Тринадцатая девушка Короля
Шрифт:
– Под дождём, на мокром песке... Простудитесь, хозяйка!
Обязательно простужусь и умру в самом расцвете! Уж лучше смерть, чем жизнь в мучениях...
Нaзад мы бежали рядом, так и не сказав друг другу ни слова.
И честное слово, мне было чудовищно хорошо! Наверное, как никогда в жизни.
– Отдохнула?
– бросил мне с порога Рэйху вместо приветствия, стоило нам вернуться, и я невозмутимо кивнула. – Тогда, думаю, к утру успеешь ещё написать эссе по экономике Первого Королевства
– Легко, – я мило улыбнулась, хотя очень сильно хотелось послать в Бездну этого тирана-учителя, да в такую глубокую, чтоб он и выхода не нашёл, но я точно знала: сделай я это сейчас, поспать мне вoобще не дадут и заставят не только эссе писать, но и ещё интегралы – чтоб их морги разодрали – решать принудят. – Вы самый заботливый муж в Ильме, Рэйху, только любимые темы мне всегда задаёте.
Муж в ответ удовлетворённо хмыкнул и перевёл вопросительный взгляд на Роя.
– Три с половиной часа, - сдал меня с потроxами раб, и эйху поджал губы.
– Ай-ай, Эстэри! Один уль* за три с половиной часа? Рой, с пробежками Эстэри хорошо придумала, ты не находишь?
– Хорошо побегали, - согласился раб. Чудовище. Он даже не запыхался.
– Ну и молодцы. Каждый десятый день теперь будете на море бегать, раз вам обоим так понравилoсь.
Я скрипнула зубами и выдавила сквозь улыбку:
– Отличная идея, Рэйху. Морские пробежки очень бодрят... А в какой, скажите, день я смогу просто отдохнуть?
– На oтдых ты пока ещё не заработала. Иди эссе пиши, балбеска.
Когда два дня спустя к нам на ужин пожаловали Мэй с женой и Маарит с мужем, я чуть не завизжала от восторга, и только яростный блеск глаз Лийэны да насмешливо вздёрнутая бровь Рэйху помогли мне удержаться на месте, а не пуститься в пляс.
Маарит смотрела на меня, выпучив глаза, когда я старательно нарезала на маленькие кусочки поданную к обеду рыбу и не менее старательно её потом пережевывала.
– А ты изменилась, - сказала она, когда мы прощались, и посмотрела странным взглядом.
– Поправилась... Не тяжёлая, нет?
Я смутилась и опустила глаза. Врать сестре не хотелось, но и правду сказать я не могла, ведь мы с Рэйху договорились о том, что никому не скажем, что же на самом деле произoшло в его спальне в нашу первую брачную ночь.
– Не думаю, - наконец, ответила я.
Маарит хмыкнула.
– Не думаешь?.. А как же наш план? Ну, про карфу? Не сработал?
Хороший план, нечего сказать. Вот интересно, что бы я врала, если бы муж спустя какое-то время и в самом деле пришёл ко мне за супружеским долгом? То-то смеху бы было...
– Какая теперь разница, Мар? – тихо ответила я.
– Всё так, как есть. Мне хорошо, муж счастлив. Батюшка получил свои деньги... Может, не всё потратит на Нийну и её детей.
Сестра щурилась, качала головой. Не верила мне, а я вдруг поняла, что не вру. Всё так и есть. Мне и в самом деле хорошо. Нет, учеба эта проклятая хуже сушёной корьки* надоела, но как бы там ни было, свои плоды она успела дать: теперь я уже понимала, что всё, чему меня учат, в первую очередь, нужно мне самой.
Вечером я стояла у окна одной из нежилых комнат, что располагалась под самой крышей, и бездумно смотрела на то, как огни Озера подмигивают друг другу, и вдруг спросила у темноты, не поворачивая головы:
– Скажи, Рой, а хозяин ведь сильный маг?
– Сильный, - спокойно ответили мне из темноты.
Сильный. Заботливый. Тот, кому можно верить. Наверное, можно, потому что если нельзя...
– Хозяйка?
– Всё хорошо, – я резко развернулась, взмахнув юбками, и направилась к мужу.
Он сидел за столом, где проводил, наверное, большую часть незанятого мною времени, и что-то чертил. Услышав меня, вскинул голову. Улыбнулся.
– Чего тебе, детка?
– Хочу показать вам одну вещь.
Я поставила на пол корзинку для рукоделия и сама тоже опустилась рядом.
– Эстэри...
– Простите, Рэйху, но я умею это делать только так. Не по-высокородному, на полу.
Было немного боязно – вдруг я всё же ошиблась в муже? – но я достала спрятанное на самом дне веретено, бросила на своего старика короткий взгляд и дёрнула за нить.
– Эстэри?
– я не могла отвлечься от процесса, поэтому не видела, что делает муж, но по тому теплу, что коснулось моих волос и тут же исчезло, поняла: он только что использовал одно из вульгарных заклинаний – из тех самых, которые мне так плохо давались, и защитил спальню от подслушивания и подглядывания.
– Дайте руку, Рэйху, – попросила я двадцать минут спустя, и он беспрекословно выполнил мою просьбу, чтобы я могла завязать на его запястье простую серую нить.
– Это ничего особенного. Так, ерунда. Гарантия того, что голова утром болеть не будет... и с тем человеком, которого вы ждёте, вам обязательно повезёт... Вы ведь ждёте кого-то завтра?
– Жду, - Куули-на посмотрел на меня долгим странным взглядом, а потом спросил:
– Пряха?
Я кивнула. Да, пряха. Да, могу спрясть небольшой кусочек cудьбы – для кого угодно, дайте только волос или капельку крови. Таких, как я, сильные мира держат в клетках, чтобы не убежали. О нас сочиняют такие небылицы, что я бы посмеялась, если бы это не было та страшно, нам завидуют, нас ненавидят и боятся...
Я прямо смотрела в глаза своему мужу. Боялась ли я увидеть в них алчный огонь? Не стану врать, был такой страх.