Ты моя, девочка!
Шрифт:
Медсестра сообщает новость — я могу её увидеть. Но не могу сдвинуться с места.
Не смогу смотреть ей в глаза. Я виноват в том, что с ней произошло. Я — причина всего её несчастья!
Смотрю в чуть приоткрытую дверь и не решаюсь зайти, словно маленький ребёнок. Страх пронзает тело, сердце стучит в бешеном ритме.
Нужно зайти и столкнуться с неизбежным.
Подхожу к её кровати, где она лежит и не отрывает глаз с потолка. С пустоты. Опускаюсь на корточки и беру её за руки. Она поворачивает голову в мою сторону и смотрит ледяным взглядом.
— Малыш…
— Алекс, — её шёпот разрывает душу в клочья, — Зачем ты это сделал? Я ведь согласилась на аборт… Тогда… Зачем?…
Глава 25. Потеря
Темнота. Хочу открыть глаза, но не могу. Не получается. Веки не двигаются. Слышу голоса. Непонятные. Едва отличимые. Незнакомые. Морщусь от вспышки тупой боли. Всё тело болит. Ломит. Во рту пересохло, но вкус крови чувствую ясно. Голова как будто не моя. Кружится.
Последнее происшествие словно острая игла вонзается в тело. В сердце. Бесконечные осколки стекла впиваются в сознание.
Малыш… — вспоминание о нём отзывается тупой болью. Крушит. Рубит.
Открываю рот, чтобы вымолвить хотя бы одно слово. Вопль. Да, хотя бы один звук! Но нет…
Что со мной случилось? Где я? Что, чёрт возьми, происходит?
"Привет от Гордеева… Привет от Гордеева… Привет от Гордеева…" — пульсирует в висках набатом.
Это неправда! Алекс такое никогда не сделал бы! Он со мной так не поступил бы! Он… Он… Он не может навредить мне, ведь так, да?
Я же ещё тогда готова была на аборт! Я же согласилась! Зачем? Я заслужила такое обращение, Алекс? Я никогда не пережила бы, если с тобой что-либо случилось! А ты?
Нет… нет… нет! Это неправда! Цель? Логика? Он не хотел, чтобы я ушла. Он был готов любым способом держать меня рядом. А если нет малыша, значит нет меня.
Гордеев… Может отец!? Он же застал нас вместе. Так ещё и отношения у них нехорошие. Он? Отец Алекса?
Да какая разница после того, как я потеряла ребёнка? Какая разница кто, если нет смысла жить дальше? Я же так мечтала. Я же так сильно хотела стать матерью. Господи… За что?
— Она приходит в себя, — тихий мужской голос прорывается в сознание.
Еле открываю глаза. Белый потолок и стены. Незнакомое место. Где я? Пикающие приборы режут слух. Я в больнице? Малыш? Может он ещё жив? Может я его ещё не потеряла? Такое ведь возможно, да?
— М-ма-лыш… — произношу, но не слышу своего голоса. В горле пересохло. Жжёт. Ком стоит поперёк, не могу сглатнуть. — В-во-да…
— Стакан воды! Она хочет воды.
Снова темнота перед глазами. Просыпаюсь и замечаю несколько человек. Никто не говорит ни слова. Врач и медсёстры не отходят ни на шаг. В глаза попадает капельница, лекарство по трубочке бежит в кататер на моей левой руке.
— Ма-лыш, — теперь слова выходят понятные и говорить немного легче. — Ч-что
— Мы сделали всё возможное. Но малыша спасти не смогли. Увы.
Господи. Это правда. Я его потеряла.
— Но ты молодая. Сколько тебе лет? Двадцать? Двадцать два? Не огорчайся, будут у вас ещё малыши. — голос медсёстры такой тихий, ласковый.
Ей жаль меня. Но зачем она говорит мне эти слова? Знала бы, с каким трудом я забеременела. Как я хотела этого ребёнка, отец которого женится на другой. С которым у нас больше не будет шанса иметь общего малыша.
Теперь нет повода держать меня рядом.
— Я позову близких. Они волнуются. Несколько часов ждут от меня новостей, — врач отчитывается?!
Алекс здесь? Как я сюда попала, Господи? Кто меня привёз?
Однажды я сделала огромную ошибку, садясь в его машину. С того дня я утонула в нём, стала зависимой. Слепо доверила свою судьбу человеку, у которого есть невеста, и, возможно, на днях будет свадьба. Мало того, ещё и забеременела, но моё счастье продлилось недолго.
Он умеет дарить женщине счастье…
Также умеет отнимать…
А знаете, я несу чушь! А как же те дни, когда я летела от восторга быть рядом с ним? Как же те дни, когда мы съедали друг друга до последнего кусочка и не могли насытится? Ведь я полюбила его! Я полюбила его больше жизни!
Но из-за него я потеряла своего долгожданного ребёнка!
— Малыш… Прости меня… — взволнованный голос Алекса проникает в сознание и вынуждает повернуть голову в его сторону. Оторваться от потолка, на которого я пялюсь чёрт знает сколько времени, задумываясь о прошлом.
— Алекс… Зачем ты это сделал? Я же согласилась на аборт… Тогда… Зачем?…
Он распахивает свои чёрные, как бездна, глаза и смотрит на меня с явным удивлением. Не ожидал от меня этих слов? Обвинений? Но ты виноват! Именно ты!
— Ты… Серьёзно? — сжимает мою руку в ладонях и смотрит как-то странно. Не как всегда, с какой-то… болью что-ли… — Я такой… зверь в твоих глазах?
Я сглатываю и отворачиваюсь. Мне нелегко это говорить. Я, конечно, не думаю, что Алекс поступил со мной так жёстко. Бессовестно. Беспощадно. Но и в глазах старшего Гордеева я не увидела ненависти и злости. Он не был похож на человека, который был бы против нашей совместной жизни.
— Они передали огромный привет от Гордеева! Кто, если не ты? Твой отец, а? Отвечай! За что мне всё это, Алекс? Что я такого сделала? — с каждым словом повышаю тон, чувствуя, как горячие слёзы текут вниз по щекам. — О, Боже… Живот.
— Жень? Женя?! Что случилось, родная? Врач!? Позовите врача! — он кричит, зовёт доктора.
Такой взволнованный нависает надо мной и пытается помочь. Живот пронзает невыносимая боль. Жгучая. Мучительная. Адская.
Он так близок и в то же время далёк. Я не хочу верить, что всё устроил он. Это просто нелогично. Нет причин для такого поступка. Ну же, отрицай, убеждай, что ты не виноват. А если иначе… То я никогда не прощу тебя! Просто исчезну из твоей жизни раз и навсегда.