Триумф
Шрифт:
— Ты задаешь сложные вопросы, дочка…
— А несложных у нас нет. Вот такая мы прикольная семейка. Может, пойдешь вместе со мной? Продемонстрируешь широту своих взглядов на жизнь. А?
— Понимаешь, я отношусь к Рите двойственно. По-человечески мне ее жаль, она страшно пострадала. Но еще больше я жалею мою бедную дочь, которая первая стала жертвой чудовищной интриги с участием Риты.
— А говорят, что наказаний без вины не бывает, — заметила Диана.
— Такие повороты судьбы не всегда есть наказание.
— …получишь королевство и прекрасную принцессу в придачу?
— Что-то похожее на то, — улыбнулся Юрий Владимирович. — А вот в случае с Ритой… но она сама виновата. Не затей она борьбу против «СуперНики», не раскатай она губу на все Никушино достояние, не стала бы мишенью снайпера. Работала бы себе на рынке.
— Ты думаешь, ведется планомерный отстрел руководителей «СуперНики»? — серьезно спросила Диана.
— Это очевидно.
— И поэтому ты, не разгибаясь, сидишь над романом. Записываешь свои впечатления? Как бы со стороны наблюдаешь охоту, где в виде жирной дичи — твоя родная дочь? — съязвила Диана.
— При чем здесь мой роман? Да, я пользуюсь реальными материалами, соками жизни, ее эмоциями… Но так делали все классики. А если бы не писали — сошли бы с ума!
— Короче, уважаемый классик, ты идешь со мной?
— Нет, я буду работать. Не звони, я выключаю телефон, — предупредил благородный отец.
Дверь кабинета Виктории Павловны распахнулась, и вошел Самвел. Директриса разволновалась. Самвел поцеловал ей руку:
— Виктория, я не мог больше ждать от вас ответа. Я подумал, вы могли неправильно меня понять, испугаться. И еще я понял, что с каждым днем вы мне становитесь все дороже и дороже. В общем… Я не хочу вас потерять.
— Самвел Михайлович, я много думала после нашей встречи. Хорошо, что вы рассказали мне все. И о ваших проблемах, и о ваших трудностях… Вы искренний человек, и это меня подкупает. Я даже подумала, что, наверное, сама не смогла бы так раскрыться перед посторонним человеком…
— Это потому, Виктория, что я вас люблю, а вы меня еще нет, — объяснил Самвел. — Но обещаю, никуда вы от меня не денетесь. Позвольте мне находиться рядом, и… Но я должен бежать…
Виктория Павловна рассмеялась:
— Это называется — находиться рядом!
— У вас прекрасное чувство юмора, душа моя.
— Что-то важное и срочное?
— Я сейчас занимаюсь этим диким случаем с покушением на Ритку, — объяснил Самвел.
— Расскажите, — попросила Виктория Павловна. — Поверьте, это не праздное любопытство.
То, что поведал Самвел, действительно было важно для Виктории Павловны, и не только для нее. Это было важно и для Анна Вадимовны. Виктория позвала ее, чтобы та из первых уст услыхала правду.
— Теперь вы знаете все, — закончил свой рассказ Самвел. — Не могла
— А ты говорила, что у них семья криминальная! — заволновалась Анна.
— Но, Аня…
— Я думаю, милые дамы, что все сказанное останется между нами? — предупредил Самвел.
Анна Вадимовна побежала в кабинет, чтобы тут же позвонить Юрию Владимировичу. Но у него никто не брал трубку.
Анна совсем извелась.
— Что-то случилось, — сказала она Виктории. — Может, он не выдержал… Пална, ты же сама знаешь, мужчины… они такие слабые. Да еще и столько несчастий на него свалилось одним махом. Дочку объявили в розыск… Это не всякий переживет. Самвел твой уехал?
— Нет, еще здесь. Но собирается.
— Пожалуйста, попроси, чтобы он захватил меня. Я еду к Юрию, — объявила Анна Вадимовна.
Амалия сообщила сотрудникам «СуперНики»:
— Дорогие коллеги, у меня есть две приятные новости. Во-первых, Маргарита пришла в себя, врачи дают благоприятный прогноз на выздоровление.
— Тогда что мы решаем с «СистемСервисом»? — тут же поинтересовалась Татьяна.
— Это будет вторая приятная новость. Наконец у нас закончатся ссоры и разногласия. Я говорила с Маргаритой. Она поняла и приняла мои аргументы. Она согласна возобновить контракт с «СистемСервисом».
Юлька присвистнула:
— Видимо, удар по голове был очень сильный. Или вы ей капельницу пережали?
— Юлия, твои шутки переходят все границы, — брезгливо поморщилась Амалия.
— А по-другому вы бы не смогли от нее добиться пересмотра решения.
— Слава богу, что ты у нас только секретарша и я могу себе позволить пропустить мимо ушей твое непрекращающееся хамство. Татьяна, несите мне все документы на подпись. — И Амалия гордо прошествовала в свой кабинет.
Борюсик не уходил из больницы ни на минуту. Он долго сидел в коридоре, пока, наконец, решился заглянуть в Риткину палату.
— Маргариточка! — с обожанием выдохнул он, глядя на Ритку.
— Борюсик!
Борис наклонился и поцеловал Ритку.
Та улыбнулась:
— Какой ты хороший.
— Маргариточка!
— У меня уже все были. Ты пришел последним.
— Я здесь всю ночь провел, — объяснил Борюсик. — Просто не хотелось сталкиваться с твоим женихом.
— Каким женихом?
— Обыкновенным, которого ты приводила ко мне в клинику.
— А-а-а, кажется, вспомнила, — сообразила Ритка. — Это было после того, как у тебя ночевала баба со скрипучим противным голосом?
Которая ответила мне по телефону, что ты в ванной?
Борюсик растерялся:
— У Ольги Алексеевны приятный голос.