Трудности перевода

Кошкина Татьяна

– Почему ты не отказался? Я начала переживать за твою адекватность, когда ты за пять минут сожрал всю тарелку.

– Не мог же я ударить в грязь лицом перед, - чуть не ляпнул “тобой”, но вовремя исправился, - будущим бизнес-партнером.

– Имидж ничто - гастрит всё?
– не в тему хихикнула Ира. Странно, здесь на острове она казалась какой-то другой. Свободной, что ли? Как будто стекло, отгораживающее её от мира приоткрывалось. Режим сумасшедшей волчицы, охраняющей свое логово, куда-то исчез.

–

Примерно, - согласился он и закрыл глаза. Голова становилась тяжелой, как огромный чугунок с этим ужасным рисом.

– Тебе плохо?
– испуганный голос и снова прохладная ладонь прикасается ко лбу.

– Я в порядке, засыпаю, - ответил, не открывая глаз. Боль постепенно переходила из разряда острой в противную ноющую.
– Иди спать. Завтра напряженный день.

– Хорошо, - послушно согласился голос, рука со лба исчезла. Через несколько секунд матрас промялся с другой стороны.

– Что ты делаешь?
– от удивления Олег открыл глаза, но не обернулся.

– Ложусь спать, - лаконично ответила женщина.
– Ты же не думаешь, что я оставлю тебя одного в таком состоянии?

Если он о чем-то сейчас и думал, так это о своем разыгравшемся воображении. Даже полностью разбитый, Олег поймал себя на мысли, что готов перевернуться на другой бок, обнять эту излишне заботливую садистку и не отпускать всю ночь. Возможно, не только обнять…

Главное, не оборачиваться.

Глава 13

– Ай!
– единственное из цензурного пришло ему в голову, когда в очередной раз за ночь острое колено врезалось в спину. Он их прикрывать салфеткой хотел? Сточить напильником ко всем чертям. Усмехнулся собственным мыслям, поморщился от болезненного жжения в желудке и бросил быстрый взгляд на часы. Четыре утра.
– Ай! Она там что, марафон бежит?

Обернулся. Ирина, действительно, спала беспокойно, то и дело отбивалась от одеяла и почему-то хмурилась во сне. Испуганная и беззащитная. На долю секунды в голову проникла идея обнять, успокоить и уснуть так еще на несколько часов, но инстинкт самосохранения быстренько её выгнал со своей территории.

Спящая бегунья была с дизертирством не согласна и, пнув его еще несколько раз (едва успел прикрыть самое ценное), перкатилась под бок, уткнулась лицом в грудь и засопела. Сладкий запах духов смешался с потом, в волосах застрял аромат пряностей из ресторана. Олег, стараясь не дышать слишком глубоко, провел по ним ладонью. Мягкие, они приятно щекотали кожу.

– Спи, садистка, - чуть слышно прошептал мужчина и обнял.Сможет ли он защитить её от ночных тревог? Кто знает, вдруг получится.

***

Ирине было жарко, просто ужасно. Хотелось пить и выбраться, наконец, из-под этого одеяла. Неужели, у нее температура? Поморщилась и открыла глаза. Жарко было не от одеяла, а от одной огромной лапищи, лежащей на

талии. Ладонь этого орангутанга же удобно устроилась на её пятой точке. Платье за ночь собралось на талии, открывая всё, что обычно скрыто. Главное, так по-хозяйски положил, гад!

– Твою ж!
– выругалась она без цензуры и скинула его руку с себя. Олег вздрогнул и открыл глаза.
– Что ты себе позволяешь, Шилов?
– возмущение вскипело.

– Ты о чем?
– не понял мужчина.

– Какого черта твоя рука делала на моей заднице?
– Ирина буквально спрыгнула с кровати, на ходу поправляя платье. Мужчина усмехнулся, он ночью итак прекрасно все рассмотрел. Белье было красивое, черное с соблазнительными кружавчиками. Тонкие чулки порадовали отдельно. Думая о них, даже ругаться с ней не хотелось.
– Ты даже во сне извращенец.

– Красивая попа, чего б не положить, - он приподнялся на подушке и поморщился от боли. Желудок все еще давал о себе знать, лучше бы не просыпался, честное слово. Хотя, краска, залившая лицо Ирины поднимала настроение даже больше, чем чулки.
– Сама прикатилась ко мне. Колобок-колобок, я тебя съем, - съехидничал Олег, поднимаясь с кровати.
– Да что б тебя!
– забытое ведро с грохотом упало на пол. Слава богу, ночью не пригодилось.

– Карма, - довольно хмылкнула Ирина. Кажется, оттаяла.
– Не вздумай ничего есть, я сейчас закажу для тебя бульон и манную кашу.

– Только не манка, - поморщился человек, ненавидящий это блюдо с детства.

– Что сказала, то и съешь, - непреклонность дамочки в мятом платье больше забавляла, чем пугала. Спящая Ирина была намного приятнее в общении, однозначно. Она напряженно подняла губы, явно ожидая сопротивления, но его не последовало. Олег стоял с пустым ведром в руках и молча на неё смотрел.

– Еще инструкции будут, медсестричка в кружевном белье?
– мужчина не выдержал тишины первым.

– Нет, - развернулась на каблуках и прошествовала к выходу с видом оскорбленной невинности.

– Ира, - не удержался напоследок от укола, - ты просто монстр в постели!

Едва успел увернуться от летящей в его сторону пепельницы. Та, к счастью, оказалась крепкой и не разбилась, чего нельзя сказать о вазе на прикроватной тумбочке - ей не повезло. Страйк!

Дверь закрылась. Снова открылась. Раздраженная женщина с пылающими щеками вошла внутрь, взяла туфли и хлопнула дверью с удвоенной силой.

***

“Если женщина с пустым ведром - к проблемам, то мужик с пустым ведром утром - явно к апокалипсису”, - эта невменяемая мысль увлеченно крутилась в голове, пока она смывала с себя его руки. Да, именно так. Хотелось отмыться от этого тепла, собственнических объятий и запаха одеколона. Она чувствовала его даже избавившись от платья. Это злило. Ирина остервенело терла себя мочалкой, аж кожа покраснела, но он прилип, как банный лист.