Ты - моя!

Leras

Следующим утром, они первым делом связался с Гассом, который уверил его, что Оливия завтра же поедет с Мистик Фоллс, и в кратчайшие сроки сделает все возможное для устранения ошибок в проекте.

— Я переговорю с ней лично, — ответил ему Элайджа совершенно спокойным тоном, который абсолютно не соответствовал эмоциям, бурлившим в его крови, — она в офисе?

— Конечно, мистер Майклсон! Я передам ей, чтобы она с Вами связалась.

И Гасс не обманул. Не прошло и десяти минут, когда на экране его телефона появилась фотография

синеглазой стервочки, которая наверняка была совсем не в восторге от того, что ей приходилось исполнять подобный приказ начальства.

— Что случилось? — вместо приветствия проговорила Лив, стоило Элайдже принять вызов.

— Доброе утро, Оливия, — отозвался он, не в силах сдержать улыбку от ноток недовольства в ее нежном голосе, — а разве начальник не посвятил тебя в ситуацию?

— Посвятил, — неохотно ответила девушка, — но он также сказал, что ты хотел поговорить со мной лично. О чем же?

— Лишь согласовать время нашей завтрашней поездки.

— Нашей? — ошеломленно выдохнула Оливия, и Майклсон многое бы отдал, чтобы увидеть в этот момент выражение ее лица.

— Разумеется, — спокойно произнес он, довольно улыбаясь, — я заеду за тобой в восемь. Будь готова.

Не дожидаясь ее ответа, Элайджа сбросил вызов. Весь день он ждал от нее гневного звонка, или хотя бы сообщения о том, что их совместное участие в работе неприемлемо, но ничего подобного не происходило. Оливия приняла его условия, и это было даже немного странно. Впрочем, Майклсон очень скоро позабыл о своих сомнениях, погруженный в раздумья о том, как сделать так, чтобы и в этот раз они с синеглазкой жили в одном номере.

Оливия отвергла его, но прокрутив в памяти миллион раз произошедшее в машине, Элайджа пришел к выводу, что это было вовсе не потому, что она его не хотела. В действительности, причиной ее поведении был страх. Лив боялась, что он вновь причинит ей боль, и не верила в том, что в этот раз между ними все будет по-другому, и Майклсону во чтобы то не стало, необходимо было убедить ее в обратном.

В день их поездки небо было хмурым, моросил мелкий дождь, но это никак не отразилось на настроении Элайджи, который, захватив дорожную сумку, спустился на подземную парковку, к своей Ауди, чтобы поехать к дому Оливии. Было еще совсем рано, но Майклсон не мог больше ждать, надеясь, что синеглазка уже успела проснуться.

Остановившись у знакомого дома, Элайджа заглушил мотор, и уже собирался выйти из машины, когда увидел, что дверь Оливии слегка приоткрылась. Он ожидал увидеть Кола, Мег или кого-то еще. Кого угодно. Но только не Клауса, на лице которого играла довольная улыбка.

Волна ревности затопила его мгновенно, не оставляя совсем ничего, кроме ярости, от которой мужские ладони сжались в кулаки, а темные глаза стали похожи на щелки.

Элайдже хватило нескольких секунд, чтобы оказаться у порога дома синеглазки, и толкнуть плечом дверь, которая

оказалась незапертой.

В гостиной никого не было, и Майклсон уже прошел в середину комнаты, когда Оливия показалась на верхних ступенях лестницы.

— Ты хотел что-то еще, Клаус? Я…

Девушка умолкла, когда увидела, кто именно стоит в центре гостиной, изучая ее ненавидящим взглядом. Темные глаза скользнули, обжигая, по ее обнаженным ногам, легкому халатику, растрепанным после сна волосам.

— Думаю, Клаус получил от тебя все, что ему было нужно. Теперь моя очередь.

========== Часть 36 ==========

Оливия просыпается в ужасном настроении, полностью разбитая. Мысли о поездке в Мистик Фоллс с Элайджей не дают ей уснуть всю ночь, и это предсказуемо отражается на ее и без того взвинченном состоянии.

Визит Клауса, разыскивающего Кола, приходится крайне не кстати, и Лив, кутаясь в тонкий халатик, не сразу понимает, что ему нужно. И когда после его ухода, она вновь слышит хлопок двери, то с неохотой возвращается в гостиную, стараясь скрыть досаду, вот только в комнате ее ждет совсем не Клаус.

И Лив замирает, ощущая на себе тяжелый взгляд Элайджи Майклсона, который без сомнения видел, как его брат утром выходил из ее дома, а его последующие слова лишь подтверждают ее догадку. И Оливия не успевает понять, как он оказывается с ней рядом, и, грубо стискивая запястья, тянет ее в спальню, оказавшись в которой, вдавливает девушку в стену, сжимая пальцами тонкую шею.

— Трахалась с Клаусом? Ну и как? Понравилось? — шипит Элайджа, не отрывая от нее безумных глаз.

— Ты спятил, — хрипло шепчет Лив, пытаясь вырваться из стального захвата, — отпусти меня!

Но Майклсон и не думает внять ее просьбе. Вместо этого, он грубо тянет с тонких плеч короткий халатик, полностью обнажая девушку, и толкает ее к кровати. Лив не успевает сказать и слова, как кисти оказываются привязанными к спинке, ее же пояском. Но к собственному удивлению Оливия не чувствует страха. Лишь ярость от того, что Элайджа вновь пытается подчинить ее своей власти, даже не собираясь разобраться в случившемся. И не смотря на то, что никогда прежде она не видела любовника таким злым, а она сейчас абсолютно беспомощна, чертова дрожь возбуждения проходит легкой волной по всему телу, спускаясь к низу живота.

— Ты сумасшедший, Майклсон! — шипит она, — ни с кем я не трахалась!

— А вот это мы сейчас проверим, — холодно отзывается тот, грубо разводя в стороны ее ножки, ища следы любовных утех.

Лицо Лив заливается краской, когда Элайджа жадным взглядом изучает ее промежность, не находя подтверждения своим подозрениям, но Майклсону кажется на это совершенно плевать. Он придвигается ближе, кончиками пальцев скользит по ее телу, наслаждаясь гладкостью шелковистой кожи, вдыхает запах до боли желанного тела, которое, наконец, перед ним.