Тропа Исполинов

Эльдемуров Феликс Петрович

– А как же... нет, это невозможно, никак невозможно... Как же наша святая вера? Попробуйте... ну, хотя бы взорвать или поджечь этот чертов дом издалека... Они успели вывести этих... как их?..

– Не успели, господин генерал!

– Слава Отцу-Создателю! Он слышит наши молитвы!..

– Господин генерал!
– и ещё один вестовой, появившись в дверях, торопливо, не переводя дух, сообщил:

– Войска Даурадеса начали штурм, господин генерал...

– А почему вы не называете меня "великий Олим"?
–

буркнул Ремас, не попадая пуговицами в петли.
– Или в мире что-то поменялось, и солнце и впрямь пошло по небу в другую сторону?

– Прости меня, о великий Олим!
– повалился на колени балахонщик. Второй вестовой снисходительно посмотрел на него сверху вниз. Он был келлангийцем.

– После дурацкой гибели генерала Хорбена... мир праху его, до вознесётся его пепел к небесам... исполнять его работу... Помогите надеть кирасу, вы, мерзавцы!

– Наросло сало на боках, - морщился он, с трудом натягивая тяжёлый кирасирский панцырь.

– Разрешите, господин генерал?
– и в комнате, улыбаясь обычной зубастенькой улыбкой, возник капитан Деннес.
– О, я гляжу, вы уже на ногах! Весёленькое утро, не правда ли?

– Вы... распорядитесь там, насчет отражения атаки Даурадеса, ох!

– Всё уже сделано, господин генерал. Вы можете не спешить и спокойно приступить к командованию своим ополчением.

– А эти мерзавцы, что захватили дом на площади?

– И там всё сделано как надо.

– Что сделано? Что - как надо? Я вас спрашиваю, потому что именно вашим солдатам была поручена охрана дома! Вы...

– Прошу меня выслушать. Они захватили дом и полагают, что легко сумеют продержаться в нём до прихода своих...

– И они что, сумеют продержаться?

– Не спешите. Пускай они сидят в этой бывшей психушке хоть до конца света. Для них он наступит гораздо скорее, чем они полагают... Всё дело в том, что тагркосский карабин бьет на сравнительно близкое расстояние...

– Не читайте мне лекций. Вы что-нибудь придумали?

– А что тут думать? Одна из улиц, ведущих к площади, так называемая Лошадиная улица - некогда там помещались конюшни... Так вот. Она очень прямая, эта улица. И если у нас в запасе есть хотя бы одна небольшая пушечка, а там их у нас целых три... они достаточно дальнобойные... тогда мы, находясь в полной недосягаемости для их пуль, и прямо у них на виду - можем вполне спокойно дать... хотя бы один-два залпа. От дома и ваших заложников останется чёрная пыль, господин генерал!

– Тогда, инта каммарас, почему вы медлите?

– А куда нам спешить, господин генерал?

Глава 25 - Штурм Коугчара

Собери армию, что будет в тысячу раз превосходить армию противника. Вооружи солдат с ног до головы и дай боевые машины. Обучи их пользоваться всем этим с несравненным в мире искусством... Но помни: ничто не поможет тебе, если не будет силы духа в сердцах

твоих воинов и силы духа в твоем собственном сердце.

Из поучений Корвина-Завоевателя

1

Чаттарские драгуны Гриоса, числом около пятиста сабель, занимали позицию в широкой низине, прикрытой пологим холмом. Ночь уходила, утро наплывало туманной моросью. Ночная буря сменилась странным тяжёлым затишьем. Чаттарцы удерживали переступающих с ноги на ногу, озябших в степи коней. Костров разводить не разрешалось. Иногда чья-нибудь полупустая фляга одиноко ходила по рядам нетерпеливо ожидавших сигнала всадников.

– Туманно как, дядя Гриос, - шепнул один из молодых.

Гриос холодно кивнул, не выпуская из зубов трубки. Северо-восточный ветер, набирающий силы утренний Бальмгрим дул им в лицо. Можно было не опасаться, что келлангийцы учуют запах табачного дыма.

– Как бы нам, в тумане, на кого-нибудь того... не напороться.

– На кого?
– буркнул Гриос. Перед ним как во сне маячили нелюбимая жена, двое младших ребят, как точно знал он - не его... И - Айхо, его душа, его птичка, его последняя в жизни надежда и утешение. Почему Даурадес напомнил об этом?

– Ну... на противника, - недоумевающе объяснил драгун.

– Что... на противника?

– Ну, не напороться бы в тумане!

– На своих бы сдуру не нарваться... Великий Огм, бог Разума, да пребудет с нами...

– Скажи, дядя Гриос, как по-твоему, сегодня у нас... получится?

– Наша задача - первыми завязать бой. Отвлечь внимание. По возможности - первыми ворваться в город и освободить заложников. И всё.

– Что, забоялся, малец?
– ехидно спросили из рядов.

– Да нет... Просто... надоело это. А в Чат-Таре у меня мама.

– Путь в Чат-Тар лежит через Тагр-Косс, - проговорил Гриос.
– Вот что. Передайте по рядам. Отвоюем Тагр-Косс - возьмёмся и за Чат-Тар. Там, за стенами Коугчара, затаились те, кто расправлялся с нашими семьями, жёг наши дома, глумился над могилами наших родных и близких. Неужели в нас не закипит гнев к тем, кого презирают сами тагры? Наши друзья дали нам в руки оружие. О какой слабости или трусости может идти речь?

Молодой драгун примолк и лишь время от времени беззвучно шевелил губами, то ли разговаривая сам с собой, то ли вознося молитву.

– Мало ли!
– разоткровенничался другой голос.
– У меня в селении - жена. Скоро восемь месяцев, как брюхата. Хорошо б успеть... Скажи-ка, Гриос, это правда, что когда жена рожает, мужа из дома выставляют взашей? Почему?

– Потому что, - отвечал Гриос.
– Говорят, что в эти часы кроют бабы, самыми последними словами нас, дураков...

Варрачуке нервно вздрогнула и переступила ногами. Тихий, но отчетливо слышный даже в тумане, ясный сигнал трубы донесся из тагркосского лагеря.