Тутти Кванти
Шрифт:
Сегодня, напросившись на визит к реве Шш, вершитель венка решал будничную задачку — помаячить перед глазами, приласкаться, повынюхивать конъюнктуру. Но и это без повода не делалось, поэтому Кх озабоченно изложил сановному культовику суть взаимных доносов биоников и, намекнув на свое недоверие обоим, попросил надоумить его, как поступить. Чуток похлюпав легочными мехами, претендент на седло Всадника заглотнул подброшенную наживку в виде недоверия и санкционировал перемену статуса молодых ученых — за минуту они превратились из гончих в гонимых.
Со зримым наслаждением выслушав пространные и витиеватые восхищения своей проницательностью, Шш заговорщически
Кх был обескуражен и обрадован: с одной стороны, рушились его культовые грезы, с другой — разверзалась бездна новых манящих перспектив. Потешив покровителя неподдельной растерянностью, он рассыпался в сбивчивых и потому особенно трогательных выражениях своей благодарности и преданности.
Переключаясь еще пунктирной мыслью с синклита на концерн, Кх наткнулся прежде всего не на проблемы, еще не решенные, — повышение мощностей энергонакопителей, сокращение потерь при передаче на сверхдальние расстояния, увеличение ассигнований на исследования, — а на тех, кого считал кровными врагами. Мало того что они унижали его, не признавая в нем ученого и намекая на моральную нечистоплотность, — они едва не уличили его в причастности к низкой интриге, с которой и началась трагическая травля доктора Грж. Сохранить за ними статус-кво — значит постоянно подвергать себя опасности быть вытащенным из потайных лабиринтов под звездный луч. Единственный путь к собственному спокойствию — устранение истинолюбцев.
Произведя бесхитростный этот расклад, номинальный хозяин «ПИЗЭ» нагнал на чело тучку озабоченности: концерн заражен скверной, и ему, члену контролеума профсоюза энергетиков, известны имена ее главных носителей. И назвал лидеров поисковой лаборатории, бывших своих коллег, докторов Ск, Лц, Эо и надежду звездной энергетики Вг. А после неопределенного мычания прибавил к ним шефа лаборатории и доктора Пф, на ходу сообразив, что объективисты могут переметнуться во вражеский стан. Реве Шш посокрушался по поводу того, что отступники проникли даже в кровеносную систему планеты, и повелел незамедлительно придавить каждого терцетом. Судьба оппозиции была предрешена.
Удовлетворив мстительный позыв, но не попытавшись обозреть даже границы свалившейся на него глыбы-милости, Кх употребил последние минуты на вощение покровителя благовонными дифирамбами…
29
Оставшись один, размягченный лестью ревнитель отдался своим мечтаниям, которые, впрочем, опирались на старательно учитываемую культовую конъюнктуру.
Ритуально седло Всадника, то есть должность одного из тринадцати высших религиозных сановников государства, ему еще не предлагалось, хотя однажды Поводырь недвусмысленно сказал, что нуждается в таких искушенных вероносцах, как, Шш, а совсем недавно обмолвился о предстоящих крупных изменениях в Круге и дружески справился о причинах хлюпающего дыхания.
«Предположим, — рассуждал реве, — отлаженный механизм голосования, как всегда, сбоя не даст и меня выберут Всадником. Но ведь я буду одним из тринадцати, по сути безликим и безымянным… Конечно, и это завидная карьера, да еще насколько…
Но ведь есть путь куда завиднее — стать ревнителем
У питона, правда, имеется укротитель, умный и изощренный политикан, и позариться на его место еще вчера мог бы разве что самоубийца. Вчера. А сегодня?..
Укротитель совершил непостижимый промах: усомнился в правомерности преследования ряда известных трафальеров, а стало быть, в законности действий Державного синклита. Редкостная крамола в среде высших культовиков! Не иначе как рок развернул укротителя спиной ко мне — надо бить! А способ подсказал он сам — донос. Всадников «свс» еще не крушили. Богатая идея! В наэлектризованной обстановке повальной подозрительности достаточно воспроизвести мой конфликт с этим чванливцем — и ему конец. Не на подводные тяготы — на пепел потянет вылезшая из него крамола!..
Вот только в каком виде ее преподнести? «Свс» здесь не подойдут: Поводырь покажет ему бумажку, и этот казуист как-нибудь да вывернется, а я буду исчислен однозначно. Нет, тут требуется удар посмелее…
Нужно самолично доложить Поводырю об отступничестве его опорного сподвижника! Доложить, а когда он воскликнет: «Не может быть!» — включить вот эту запись…»
Реве Шш извлек из сейфа-тайника маленький диск, на котором была запечатлена еретическая речь, полюбовался на него, руладно всхлипывая, и похвалил себя за давнюю привычку незаметно включать звукописец при появлении любого визитера. Потом вставил диск в миниатюрный воспроизводитель, аккуратно положил драгоценность в нагрудный карман и вызвал через пульт воздухоплав, намереваясь отправиться в Державный синклит и просить Поводыря об экстренной аудиенции.
30
Карликовая Айсебия совсем оглохла от рева боевых космолетов, круглыми сутками, с интервалом всего-то в десять минут, стартовавших с разных космодромов планеты. Две недели и еще семнадцать часов вглядывались жители в хвостатое пламя, уносящее в неизвестность громадные транспорты, битком набитые солдатней — чьими-то мужьями, сыновьями и даже дочерьми: маленькой нации не дано роскоши пробавляться в большой войне одними мужчинами.
Изошедший в безысходных рыданиях шар-малютка, будь у него руки, заламывал бы их в отчаянии: уж сколько провалилось этих безумных посягательств на соседа-исполина, варварски разреживавших и без того негустую нацию. Уходили десятилетия, чтобы заросли кровоточащие прогалины… И хотя официально об агрессии не было сообщено ни словечка, все понимали, что это она, очередная: не маневров же ради выкашивала айсебов тотальная мобилизация.
31
А через те самые две недели и семнадцать часов на трафальерский курс лег последний тяжелый космолет, неся на борту диктатора, почти все Каре, кадровую воинскую часть и, конечно же, несметную личную охрану.
Произошло это только после того, как диктатору расшифровали первые депеши, полученные от командиров шести космолетов, севших в различные — попарно противоположные — точки шара-гиганта.
Главное, что диктатор выхватывал из донесений прежде всего, сводилось к следующему: посадки прошли без малейшего противодействия со стороны противника, более того — не замечено даже каких-либо приготовлений к отражению нападения; судя по беглым впечатлениям, планета живет сугубо внутренними устремлениями.