Трудные дети
Шрифт:
– Не надо! Марат, не надо! Съем я все! Черт бы тебя...Слышь!
Мне казалось, что я пытаюсь сдвинуть стену. Вдарила ему между лопаток - вроде бы сильно, но все равно ноль эмоций. Наконец, Марат, тяжело дыша, развернулся ко мне и вопросительно уставился.
– Давай сюда, - рявкнула я, сразу же забирая у него из рук тарелку. Он мог посопротивляться, но безропотно подчинился, так что я, ожидая отпора и не встречая его, слегка отлетела назад.
– Вилка где?
– Держи.
Я за пару минут все доела, облизала вилку, пальцы и отдала тарелку парню.
– Доволен?
Марат невозмутимо открыл крышку вонючей мази.
– Ты зачем ее открыл?
– сморщив нос, я подозрительно отползла назад, таща за собой одеяло.
– Она воняет.
– Зато помогает. Иди сюда.
– Я не хочу.
– Я не спрашиваю, хочешь ты или не хочешь, - неторопливо растягивая слова, объяснял Марат.
– Я зову тебя сюда. Мне надо посмотреть.
– Че тебе посмотреть? Чувырлу свою рассматривай.
– Ты ничему не учишься, - он печально покачал головой и поерзал на кровати, устраиваясь поудобнее.
– Как пробка. В тебя вбиваешь, вбиваешь, а толку - ноль.
– Плохо вбиваешь, значит, - съязвила я в ответ, тут же прикусив язык. Расслабилась. Привыкла, что он многое спускает, даже заботится - на свой лад, конечно, но все равно. Он вполне мог меня сейчас ударить, но не ударил. Второй раз наступать на те же грабли я не планировала.
– Ладно, забей. Вот.
Марат уложился за десять минут, смазав все синяки. Переворачивал, то на спину, то на живот. Делал все быстро, стараясь лишний раз не притрагиваться. Да мне и тогда без разницы было. Стеснительность - качество, насаждаемое обществом. А общество всегда переходит все границы, превращая стеснительность в ханжество. Ни первым, ни вторым я не обладала.
Дождавшись, когда Марат смажет мне последнюю боевую рану, я накрылась одеялом с головой и отвернулась к стенке. Я усвоила урок. Не трогать его Оксану? Да ради бога! Подумаешь, какая важность!
Зачем это Марату? Это уже другой вопрос, который интересовал меня в последнюю очередь.
***
Оксана в этом доме появилась через пару недель - загорелая, в модном полосатом коротком платье и широкой соломенной шляпке. Увидев меня, она застыла испуганной антилопой, выпучилась и начала оглядываться в поисках Марата.
– Здрасьте, - решила выполнить я долг вежливости, который требовал от меня мой тюремщик.
Она зябко вздрогнула и сжала шляпку в руках.
– Эээ...здравствуй, Саша. Марат дома?
– Угу. В толчке сидит.
– Кхм...эм...ясно. А как у тебя дела?
– Нормально у меня дела.
– А я подарки привезла, - излишне бодро и неестественно заулыбалась Оксана.
– И тебе тоже.
Я заинтересованно подняла брови и склонила голову набок. Подарки - это хорошо.
– Крутяк. Че привезла?
Она начала рыться в сумке, вытаскивая мешающиеся подарочные коробки.
– Вот.
Ракушка. Большая, рельефная и лакированная. Я повертела ее в руках и отложила в сторону.
– Прикольно.
– Тебе не понравилось?
– разочарованно спросила Оксана.
Как раз вовремя вышел Марат, полотенцем вытирая мокрые щеки. Мы с Оксаной обе облегченно выдохнули, радуясь каждая своему. Она - что не придется вести мучительный диалог. Я - что не нужно строить из себя ангела. И ракушка эта еще...
– Марат!
– она кинулась к нему, как к спасателю, и вцепилась клещом. Парень сразу на меня уставился, зло, взглядом спрашивая, что я еще натворила.
А что я? Сказали быть вежливой? Я была. Сказали относиться так же, как и к нему? Я относилась. Никаких претензий.
Марат свою кралю поспешно увел, оставив меня в зале. Я погромче телек включила, чтобы их не слышать, и начала смотреть сериал по второму каналу. Все интересней.
Оксана через час попрощалась и укатила домой, снова оставив нас наедине.
– Я ей ниче не говорила, - заранее предупредила я все претензии чурки.
– Даже поздоровалась.
– Она сказала, - он устало опустился в кресло и вытянул ноги.
– Что с подарком?
– Че? Вот, ракушку мне дала. Забери себе, - я бесцеремонно ее кинула через всю комнату, прямо на колени парню. И даже не промахнулась. Хотя меня слабо волновала судьба подарка.
Марат повертел сувенир в руках.
– Зачем ты так? Это подарок.
– Тупой подарок. Мне эту ракушку в задницу запихать?
– Со словами поаккуратнее.
– А че я сказала? Я все правильно сказала. Она мне нафиг не нужна. Подарок должен быть нужным.
– Это память. Сувенир. Он не должен быть нужным.
– Тогда какой в нем смысл? Вещи должны быть полезными. Иначе зачем они?
Марат закусил нижнюю губу, повертел в руках ракушку и решительно поднялся. Переложил сувенир на полку серванта и отошел чуть в сторону, рассматривая результат своих трудов.
– Пусть лежит здесь. Смотрится вроде.