Тринадцатая девушка Короля
Шрифт:
«Болван. Тупица!» – мысленно ругалась я, но вслух не произнесла ни единого бранного слова, ибо у молодого ворнета было такое выражение лица, когда Рой едва ли не за шиворот приволок его к нам, что даже проснувшийся наконец-то Мори счёл разумным не устраивать скандал, а обнял Рейку за шею и тихо заплакал.
Заметив маявшуюся под деревьями меня, Кэйнаро сбросил с себя руку Роя и, в три шага преодолев разделяющее нас расстояние, далеко не нежно схватил меня за плечи.
«Сейчас поцелует!» – захлебнулась от восторга я, но он не поцеловал, а вмеcто
– Осторожнее!! – охнула я.
– Прости.
Кэй отпустил меня и, отступив на один шаг, рваным, нервным движением откинул назад упавшие на глаза волосы и глянул на меня из-под тревожно нахмуренных бровей. В обычно синих глазах клубилась тьма, пугающая и одновременно с этим будоражащая до дрожи в коленках. Струсив, я опустила глаза. Кэйнаро вздохнул.
– Возьми сестру и сына, - сказал он, – и ступай в особняк мэтра…
– Я не думаю…
– Ступай в особняк! – рявкнул ворнет так, что у меня чуть ноги от страха не подкосились. Ну, ничего себе! – Разбуди Улу, если она спит, конечно, в чём я лично сомневаюсь. И скажи, что я велел устроить ваc на ночлег.
И более мягким голосом, основательно снизив тон:
– Эри, не упрямься. Подумай о сыне, о сестре. Не на улице же вам оставаться… Прошу. Нет времени с тобой спорить. Здесь скоро весь город соберётся, а ты...
– он скривился, как от кислого,и воровато отвёл глаза, а я до безумия смутилась, осознав, что стою перед ним всё в той же нижней рубахе, благо, что не мокрoй.
– Все следы затопчут же! – невнятно пробормотал Кэй, искоса глянув в мою сторону.
Про следы-то я как раз и не подумала. Шмыгнула носом. Почва стремительно уходила у меня из-под ног. Остаться с НИМ под одной крышей? Даже если учитывать только лишь нашу с Рейкой преступную деятельность, это плохая идея, а если вспомнить о поцелуе…
Я почувствовала, что краснею и упрямо вздёрнула подбородок, но…
– Пожалуйста.
Кэй поднял руку, будто хотел обнять, но ограничился тем, что мягко провёл по моей щеке тыльной стороной ладони,и я сдалась.
– Хорошо.
И только после этого посмотрела на ейку, что замерла в стороне любопытным столбиком, распахнув и без того огромные глаза до размера маленьких блюдец. Хорошо, что хоть с расспросами не полезла. Что-что, а чувство самосохранения у подруги было развито прекрасно.
К особняку бывшего градоначальника (А что? Будущим ему уже не быть–если вдруг и найдётся живым,то каторги ему в любом случае не избежать) мы подходили на полусогнутых. Ну,то есть я подходила, если быть до конца честной. А Мори, к примеру, вообще не шёл, а ехал на моих подрагивающих от волнения руках. Ряу крался, как самый настоящий устрашающий и опасный хищник, каким он, в принципе и являлcя, а Рейка топала будто стадо голодных мау, неустанно бормоча что-то себе под нос. Сундук со всем честно и нечестно нажитым добром, а также весь наш небогатый гардероб мы оставили на попечении Роя.
Кстати о последнем. С беднягой чуть мозговая горячка
– Тут останешься.
На пожар уже стали сбегаться и другие жители Красных Гор,и Рой, вскинув смоляную бровь, укоризненно простонал:
– Хозяйка, как же без провожатого...
– Я сказала,тут!! Или ты плохо слышал?
– в некоторых моментах я очень удобно забывала о том, что сама дала всем своим рабам свободу, а они благосклонно позволяли мне об этом забывать. – Во-первых, вещи. – я выразительно поморгала, намекая на наш «волшебный сундучок». – Во-вторых, здесь ты нужнее. И в-третьих...
Щеки загорелись так, что реально могли остаться ожоги.
– В-третьих...
– сгорая от стыда, я была вынуждена признать, что не могу озвучить собственную мысль. С другой стороны, зачем говорить вслух, если у меня есть Рой?
– Я разрешаю тебе, - шепнула я, отводя глаза в сторону. – Разрешаю, понимаешь? Под-подслушать. Только один раз!
А кoгда у Роя округлились глаза,и он перевёл взгляд на Кэйнаро, который в тот момент пытался спасти драгоценные следы от полчища спасателей, покраснела еще больше.
«Просто присмотри за ним!»– мысленно взвыла я, а вслух произнесла:
– А за мной один из братиков присмотрит... И не ври, что все они на каком-то дальнем хуторе. Или Ряу. Этот тоже, если ты не заметил, давно уже не малыш.
– Заметил, - Рой кивнул и со значением произнёс:
– Он как-то внезапно... повзрослел.
Я опустила веки. Морги,и кто скажет, почему мне так стыдно?
– Только один раз, Рой. Ты помнишь.
И лишь после этого, уверенная, что с Кэйнаро теперь, когда он под надзором старшего раба, точно ничего не случится, взяла у Рейки Мори и поспешила к дому градоначальника. К дому молодого ворнета Рити-на.
Ула встретила нас на крыльце: простоволосая, в холщовой рубахе, поверх которой был накинут шерстяной платок из моей пряжи. И когда я говорю «из моей», то именно это и имею в виду. Рейя рычала на меня и грозилась удавить во сне, когда узнала, что я сделала, но мне было плевать, потому что я просто не могла не отблагодарить заботливую повариху мэтра Ди-на, которая не раз подкармливала нас в те дни, когда о голоде мы знали не понаслышке.
– Горит чё ли кто? – спросила Ула, завидев нас,и подслеповато натянула веко правого глаза. – Мой-то убёг, как на пожар.
– Мы горим, Ули, - отозвалась я.
– Приютишь погорельцев? Кэйнаро...
– х, батюшки-светы! – толстушка всплеснула руками, и платок из заговорённой на стойкое тепло шерсти чудом удержался на её круглых плечах.
– Да как же так, Эри? Да быть того не может!
Она торопливо заспешила в дом, ежесекундно оглядываясь на нас и причитая.
– Ой-ё! Пожар! Уж и не припомню, когда в Красных Гoрах напослед горело-то... Кажись ещё до Последней войны... Ой-ё... Как же так-то? Чай заслонку у печки не закрыли? Али плиту заспали?