Труба Иерихона
Шрифт:
В зависимости от партийной принадлежности газеты выставляли события вчерашнего дня в соответствии со своей табелью о рангах. Потому вчерашнее побоище на кладбище в одной заняло всю первую страницу, а в другой, не менее влиятельной, оказалось мелким шрифтом на последней, почему-то среди таких важных событий, как и с какой ноги знаменитый Кукакио забил свой шестой за сезон мяч и в каком сете Укакилис выиграла на тай-бреке.
Несмотря на все различия партий, газеты одинаково поливали друг друга грязью, выплескивали ушаты помоев на вожаков других организаций, клеймили судей, правительство, мафию, коррупцию,
Это я даже не просматривал, достаточно ухватить взглядом заголовки. Середина газет заполнена рассуждениями о валютных курсах, долгосрочными прогнозами, а также объяснениями, почему все их предыдущие прогнозы – самые точные в мире! – не сбылись в такой непредсказуемой стране, как Россия. Вообще слово «непредсказуемый» повторялось везде через строку. Чаще всего туманно и многозначительно намекали на непредсказуемые последствия, но доставалось и непредсказуемому президенту, и непредсказуемой Госдуме, и непредсказуемому русскому народу, словно обозреватели в самом деле пытались навязать дикую мысль, что предсказуемость – это хорошо!
В двух-трех патриотических газетах осторожно намекали, что все беды России – от рук жидов. А также масонов, что тоже жиды. И что хорошо бы всех жидов, кавказцев и коммунистов – в Москву-реку, а взамен поставить правительство из истинно православных, богобоязненных, что уважают Святую матушку-Русь и Христа Спасителя, истинно русского человека. Печатались отклики с мест, где тоже ругали жидов и коммунистов, а кроме того, доставалось всем, кто не патриот, что значило – не истинно православный, крещеный и постоянно целующий руку попу.
Но все же основная масса прессы посвящена перемыванию костей либо членам правительства, либо кинозвездам, либо эстрадным поп-крикунам. Когда мыли кости правительству, это называлось «из неофициальных источников», а когда фотомоделям и каскадерам – это шло как «новости культуры». Почти треть газетной и журнальной площади, естественно, отдана рекламе. Кроме импортных товаров, рекламировались и свои герои: экстрасенсы, бабки-ясновидицы, ясные прорицательницы, деревенские хилеры, шаманы и прочие чудотворцы, что обещали вылечить от сглаза, порчи, приворота и всяких разных стрессов.
Замечал я и прекрасно построенные, с тщательно выверенными фразами рекламы об открытии новейших гуманитарных университетов. Там приглашенные из-за границы преподаватели… приглашенные из лучших университетов мира!.. будут преподавать основы новейшего мировоззрения, которым руководствуется в жизни все цивилизованное человечество. При одном взгляде я чувствовал, в каких творческих муках рождалась каждая буква подобных объявлений, как тщательно выверяли каждый штришок высокооплачиваемые художники, психологи, дизайнеры и под какой высокой эгидой работают подобные конторы…
Важному сообщению, что в Эль-Рияде на съезде исламских фундаменталистов произошел раскол, в результате которого образовалась еще одна малочисленная группка, хоть и наиболее радикальная, уделила внимание только одна газета. Да и то – на самой последней странице, мелким шрифтом. Вот так сообщили бы газеты
Вообще во всех средствах информации меньше всего внимания уделялось именно движениям в исламе. Восемьдесят процентов заполнено снимками, статьями и интервью с дизайнерами одежды, макияжниками, рок-наркоманами, знатными гомосеками, которые сегодня есть, а завтра утром о них уже не вспомнят, а тех, кто уже меняет мир, не замечают. Исламский мир бурлит, то и дело возникают новые партии, движения, секты, почти религии. Одна другой радикальнее, одна другой круче, непримиримее. Реакция на проникновение гнилья в здоровый организм!
Две газеты с мест сообщили о голодовке врачей, которым три месяца не выплачивают зарплату. Похоже, эти голодовки уже вызывают смех у всех, кроме самих голодающих. Я, к примеру, когда заинтересовался лечебным голоданием, то проголодал пятнадцать дней, все это время ходил на службу, никто из коллег не замечал, что я не ем ни крошки, видели только, что худею сильно. Я отшучивался, на тренажерах, мол. Себя истязаю. А эти трое суток обходятся без еды – герои!..
Я заметил, что Володя всякий раз делает небольшой крюк, чтобы провезти меня мимо мечети. То ли как комплимент, это ж я жилы рвал, чтобы злой ислам оттеснил в России с первого места декоративное православие, то ли как упрек: смотри, что натворил!
Небо было затянуто грязно-серыми тучами. В одном месте образовался прорыв, грозно заискрился, словно пожар, оттуда упал узкий луч, ударил в гордо вознесенный полумесяц.
Блистающий свет сполз по шпилю, мечеть засверкала, даже Володя покачал головой. Заметил, значит. Мечеть выглядит чем-то средним между сказочным дворцом Гарун аль-Рашида и межзвездным кораблем загалактической цивилизации, странной и непонятной, с чуждыми нам законами красоты.
В мечеть вваливался народ толпами, но даже Володя не скажет, что это сплошные чурки и чучмеки.
Марина кисло улыбнулась, уже привыкла, что я в рубашке с расстегнутым чуть ли не до пупа воротом, а не в прилично-государственном костюмчике, что опаздываю, что выбиваюсь из всех привычных, узаконенных… кем-то и чем-то узаконенных норм.
Кречета еще нет, вернее – уже нет, но его команда горбатится дружно. Коган и Яузов соединили компы шнурком, перегоняют друг другу файлы. Видимо, эти заклятые друзья сейчас дружат против кого-то опасного…
– Это мы должны у них позаимствовать, – слышался быстрый говорок Когана. – И это… И это!.. Здесь у них преимущество, этот вариант предпочтительнее…
Они умолкли, уставились на меня блестящими от возбуждения глазами. Мне не понравился возбужденный вид Когана, я поинтересовался на всякий случай:
– А вы не задумывались, почему вдруг США так стремительно рванулись вперед, обогнав другие страны?
Коган ответил твердо, не задумываясь:
– Благодаря внедрению в сознание масс общечеловеческих ценностей!
Яузов морщился, ждал, когда я уйду. Ему явно не терпелось еще что-то позаимствовать у западного мира, но я побаивался, что вместе с заимствованием технологии скоростной сборки башни танков он может позаимствовать и образ мышления сборщиков.