Триумф Боло
Шрифт:
Подбираю умерщвленные образцы и провожу вскрытие, тщательный биологический, генетический анализ, исследую внутреннюю и наружную микрофауну и флору. Прихожу к выводу, что для исследования мне нужен живой неповрежденный экземпляр. Уничтожаю останки и сосредоточиваюсь на поставленной перед собой задаче. Для успешной борьбы с паразитами нужно их в достаточной мере изучить.
Выхожу за периметр колонии в направлении позиций отступившего врага.
Они
— Ну ладно, — поморщился, как от зубной боли, Лиффи. — Попытка не пытка.
Имевшиеся в распоряжении Сароса источники помогли бы им ввести в действие связь, если бы склад комплектующих не был разнесен вдребезги.
Сейчас это невозможно, даже если попытаться разобрать на детали оставшиеся электронные компоненты «Креста».
— Ну ладно, — повторил Лиффи. — Переходим к следующей проблеме. — Он посмотрел на Тилли Матсон. Лицо бледное. Внешность не отвечала бы представлениям о красоте даже в лучшие времена. Но ее вызывающие глаза могли захватить — погубить? — мужскую душу. Сознавал ли Карл Матсон, что он потерял?.. Лиффи повернулся к Саросу Майше: — Все, что сможете найти о двигателях и энергетических установках.
Пальцы педагога-библиотекаря забегали по клавиатуре. Следующие несколько часов были заняты работой с материалами по ремонту сверхсветовых и субсветовых двигателей. Пробираясь сквозь дебри цифр и схем, Лиффи не мог отогнать от себя мыслей о тысяче других забот. Какая-то форма управления и поддержания порядка... Медицинское обеспечение — здесь «Кресту» нечем было похвастаться... Обеспечение пищей... Обеспечение нулевого прироста населения, после того как разродятся около дюжины беременных женщин...
Новоявленному капитану не хотелось даже думать о том, что придется заставить женщин — этих или других впоследствии — отказаться от своих плодов, прервать беременность. Контроль рождаемости не будет популярной мерой у людей, которые отправлялись на окраины обитаемого мира в надежде безудержно распространяться... Нужен опытный социопсихолог. А они располагали одним врачом общего профиля, который сейчас отчаянно пытался справиться со множеством ранений различной степени тяжести, и одним педагогом, мечтавшим создать школу для детей фермеров.
Но до уровня партии Доннера мы не опустимся, будь я проклят! — с мрачной решимостью подумал Лиффи.
И за всеми другими заботами, с трудом загнанный в самый дальний угол его сознания, бился мучительный вопрос: Скарсдэйл пал. Что с Джинни? Может быть, он этого никогда не узнает.
Льюис Лиффи полностью посвятил себя задаче сохранения человеческих жизней на борту, за который нес ответственность, и не мог отвлекаться на такую роскошь, как личная скорбь.
Центр беженцев не был в состоянии ответить на все вопросы. Но Карл Матсон получил однозначный ответ. От жалости у Хэла Абрамса, следившего за своим директором, перехватило дыхание.
— К сожалению, мы получили от «Звездного Креста» сигнал бедствия, доктор Матсон. На корабль совершено нападение,
— П-понимаю... И никакой... Нет, нет... Спасибо.
Хэл поправил Карла, едва заметно касаясь его локтя, корца тот устремился к стене вместо двери. Губы друга тряслись.
— Ублюдки... — шептал он. — Совершенно безоружных... подлые убийцы...
Они прошли мимо перепуганных беженцев, ожидавших своей порции дурных вестей. Людям с Матсона уже сообщили, что их мир не стоил жизней, которые надо потерять, чтобы вернуть планету. Космические силы концентрировались на защите важных горнодобывающих миров и не могли отвлекаться на пару акров кукурузы и яблонь-недоростков. А сейчас еще и этот нокаутирующий удар.
Миновав беженцев и избежав их пристальных взглядов, Карл спросил:
— Ты обратно, в морскую пехоту?
Хэл кивнул:
— Да, я уже призван из резерва. Корабль отходит через несколько часов...
Карл выпрямился:
— Я сообщу людям... и пойду с тобой. Если меня возьмут.
— Ну, сейчас-то они любому рады. Но сам-то ты уверен? У тебя ведь никакой подготовки. Работа кровавая...
Карл выдержал его взгляд. Глаза, еще влажные, приобрели прежнюю глубину и были холодными, как черная пустота космоса.
— О да. Я уверен.
Хэл молча кивнул.
Он понял, что врагу не будет пощады от Карла Матсона.
Жаль ему только было, жаль до горечи, что месть его друга будет, по всей видимости, очень непродолжительной.
Получаю от живых образцов все необходимые данные. Генная инженерия — мой конек! По всем программам до сих пор я добился успеха в 99,725 процента. Провожу отбор кишечных паразитов анализируемых образцов и начинаю их модификацию. Работаю без спешки. Противник отошел и перегруппировался, образовав новый очаг инфекции. Признаков возобновления попыток проникновения внутрь колонии не наблюдаю. Продолжаю работу.
Обеспечиваю отсутствие потомства у моих экспериментальных партий паразитов. Это будут своеобразные «мулы». Не хочу, чтобы они стали постоянно действующим биологическим оружием. Нужны дополнительные живые образцы. Подбирать их приходится под интенсивным огнем противника. Для большинства экспериментов я клонирую опытные ткани и определяю действие, производимое на них полученными мною нематодами.
Первая партия паразитов получила подкрепление с корабля. Судно не атакую. Оно нужно мне для доставки моего биологического оружия на борт корабля, в родное гнездо паразитов. Лишь через 3,7 недели получаю достаточно вирулентную форму. Добываю живые образцы и заражаю их. Мои нематоды ведут себя предугаданным образом, выделяя токсины в пищеварительный тракт вредителей. В течение 1,72 дня в опытных образцах развивается сосудистая недостаточность. Через 2,6 дня наблюдается некроз конечностей, и в течение 0,25 часа после этого подопытная особь погибает.