Троецарствие

Гуаньчжун Ло

Гуань Юй соскочил на землю, отрубил голову врага, повесил ее на шею своего коня и снова вскочил в седло. Все это произошло как будто в безлюдном месте.

Хэбэйские воины впали в смятение. Воспользовавшись этим, Цао Цао ударил на них. Убитых невозможно было счесть. В руки Цао Цао попало множество коней и оружия.

Гуань Юй поднялся на холм и положил перед Цао Цао голову Янь Ляна. Военачальники были в восторге.

– Да это же чудо-герой! – восклицал Цао Цао.

– Ну что я такого сделал, о чем стоило бы говорить? – удивился

Гуань Юй. – Вот мой младший брат Чжан Фэй перед стотысячной армией отрубил голову одному военачальнику так быстро и легко, словно полез в свой мешок и что-то вынул оттуда!

– Если придется встретиться с Чжан Фэем, будьте осторожны! – предупредил окружающих Цао Цао и, чтобы не забывать об этом, велел им сделать метку на своих одеждах.

Тем временем воины, бежавшие в страхе из разбитой армии Янь Ляна, встретили по пути Юань Шао и рассказали ему о поражении, которое нанес им воин с красным лицом и длинной бородой, ворвавшийся в строй и убивший Янь Ляна.

– Кто бы это мог быть? – встревожился Юань Шао.

– Несомненно, Гуань Юй, младший брат Лю Бэя! – уверенно сказал Цзюй Шоу.

Юань Шао, задыхаясь от гнева и тыча пальцем на Лю Бэя, кричал:

– Я казню тебя! Твой брат убил моего любимого военачальника! Ты его сообщник, это мне ясно!

Юань Шао позвал палача, чтобы тот увел и обезглавил Лю Бэя.

Вот уж поистине:

Сперва, как гость, он был у нас в почете,Сейчас злодей – стоит на эшафоте.

О дальнейшей судьбе Лю Бэя вы узнаете из следующей главы.

Глава двадцать шестая,

из которой читатель узнает о том, как Юань Шао потерпел поражение, и о том, как Гуань Юй возвратил дары

– Князь, вы выслушали только одну сторону и уже готовы порвать дружбу прежних дней, – спокойно произнес Лю Бэй, когда Юань Шао приказал казнить его. – После сюйчжоуского поражения я не знаю, остался ли в живых мой брат Гуань Юй. Ведь в Поднебесной много похожих друг на друга людей. Почему вы не проверите? Неужто вы думаете, что краснолицым и длиннобородым может быть только Гуань Юй?

Будучи человеком неустойчивым, Юань Шао тут же принялся укорять Цзюй Шоу:

– Я послушался тебя и едва не убил невинного!

Обратившись к Лю Бэю, он попросил его войти в шатер, чтобы обсудить, как отомстить за смерть Янь Ляна.

– Могу ли я позволить другому мстить за Янь Ляна? – послышался суровый голос одного из воинов, стоявших у шатра. – Он был мне близок, словно брат…

Эти слова принадлежали знаменитому хэбэйскому военачальнику Вэнь Чоу.

– Кто же лучше вас сможет это сделать? – поспешно поддержал его Юань Шао, весьма обрадованный. – Я сам со стотысячной армией перейду Хуанхэ и нападу на злодея Цао Цао.

– Не делайте этого! – предостерег его Цзюй Шоу. – Ныне необходимо удерживать

Яньцзинь и отрядить войско в Гуаньду. А переправитесь вы через реку да случись там что-либо – никому назад не вернуться.

– Такие, как ты, всегда медлят, затягивают войны на месяцы и чинят препятствия великому делу! – напустился на него разгневанный Юань Шао. – Тебе разве не известно, что в войне самое главное – быстрота?

– Неукротима река Хуанхэ! Стремительная в верховьях своих, она сокрушает все в нижнем течении. Нам ли перейти через нее? – вздохнул Цзюй Шоу и с тех пор не появлялся больше на военных советах, ссылаясь на недуг.

А Лю Бэй сказал Юань Шао:

– Я столько милостей получил от вас, что не знаю, как и отблагодарить. Мне хотелось бы отправиться вместе с Вэнь Чоу, чтобы хоть чем-нибудь отплатить вам за добро и, кроме того, узнать правду о Гуань Юйе.

Юань Шао охотно разрешил ему вместе с Вэнь Чоу вести передовой отряд, но Вэнь Чоу запротестовал:

– Лю Бэй – битый военачальник, доверием воинов он не пользуется. Коль скоро мой господин желает, чтобы и он шел, я выделю ему тридцать тысяч воинов, и пусть двигается за мной.

Цао Цао после победы Гуань Юйя над Янь Ляном проникся к герою еще большим уважением. Он испросил у императора для Гуань Юйя титул Ханьшоутинского хоу. Для него была отлита печать.

Как только Цао Цао стало известно, что Юань Шао намерен переправиться через Хуанхэ, а Вэнь Чоу уже занял переправу у Яньцзиня, он прежде всего распорядился переселить местных жителей в Сихэ. Затем он повел свое войско навстречу врагу, причем провиант был отправлен вперед, а войско шло позади.

– Какой смысл в таком построении? – спросил Люй Цянь.

– Провиант часто грабят, и я послал его вперед, – объяснил Цао Цао.

– Ну а если враг захватит обоз? – спросил Люй Цянь.

– Подождем врага, а там видно будет.

Так Люй Цяню и не удалось разрешить своих сомнений. А Цао Цао велел обозу двигаться к Яньцзиню. Вскоре прискакал гонец:

– Как быть? Подошел Вэнь Чоу, наши воины бросают провиант и бегут…

– Мы укроемся вон там! – сказал Цао Цао, указывая плетью на цепь холмов, расположенных к югу.

Воинам было разрешено снять доспехи и расположиться на отдых, отпустив коней пастись.

– Мятежники приближаются! – донесли военачальники. – Скорее ловите коней и уйдем в Байма!

– К чему отступать? Ведь мы устроили приманку для врага, – возразил Сюнь Ю.

Цао Цао бросил на него быстрый взгляд и улыбнулся. Сюнь Ю понимал его мысли без слов. Воины Вэнь Чоу, завладев повозками с провиантом, погнались теперь за конями. Это уже была не армия, а толпы грабителей – строй и порядок были нарушены. Цао Цао велел своим воинам спуститься с холмов и напасть на врага. В армии Вэнь Чоу произошло замешательство: сражался только сам Вэнь Чоу, а его воины топтали друг друга.