Ты моя, девочка!
Шрифт:
— Ник. Ты решил дела с Гордеевыми? — я должен был быть на совещании. Но никакой проект мне не нужен, если моя любимая лежит в больнице и страдает от боли.
— Да. Только закончили. Где тебя, чёрт возьми носит?
— Приезжайте с Тимофеем в центральную больницу. Срочно. Четвёртый этаж, двадцать вторая палата. — игнорирую его вопрос. Мне некогда с ним болтать. Надо вернуться к Жене.
— С тобой всё в порядке? — не умолкает. — Что случилось?
— Не со мной, — коротко
— С Женей? — после короткой паузы продолжает.
— Да.
— Вашу мать!
Отключаюсь и возвращаюсь к Жениной палате. Прислоняясь к стене около приоткрытой двери, сжимаю кулаки, вспоминая, как этот сука довольный собой ходит по городу.
Нужно поговорить с отцом. Узнать все детали того происшествия. Как он оказался в том месте, встретился с тем мужиком, которого застрелил. Сколько бы я его не любил и уважал, но из-за него я под удар Женю поставить не могу. Она не может страдать из-за нас.
Невинная женщина, оказавшаяся не на том месте, не в то время.
— Марин, ты не понимаешь, — изнутри доносится хриплый голос Зеленоглазки. — Во мне была частичка его. Нам не быть вместе. Никогда. Но, хотя бы был малыш. Он женится. А как же я?
Сердце пронзает невыносимая боль. Словно удар молнии наэлектризовывает всё тело. "Нам не быть вместе" — она так думает? Да я весь мир вверх дном переверну, если она не станет моей. Если она не будет моей женой!
— Ты же не думаешь, что это он сделал? — вопрос Жениной подруги вынуждает сосредоточиться и внимательно слушать в ожидании ответа.
— Не думаю. Но из-за него!
Конечно из-за меня. Ведь она жила спокойной жизнью, после меня обрела маленькое счастье, как сказала сама, а я всё растоптал.
Ещё какое-то время сижу в коридоре. Мне нужно сделать паузу. Бросить всю работу, послать к чёртовой матери и заботиться о ней.
Охренеть как быстро очухался!
Влюбился.
Но, мать вашу, почему всё так сложилось?
Отвлекаюсь на рингтон телефона.
— Да, — отвечаю на звонок Тимофея.
— Там есть охрана у палаты? Мои ребята приехали, сейчас поднимутся. А ты спускайся на первый этаж, кабинет возле стойки регистрации. Поговорим.
Дождавшись парней, направляюсь к друзьям. Прикрывать отца было самой большой ошибкой. Убить человека — не простое дело. Нужно отвечать за свои поступки, дабы не сдохнуть от угрызения совести.
Но… Разве я не убил бы из-за Жени? Да прямо сейчас, если Фёдор попадёт мне под руку, я его просто задушу! А потом сдамся ментам, а не стану всю жизнь вздрагивать на каждый телефонный звонок, в котором будут просить деньги за молчание.
— Что с ней? — спрашивает Ник, как только захожу в кабинет.
Пожимаем руки
— Избили. Шлюпки Фёдора. Потеряли ребёнка.
— Блять!.. — Ник пошло ругается, — И что дальше?
— Сочувствую. — грустно говорит майор, — Расскажи всё по порядку.
— Тимофей, отец убил человека. Много лет назад. И у этого скота есть видео. Он шантажирует папу уже долгое время. А он от страха отдал всё, что мог. Так ещё и гад, оказывается, настраивал против меня собственного отца, который верил ему, не подозревая, что именно Анашкин его шантажирует.
— Когда ты узнал?
— Недавно. Пару дней назад. Я должен был жениться на его дочери — таково было его условие. И чтобы я долго не думал, решил избавиться от бага, который нас связывает с Женей — малыша. Да только он не рассчитал. Нас не только малыш связывал. Я её бросать не стану.
— И не надо. У тебя есть доказательства того, что он шантажировал вас? — спрашивает.
— Да. В кабинете есть камера. Всё снято. В том числе и то, когда он показывал мне видео и предъявлял условие.
— Ясно, — усмехается майор. — Нихрена он не сделает. Он и сам схлопочет не малый срок, если вы напишите заявление о его шантаже. А отца никто не посадит, пока видео не будет в наших руках. Впал в панику — вот и делал всё, что просит его дружок.
— Я знаю. И плюс круто меня, сукин сын, подставил. Жене привет от Гордеева передали, когда… — не могу договорить, словно тугой узел, слова застревают в горле. Представляю ту картину, где руку на неё поднимают, холодный пот по позвоночнику течёт.
— Успокойся. Уже ничего не изменить, — Ник, заметив мою ярость, пытается успокоить. Но не знает, что я сейчас чувствую. Не может понять.
— Тим, найди его. Если я найду раньше, просто застрелю не задумываясь! — я твёрд и уверен в сказанном.
— Ага. Сделаешь легче Жене? Пойдёшь сдашься, а потом за решёткой будешь любоваться фотками её жизни с другим. Умник, блять!
— Ник прав. Успокойся и возьми себя в руки. Я не эгоист, знаю, что такое потерять ребенка. Не усложняй ситуацию, я найду его.
— Я всё равно никуда в ближайшее время не собираюсь. Буду работать отсюда, пока её не выпишут. Ладно, парни. Мне пора.
— Не волнуйся насчёт компании. Я справлюсь. — ворчит Ник. — А ты, давай, иди к своей Зеленоглазке.
Попрощавшись выхожу и возвращаюсь к Жене.
Внутри такая уверенность — знаю, рано или поздно жизнь Фёдора будет зависеть от меня.
Он ответит за всё, что пережила Женя. Он ответит за потерянного малыша!
Он… сдохнет в ближайшее время!