойдем в дом, дорогая… и друга пригласи войти, —
Сиб тоже посмотрела на него — и тотчас горько пожалела. Иниас воспринял это как приглашение и направился к ним широким шагом.
— Это Иниас Блэр, мама, — безжизненным голосом произнесла девушка.
— Рад с вами познакомиться. — Иниас протянул руку, и Беатрис пожала ее с обворожительной улыбкой.
Сиб сразу поняла, что мать моментально прониклась к Иниасу симпатией. Ну еще бы! Высокий, красивый мужчина с безупречными манерами. К тому же почти ее ровесник…
— Иниас довез меня сюда из Лондона, — объяснила Сиб.
— Как это мило с вашей стороны! — воскликнула Беатрис. — Не хотите ли чаю?
— Он торопится, — поспешно сказала девушка.
Однако Иниас невозмутимо заявил:
— Не настолько, чтобы отказаться от столь любезного приглашения.
— Вот и прекрасно.
Мать, похоже, была искренне рада. Впрочем, Сиб этому не удивилась. Беатрис просто не хотела оставаться наедине с дочерью.
Когда мать вошла в дом, Сиб дернула Иниаса за рукав.
— Послушай, только ради Бога не лезь в это дело!
Тот согласно кивнул. Но все же его разбирало любопытство — с какой стати девочка предпочла жизнь на улице всей этой роскоши?
— Твоя мать ждет, — напомнил он и подхватил ее пожитки.
Беатрис провела их в гостиную и только тут заметила, что дочь хромает.
— Ты снова повредила ногу? Как это случилось?
— Не помню… — Сиб явно не желала обсуждать с матерью свои дела. — А где Лорен? — спросила она, оглядевшись.
— У нее сегодня выходной.
— Жаль… Я хотела с нею повидаться.
Лорен приходила помогать матери по хозяйству каждый день, и выходной у нее был один-единственный. Беатрис тотчас поняла намек.
— Разве ты не останешься? — попыталась она изобразить разочарование.
Но Сиб было не обмануть. На лице матери явственно читалось облегчение!
— А что я тут забыла? — намеренно грубо бросила девушка.
— О-о-о… — Беатрис пребывала в смятении. — Дорогая, но ты же приехала домой!
И вдруг с языка Сиб само собой сорвалось:
— Видишь ли, Иниас сделал мне предложение. Зовет переехать в его шотландский замок. Правда, романтично?
Это был недостойный поступок, но Сиб просто не могла отказать себе в удовольствии, насладиться растерянностью матери. Иниас изумленно вздернул бровь, однако опровергать ее слова не спешил.
— Это… это правда? — обрела наконец мать дар речи. — Вы хотите жениться на моей дочери?
— Да, мы с нею все уже обсудили, — склонил голову Иниас.