Тринадцатая девушка Короля

Ли Марина

Это же не моржий хрен – казённое золото!! А что, в моей ситуации, означает такая находка? Кто-то скажет, продвижение по службе? Да в бездну такое предположение! Кому это продвижение сейчас нужно вообще, когда до столицы добираться полгода в снегу по колено? В моей ситуации целый мешок казённых денег означал, что ворнет Кэйнаро-на-Рити не сдохнет от голода до весны!! Что надо сделать,так это только не превышать зарплатного лимита, чтобы потом было чем восполнить недостачу. Да и недостачу ли? Я в чём на присяге клялся? Правильно, служить Короне и защищать королевских подданных. Мне кто зарплату платит? Казна.

Так что, всё просто отлично, господин

ворнет, рано ты нос повесил и сoпли распустил! Я не только Красные Горы ахнуть заставлю! Обо мне еще всё королевство заговорит!

Я зажмурился, не в силах сдержать рвущегося наружу восторга, и даже не стал задумываться над тем, почему воображение мне услужливо подбросило образ хорошенькой вдовы Эри в очаровательно влажной сорочке.

Окрылённый неожиданной удачей, я еще с полчаса покрутился в комнатах покойного Оки-са-Но, но, к сожалению, ничего достойного внимания найти не удалось, однако я и не думал расстраиваться. Вынул из письменного стола все бумаги – разбираться с ними на месте не очень хотелось, но я прекрасно понимал, что в них легко могут оказаться другие доказательства вины Оки-са-Но или, если уж совсем повезёт, причастности к делу Папахена. Сложив всё в простую холщовую сумку, что удалось отыскать в одном из шкафов, я еще раз огляделся по сторонам.

Чего-чего, а недостатка опыта в проведении стандартных обысков у меня не было. Во-первых, свеженьких выпускников Академии всегда отправляли на самую чёрную работу, а во-вторых, я же некромант,и довольно сильный, если без ложной скромности. Меня и в бытность курсантом не раз на сложные места преступлений вызывали на предмет поиска тайников, а уж в последние-то три года и подавно.

Прикрыв глаза, я сосредоточился на поиске подходящего мертвеца. Он нашёлся почти сразу – старик-острозуб, непонятно каким образом оказавшийся в центре Красных Гор, не позднеe сегодняшней ночи залетел на крышу здания, в котором я сейчас находился, где и помер. Поднимать его я не стал, лишь привязал астральное тело маленького хищника к комнатам покойного и велел найти все тайники. Как правило, если таковые имелись, об их наличии я узнавал в течении ближайших же пятнадцати минут (зависело от размеров обыскиваемого помещения), а в этот раз сигнал в мозг поступил почти мгновенно: небольшая полость за зеркалом в ванной комнате.

– чень интересно...
– пробормотал я.

Откровено говоря, острозуба я вызвал исключительно по привычке. Ну, правда, странно искать тайник, когда важные документы просто разбросаны по стoлу, а ворованное золото лежит в таком месте, где его и несмышленыш без труда отыщет. И между тем в указанном острозубом месте действительно был тайник и, надо сказать, весьма внушительных размеров – мешок с казённой чешуёй туда точно бы влез. Спрашивается, почему Оки-са-Но вместо него спрятал потрёпанную жизнью верёвочку, назначение которой я с первого взгляда определить не смог,и карту Красногорья,исчерченную странными пометками? Ладно, карта. Может, тут какой-то шифр, насчёт этого я решил с Или-са посоветоваться, уж больно старик-приёмщик любил всевозможные ребусы и загадки разгадывать. Но веревочка… Я пожал плечами и, подумав, что раз эту вещицу покойник так надёжно прятал, какая-то ценность в ней всё-таки есть, спрятал странный шнурок во внутренний карман.

– Что ж, хорошо поработали! – довольный собой, крякнул я и, развернувшись, отправился в комнату привратника.

Вряд ли он помнил всех посетителей Оки-са-Но – в конце концов, стряпчий их мог и через чёрный ход к себе проводить, – но

раз уж пошла такая масть, вдруг опять повезёт. Но, увы, на этот раз удача от меня отвернулась. Сидевший в будке сторожа старик оказался слепым, глухим и совершенно выжившим из ума, он не то что не помнил, кто, когда и к кому из ильцов приходил в гости, он давно и основательно забыл даже собственное имя.

Пожав плечами – ну, не повезло, с кем не бывает?
– я отправился к мэтру Ди-на,искренне надеясь, что его лакей выполнил мой приказ и проследил за тем, чтобы градоначальник протрезвел к моему приходу.

Во-первых, открытым оставался вопрос с кристаллом: кто, как и когда истратил заряд? И почему дo сих пор не прибыл техник? Во-вторых, казённое золото. Замечательно, что я его нашёл,избавив себя, попрошу заметить, от голодной и позорной смерти, но во избежание неприятностей в будущем неплохо было бы получить у градоначальника расписку.

Лакей, приставленный мною к мэтру Ди-на, постарался на славу. Начальник Красных Гор действительно протрезвел, но, к сожалению, отвечать на мои вопросы всё еще был не в состоянии и вместо вразумительных объяснений выдавал мычание, всхлипывания и невнятное бормотание.

– Да что за детский лепет! – психанул я. – Вы будете говорить или вас под арест взять?

Услышав про арест, градоначальник уронил голову на руки и разрыдался, а я плюнул со злости и потребовал:

– Хрен с ним, с кристаллом. Будете на этот счёт не передо мной, а перед представителями маг-отдела отвечать. А сейчас, будьте любезны выдать мне расписку, подтверждающую, что я у вас под государственные нужды взял один мешок казённого золота.

– А?
– лысина мэтра пошла багровыми пятнами. – Какой мешок? Ни о каком мешке знать не знаю! Нет у меня ничего! Кэйнаро, мальчик мой, я же уже рассказывал...

Обращение «мальчик мой» царапнуло по ушам, будто камень по стеклу, и я скривился, а градоначальник, неправильно расценив мою реакцию, снова всхлипнул и, кажется, собрался разреветься.

– Моржьи потроха... Да, я не в том смысле! Вот.

Я выложил на стол упомянутый мнoю мешочек и пояснил:

– Сегодня во время обыска у Оки-са-Но нашёл.

– Как у Оки-са-Но?
– удивлённо просипел мэтр Ди-на.

Я невозмутимо пожал плечами и состроил многозначительную рожу. Мол, как-как... вот так! Хотя, начни градоначальник задавать вопросы, ответа на них я, увы, – пока! – не смог бы дать.

– Святая вода, – пробормотал мэтр и, качаясь, прошёл к стенке с сейфом, чтобы взять королевскую пeчать. И пока он трясущимися руками открывал дверцу, пока пытался более-менее грамотно сформулировать текст расписки, я терпеливо ждал и молчал, никак не комментируя общее физическое состояние мэтра Ди-на. По моему скромному мнению, главный человек Красногорья ни при каких обстоятельствах не мог oпускаться до столь низкого уровня, но моего мнения, само собой, никто здесь не спрашивал, и потому, как уже было сказано, я, красноречиво хмурясь, молчал.

Когда же градоначальник, заверив расписку подписью и расплавив над коротенькой свечой сургучный карандаш, попытался выбросить в ярко пылающий камин королевскую печать, по всей вероятности, перепутав её с тем самым почти закончившимся сургучом, мои нервы сдали окончательно.

Некрасиво выругавшись, я отобрал у мэтра Ди-на атрибут власти и коротко рыкнул:

– С сегодняшнего дня и до полнейшего протрезвления считайте себя под домашним арестом!

На этот раз угроза ареста привела градоначальника в ярость.