Троецарствие

Гуань-чжун Ло

Военачальники встревожились. Но Чжоу Юй, ни на кого не обращая внимания, облачился в латы и вскочил на коня. Распахнулись ворота лагеря, и Чжоу Юй в сопровождении отряда всадников выехал в поле.

Войска Цао Жэня построились в полукруг. Сам Цао Жэнь верхом на коне остановился под знаменем, размахивая плетью и на чем свет стоит понося Чжоу Юя.

— Эй, Чжоу Юй, мальчишка! Здесь ты нашел свою гибель! Посмотрим, посмеешь ли ты появиться перед строем!

— Чего орешь, болван! — отвечал Чжоу Юй, выезжая на коне вперед. — Видишь Чжоу Юя?

Воины

Цао Жэня пришли в смятение. Цао Жэнь, обернувшись к своим военачальникам, крикнул:

— А ну-ка, ругайте его погромче!

Те стали выкрикивать грубую брань. Чжоу Юй пришел в неописуемую ярость и приказал Пань Чжану вступить в поединок. Но военачальники еще не успели скрестить оружие, как Чжоу Юй громко вскрикнул, изо рта у него хлынула кровь, и он без памяти рухнул с коня.

Воины Цао Жэня стремительно врезались в строй противника. Завязался жестокий бой. Чжоу Юя унесли в шатер.

— Как вы себя чувствуете, господин ду-ду? — с тревогой спросил Чэн Пу.

— Прекрасно! — ответил Чжоу Юй. — Это была лишь хитрость.

— Но к чему может привести эта хитрость? — с недоумением спросил Чэн Пу.

— Я хотел, чтобы Цао Жэнь подумал, будто я болен опаснее, чем это есть на самом деле, — ответил Чжоу Юй. — А сейчас отправьте в город несколько десятков воинов, пусть они скажут, что пришли сдаться в плен и что я умер. Ночью Цао Жэнь попытается захватить наш лагерь, а мы устроим засаду и возьмем его живым!

— Ваш план великолепен, господин ду-ду! — воскликнул Чэн Пу.

Вскоре в лагере раздались вопли и плач. Опечаленные воины из уст в уста передавали, что у Чжоу Юя раскрылась рана и он умер. Все надели траур.

В это время в городе Цао Жэнь держал совет со своими военачальниками.

— Видели вы, как у Чжоу Юя от ярости изо рта хлынула кровь? — спросил он. — Должно быть, он уже умер!

Тут Цао Жэню сообщили, что в город перебежали вражеские воины; среди них есть несколько человек из войска Цао Цао, которых Чжоу Юй прежде взял в плен, и они говорят, что Чжоу Юй умер.

Цао Жэнь велел привести перебежчиков и стал их допрашивать.

— Все видели, как у Чжоу Юя хлынула горлом кровь! Его увезли в лагерь, и там он вскоре скончался, — твердили воины. — В лагере все ходят в трауре и оплакивают Чжоу Юя. Вот мы и решили рассказать вам об этом.

— Почему вы вдруг вздумали перейти ко мне? — спросил Цао Жэнь.

— Потому что Чэн Пу оскорбляет нас!

Цао Жэнь поверил им и стал думать, как бы нынешней ночью завладеть лагерем, выкрасть оттуда тело Чжоу Юя, отрубить голову и отправить ее в Сюйчан.

— Разумеется, это было бы хорошо, — согласился с Цао Жэнем советник Чэнь Цзяо. — Только не медлите!

Цао Жэнь тут же назначил Ню Цзиня командовать передовым отрядом, сам возглавил основные силы, а Цао Хуну и Цао Чуню поручил тыловые части. Чэнь Цзяо с небольшим количеством войск оставался охранять город.

Войска Цао Жэня направились прямо к главному лагерю Чжоу Юя. У ворот лагеря они увидели

воткнутые в землю флаги и копья, но нигде не было видно ни одного человека. Цао Жэнь почуял, что попал в ловушку, и повернул обратно. Но тут со всех сторон затрещали хлопушки, и его окружили с востока Хань Дан и Цзян Цинь, с запада — Чжоу Тай и Пань Чжан, с юга — Сюй Шэн и Дин Фын, с севера — Чэнь У и Люй Мын. Войско Цао Жэня бежало врассыпную. Самому Цао Жэню и нескольким десяткам его всадников удалось вырваться из кольца.

Дорогой к ним присоединился Цао Хун с остатками своего разбитого войска. К рассвету они добрались до Наньцзюня. Здесь совершенно неожиданно затрещали барабаны, и путь беглецам преградил отряд Лин Туна. После короткой схватки Цао Жэнь свернул в сторону, но там поджидал его Гань Нин.

Цао Жэнь не решился пробиваться в Наньцзюнь и по большой дороге двинулся к Сянъяну. Враг преследовал Цао Жэня на протяжении одного дневного перехода. Потом Чжоу Юй и Чэн Пу повернули свои войска и пошли к Наньцзюню.

На городских стенах развевались знамена, и воин со сторожевой башни громко крикнул:

— Простите, господин ду-ду, но по повелению Чжугэ Ляна я уже занял город! Я — Чжао Юнь из Чаншаня!

Чжоу Юй в гневе послал своих воинов на штурм города, но со стен градом посыпались стрелы. Тогда Чжоу Юй приказал отступить и решил прежде послать Лин Туна с несколькими тысячами воинов взять Сянъян, а потом уже биться за Наньцзюнь.

Но в то время, когда Чжоу Юй отдавал распоряжение, примчались разведчики с известием, что Чжугэ Лян захватил Наньцзюнь, а потом явился в Цзинчжоу, где предъявил доверительную грамоту, и послал все бывшие там войска якобы на помощь Цао Жэню. Кроме того, Чжугэ Лян приказал Чжан Фэю занять Цзинчжоу.

Вскоре прискакал разведчик с сообщением, что к Сяхоу Дуню в Сянъян прибыл какой-то человек с грамотой и потребовал, чтобы Сяхоу Дунь шел на помощь Цао Жэню. Обманутый Сяхоу Дунь вывел войска из города, а Гуань Юй, воспользовавшись этим, молниеносным ударом захватил Сянъян. Человека с грамотой подослал Чжугэ Лян.

Вот как Лю Бэй без всяких потерь взял три города!

— Откуда же Чжугэ Лян достал эти грамоты? — спросил Чжоу Юй.

— В Наньцзюне в плен к нему попал Чэнь Цзяо и сдал Чжугэ Ляну всю войсковую канцелярию, — объяснил ему Чэн Пу.

Крик отчаяния вырвался из груди Чжоу Юя, и в тот же миг открылась его еще не совсем зажившая рана.

Вот уж поистине:

Как много вокруг городов, — у нас единого нет.Кому же достались сейчас плоды всех наших побед?

О дальнейшей судьбе Чжоу Юя вы узнаете из следующей главы.

Глава пятьдесят вторая

из которой читатель узнает о том, как Чжугэ Лян перехитрил Лу Су, и о том, как Чжао Юнь захватил Гуйян