Туманы Эвернесса

Райт Джон К.

Кощей быстро встал в восьмую позицию и своим белым мечом сделал очередной выпад вперед и вниз. Невероятно длинные руки и ноги давали ему возможность держать смертного соперника на расстоянии, но Пендрагон заметил, что монстр нападает и защищается слегка медленнее. Пендрагон не стал парировать удар, но прыгнул в сторону, отбежал в сторону, и, заметив, что Кощей вытянулся в полный рост, попытался ударить его сбоку. Кощей успел повернуться и парировал удар, попытался ударить Пендрагона в спину и промазал.

Пендрагон

находился на самом краю газового облака, дым утончился, превратился в клочья темного тумана. У него было только одно мгновение, чтобы занять правильную стойку; в следующее Кощей, разгоняя облако тумана, уже обрушился на него, тонкий белый меч со свистом ударял со всех сторон.

Ворон тоже заметил, что облако газа редеет и спросил себя, почему это происходит в замкнутом коридоре. Солдат, находившийся рядом с ним, заметил две сошедшиеся в смертельном танце темные фигуры и поднял винтовку.

Ворон коснулся рукой плеча человека, и слабый электрической разряд парализовал мышцы руки. Винтовка выпала прежде, чем солдат успел выстрелить. Другой рукой Ворон щелкнул пальцами около уха юноши и подхватил его, когда тот начал падать.

Из дыма выскочило еще несколько солдат, но они не могли стрелять в Пендрагона по той же причине, по которой Ворон не мог бросить молнию в Кощея: соперники были слишком близко один к другому.

Ворон и солдаты стояли и с восхищением глядели на бой.

Пендрагон и Кощей с невероятной скоростью прыгали вперед и назад, белый и золотой клинок звенели, Пендрагон нападал, колол, изворачивался, Кощей раздувался и щелкал, как сорванный парус на ветру.

Мечи опять столкнулись друг с другом и на мгновение замерли, соперники сжали покрепче рукоятки, меряясь силой. Кощей распух, уперся в потолок короной, и пересилил; Пендрагон упал на колено, клинок остался высоко головой.

— Дурак! — прошипел Кощей холодным голосом. — Когда твоя Справедливость могла победить мою Жалость?

Пендрагон выпустил меч из рук. Кощей, потеряв равновесие, стал падать на пустую руку Пендрагона. Но Пендрагон уже опять сомкнул пальцы, золотой завиток сверкнул в его ладони, меч прыгнул с пола, лезвием вверх, и вонзился между двумя костями нагрудных лат Кощея, прошел через грудь и вышел из спины. Кощей оказался над Пендрагоном, насаженный на клинок.

Кощей улыбнулся, и в его глазницах вспыхнула мрачная радость.

— Я никогда не храню сердце в теле, и никакая Справедливость не в состоянии коснуться меня.

Он поднял белый клинок и ударил в грудь Пендрагона.

Из-за двери донеслись громкие отчетливые слова:

— …для того чтобы найти Антона Пендрагона и его союзников-террористов, мы приказываем приостановить действие гражданских прав на время чрезвычайного положения. Полиция может арестовать любого без всякого ордера на арест и проводить тайные обыски там, где она считает нужным. Из-за

опасного оружия, попавшего в руки террористов, право на обладание огнестрельным оружием, которое наше правительство даровало лояльным гражданам в самом начале этой республики, аннулируется. Нелояльные речи и публикации также запрещаются до тех пор, пока беспорядки, спровоцированные террористами, не прекратятся…

Ворон услышал, как звонкий голос Венди прилетел откуда-то сверху.

— Это все неправда! Да он просто большой лжец.

Ворон повернулся, и увидел, что дверь, которую сторожил Кощей, открыта, и облако газа исчезает за ней, рассеиваясь в большом пространстве. Венди слетела сверху, распахнула дверь и влетела внутрь.

Послышались удивленные возгласы, потом взрывы смеха.

Пендрагон медленно выпрямился.

— Это сражение бессмысленно, Кощей. — И он начал вытаскивать белый тонкий клинок из своей груди. — Ты обманул меня, заставив подумать, что я должен сражаться. Но я думаю, что твое оружие может ранить только тех, кто разрешает Жалости победить Справедливость. И это не я. — Когда он полностью вынул меч из своего тела, то не осталось раны, и не потекла кровь.

Пендрагон рассмеялся саркастическим смехом, и клинок, которому не могли повредить никакие удары и никакая сила, задрожал и разлетелся на куски.

Кощей отлетел назад, став паукообразной тенью в уголке высокого потолка.

— Смейся, смейся, смертный. Все человеческие дела когда-нибудь да кончаются. А я всегда буду вооружен. Ты сломал один мой меч, но у меня есть тысячи предателей твоей расы, стремящиеся изо всех сил выковать для меня новый. Да, ты изгнал меня, но я не прощаюсь. Пока зависть жива, мое бессмертное зло не может умереть. — И он молча испарился.

Из зала заседаний Сената послышался голос Уэнтворта.

— Эй, кто-нибудь! Застрелите эту летающую девушку!

Солдаты окружили Пендрагона.

— Вы арестованы, сэр, — сказал один из них, совсем еще молодой.

— Арестован я или нет, но в этот зал я войду, — твердым голосом сказал Пендрагон и пошел вперед.

— Стой! — крикнул другой солдат, прыгнул вперед, загораживая Пендрагону дорогу, и поднял винтовку.

Пендрагон холодно поглядел на него.

— Солдат, ты знаешь, кто я такой?

— Но… нет.

— Ты должен прочитать его документы, — сказал первый солдат. — Это Антон Пендрагон.

— Владелец газеты… — добавил третий.

— Обладатель Нобелевской премии по физике за этот год, и за прошлый… — сказал первый.

Пендрагон посмотрел на того, кто говорил.

— Сынок, ты хочешь принять на себя ответственность за мою смерть?

— О…

— Вы все можете окружить меня и говорить всем, что я арестован; но я войду в этот зал!

И когда он пошел вперед никто его не остановил, почему-то.