Туманность Ориона
Шрифт:
— Не наш?
— Ну да…
Интересно, какое у нее представление об истории? Помнит ли, что данная планета не являлась родиной ее далеких предков?
— Оттуда я… — Вадим ступил на скользкую дорожку полунамеков, неопределенным жестом указав на небо.
Она покачала головой.
— Оттуда? — явно передразнивая его интонации, переспросила она. — Оттуда приходят только Фаги!..
— Кто такие Фаги?
Старуха нервно усмехнулась.
— Ты их убивал.
— Эти… черные?
— Да.
У Вадима на языке уже крутилось слово «машина», но он воздержался от комментариев. Так, по зернышку, может, и наберется толковая информация.
Пока он размышлял, искоса поглядывая на свою нечаянную спутницу, та, видимо, пришла к какому-то определенному решению.
— Ты позволишь… осмотреть тебя? — без всяких дипломатических предисловий, лишь запнувшись на середине фразы, осведомилась она.
Вадим размышлял недолго. Он встал, развел руками.
— Давай.
Старуха приблизилась к нему очень медленно, словно Вадим действительно являл собой невиданную, богомерзкую тварь. От его внимания не укрылось, что кончики ее пальцев дрожали, когда рука тянулась к его груди. И еще: чуть выше запястья, сразу за полоской серебряного браслета, на тыльной стороне руки в складках морщинистой, дряблой кожи пряталась ровная продолговатая крышечка телесного цвета.
Его подозрения относительно биологической природы старухи вспыхнули с новой силой, но отступать было поздно — дрожащие пальцы уже коснулись его груди, женщина замерла, прикрыв глаза…
Вадим покосился на руку, которая за несколько часов до этого сбросила с пальцев смертельный для машины энергетический шар. Ощущения от такой мысли не стали приятнее.
Старуха открыла глаза. Отняв руку, она отступила на шаг, смерила Вадима внимательным взглядом и признала:
— Ты действительно не наш. Но ты — Его творение, иначе не выжил бы тут ни минуты.
Вадим не стал переигрывать.
— Его? Кто это?
— Он.
— Мне ничего не говорит этот термин. Кто ОН? Где ОН?
Старуха посмотрела на Полуэктова, не скрывая своей заинтересованности подобным невежеством.
— Владыка душ. Отец всего сущего. Он над нами. — Ее глаза указали на небо. — Мы смотрим на него, но не всегда способны увидеть.
Вадим проследил за ее взглядом, но действительно не увидел ничего, кроме раскаленной лазури небес, горячечного пятнышка ослепительного солнца да смутной, едва различимой при дневном свете красноватой тени газового гиганта, вокруг которого обращалась данная планета.
Скорее всего речь шла о боге.
Если это так, то имеет место чрезвычайно сильная деградация технических знаний. Колония явно регрессировала, утратив не только технологии, но и представление о космосе.
— Ты мне расскажешь, кто такие
Она ответила ему таким же долгим, пристальным взглядом.
— Я мало что сама знаю о них… — наконец произнесла женщина.
— Но там, откуда я пришел, о них не слышали вообще.
— Откуда ты пришел? — мгновенно отреагировала она вопросом на вопрос.
— Издалека… Из-за океана.
Женщина недоверчиво покачала головой.
— Я не знаю иных поселений людей, кроме Скального Замка.
Вадим пожал плечами, доставая новую сигарету. Страшно хотелось есть… Между прочим, впервые после своего пробуждения на «Альфе» он испытывал нормальный человеческий голод. Да и тему разговора пора было менять — нахрапом он и так выдавил из старухи достаточно информации, дальше следовало быть более тактичным, — без взаимного доверия явно не обойдешься.
— Ладно, мать… — Он привстал, подбирая рюкзак с выдранными из машины блоками и автомат. — Я отдохнул. Кем бы ни были эти твои Фаги, но нам следует убраться от них подальше, верно? Или у тебя другие планы?
О корабле он решил пока что не упоминать.
Старуха размышляла несколько секунд, а потом ответила:
— Нет. С твоей помощью мне удалось сделать больше, чем я надеялась. У нас уже давно не было такой победы. Теперь мне нужно срочно попасть в Храм.
Вадим не стал задавать идиотских вопросов, типа «Что такое Храм?», а пожал плечами и односложно осведомился:
— Далеко?
Она огляделась. Долго смотрела на небо, потом повернулась к горизонту и наконец произнесла:
— Нет. Думаю, что скоро будет поворот. Ты шел в правильном направлении.
Вадим кивнул, собирая свои немногочисленные пожитки.
— Откуда ты взял такой странный имплант? — спросила его старуха, кивком указав на автомат.
— Это оружие. Он не вживляемый.
Она недоверчиво покачала головой, но ничего не сказала. Закутавшись в свою хламиду, женщина пошла вперед, указывая дорогу.
Вадим молча последовал за ней. Теперь, когда не нужно было сосредоточиваться на ритме шагов, он смог осмотреться.
Лес еще ночью показался ему странным. Сейчас это ощущение только усилилось. Образующие чащобу псевдодеревья с кручеными стволами и редкими мясистыми листьями переплетались между собой, создавая непроходимую стену.
Он то и дело поглядывал в сторону молчаливых зарослей, пытаясь понять, что так сильно тревожит его? Мало ли что странный… каких только экзобиологических зон не существовало на колонизированных мирах, пора бы привыкнуть к разнообразию растительных и животных форм Вселенной.